ПЕРВЫЕ СУДЕБНЫЕ УЧРЕЖДЕНИЯ В ПРИАМУРЬЕ

(1858-1897)

С образованием на Дальнем Востоке России Приморской и Амурской области российская юрисдикция была дополнительно распространена на территорию 1,5 млн. квадратных километров. Здесь началось формирование системы российских территориальных органов государственного управления, в числе которых были и органы российской юстиции.

До проведения Судебной реформы 1864 года суд в Российской империи ещё не был отделен от областной администрации и не являлся особым властным органом, требующим наличия специальных штатов.

Основанный Муравьёвым в мае 1956 года (ещё до подписания Айгуньского договора) у слияния рек Амура и Зеи Усть–Зейский военный пост был вскоре переименован в станицу Усть–Зейскую, затем в станицу Благовещенскую. 5 июля 1858 года Указом Александра II станица была преобразована в город Благовещенск, который впоследствии стал административным центром Амурской области. С утверждением штатов областного управления на Дальнем Востоке началось формирование российских органов административно – судебной власти.

Всю полноту военной и гражданской власти в области представлял в своём лице назначенный 10 февраля 1859 года на должность областного военного губернатора Николай Васильевич Буссе. Суд в системе правовых отношений того времени играл формальную роль, являясь скорее лишь символом власти, находящейся полностью в руках областного начальника. В частности, формирование штата судейских чинов также всецело находилось в его ведении

В Положении об управлении Амурской областью от 20 декабря 1858 года было прописано что «для всей области учреждается в городе Благовещенске Окружной суд и Окружной стряпчий. В Положении была определена численность суда и его состав, включавший Председателя и двух заседателей.

Заседание дореформенного Судебного присутствия XIX веке

В Амурской области временное присутствие окружного суда первоначально состояло из чиновников канцелярии первого военного губернатора области. Согласно списку «военного губернатора Амурской области чиновников и служащих», составленного 30 сентября 1859 года в Благовещенске, судьи и заседатели окружного суда одновременно являлись чинами областной канцелярии гражданского управления областного генерал-губернатора (КГУ). Правитель КГУ титулярный советник Н.А. Гильтебрант по совместительству «заступал должность» окружного судьи. Его помощник, губернский секретарь И.Е. Засыпкин – должность судебного заседателя.

В 1859 году аппарат областных чиновников состоял всего из одиннадцати человек. Кроме выше названных чиновников, самого губернатора Н.В. Буссе, окружного стряпчего – делопроизводителя С.П. Родионова, полицмейстера поручика Д.О. Прищепенко, он включал, например, переводчика с маньчжурского языка А.Н. Асламова и старшую повивальную бабку А.К. Густафову, а также землемера и ветеринарного врача. Из одиннадцати чиновников губернаторской администрации пятеро вошли в первый состав временного присутствия областного суда.

Постановлением от 31.12.1859 года губернатор Амурской области Н.В. Буссе, «…принимая во внимание незначительность дел, поступающих в окружной суд, не полный комплект чиновников, положенных по штату, и между тем безотлагательность и необходимость исполнения судебных дел по области», утвердил новый состав временного присутствия окружного суда. Помимо выше названных чиновников КГУ Н.А. Гильтебранта и И.Е. Засыпкина, в него вошли коллежский секретарь Д.И. Иванов (заседатель суда), губернский секретарь М.С. Дмитриев (секретарь суда) и кандидат духовной академии С.П. Родионов (окружной стряпчий).

Впоследствии, согласно постановлениям областного губернатора, состав суда неоднократно менялся. В течение 1860-х годов, «по причине крайней занятости», от должностей окружных судей были освобождёны правитель КГУ Н.А. Гильтебрант и его помощник И.Е. Засыпкин, одновременно заведовавший в области всей казначейской частью. Окружными судьями были назначены титулярный советник Дмитрий Иванович Иванов и переведённый 17 марта 1860 года из Забайкальского областного правления коллежский секретарь Иван Иванович Антонов. Секретарём суда был назначен коллежский секретарь Дмитрий Фёдорович Красильников, ставший впоследствии первым амурским судебным следователем по уголовным делам.

Вторая половина XIX века стала для России эпохой долгожданных социально-политических реформ 1861 - 1970-х годов. Возвращение в состав России и начало освоения территории Приамурья совпало с эпохой реформ Александра II. Манифестом 19 февраля 1861 года крепостные крестьяне получили свободу, началось давно назревавшее масштабное переустройство социально – экономической и политической жизни страны. Важнейшую роль в этом процессе должна была сыграть судебная реформа.

Однако ни в период правления Александра II, ни в последующую эпоху «контрреформ» Александра III вопрос о введении нового порядка судопроизводства на всей территории страны так и не был решен. Таким образом, введению нового судопроизводства мешали организационная слабость властных органов, кадровый голод, недостаточность финансов, необходимых для проведения реформы, отсутствие политической воли для осуществления задуманного.

Либеральные реформы Александра II, начавшие весьма ощутимо «тормозить» ещё при жизни самого царя - «Освободителя», после его трагической гибели от рук террористов 1 марта 1881 года и вовсе подверглись существенной ревизии. В правление Александра III наиболее радикальные либеральные реформы были остановлены, начался период правительственной реакции, названный впоследствии «контрреформой». В числе других, осуществление реформы суда, начатое в губерниях европейской части страны, искусственно сдерживалось администрацией Александра III. В конце XIX века восточные окраины Российской империи все еще оставались во власти дореформенных судов.

РЕАЛИЗАЦИЯ СУДЕБНОЙ РЕФОРМЫ В ПРИАМУРСКОМ

ГЕНЕРАЛ – ГУБЕРНАТОРСТВЕ (1897)

Лишь в начале эпохи царствования Николая II были, наконец, приняты необходимые решения для введения в Приамурском генерал-губернаторстве нового порядка судопроизводства.

В 1891 году, в период своего путешествия по территории России и пребывания в городах Дальнего Востока молодой наследник престола Николай Александрович Романов имел непосредственную возможность убедиться в масштабах и значении происходящих здесь экономических преобразований. В период царствования Николая II дальневосточное направление станет для России одним из наиболее приоритетных.

Эпоха перемен в системе российской юстиции в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке началась с приходом нового руководства ведомства. 17 апреля 1894 года. в должности министра юстиции Российской империи был утверждён Николай Валерианович Муравьев, с деятельностью которого в дальнейшем было связано окончательное завершение судебной реформы по уставам Александра II.

К этому времени суды нового типа еще не были созданы в двадцати трех губерниях и областях империи, в том числе в Сибири и на Дальнем Востоке . Н.В. Муравьев развернул активную деятельность по введению положений судебной реформы на окраинах Российской империи.

Одновременно были предприняты организационные меры для модернизации законодательства Российской империи и правовых основ деятельности судебных установлений.

Планировалось изменить в соответствии с требованиями времени и Положение о нотариальной части, однако ни длившееся в течение сорока лет обсуждение нововведений, ни последующее десятилетнее обсуждение Проекта новой редакции Положения о нотариальной части так и не дали реального результата.

В конце XIX века необходимость перемен в судебной сфере была очевидна для представителей всех общественных слоев. Недопустимость сохранения на Дальнем Востоке России отжившего порядка судопроизводства осознавал и сменивший А.Н. Корфа на посту губернатора Приамурского края генерал-лейтенант Сергей Михайлович Духовской.

В своём отчёте на имя Николая II он достаточно резко и нелицеприятно, но вместе с тем объективно и честно оценивал положение, сложившееся на тот момент в судебной сфере Приамурья: «С первых дней вступления моего в управление вверенным мне Приамурским краем, мне на каждом шагу приходилось наталкиваться на многочисленные факты, свидетельствующие о крайне неудовлетворительном положении здесь судебной части.

Недостатки её находятся в зависимости как от устарелых, давно признанных непригодными форм судопроизводства, так и от неудовлетворительности личного состава судебных деятелей. Отдалённость судов и их крайне несовершенная организация, формально-письменное производство, изобилующее отжившими, стеснительными и совершенно не соответствующими местным условиям правилами, при тысячевёрстных расстояниях и редких почтах, приводят к чрезвычайной медленности и запутанности, а иногда и неправильности в производстве судебных дел.

Вследствие малого оклада содержания и недостаточно высокого служебного положения должностных лиц судебного ведомства, трудно найти для замещения судебных должностей лиц, вполне соответствующих, по своим умственным и нравственным качествам, образовательному цензу и практической подготовке, высоким и трудным обязанностям судебной службы. Вследствие сего, на должности эти часто попадают люди неопытные и неспособные, небрежно относящиеся к своим служебным обязанностям. Да и такие лица совершенно не дорожат своею службой и стремятся при первой возможности перейти к другой деятельности, поставленной в более благоприятные условия. Вследствие этого здешние суды лишь в редких случаях действуют в полном, определённом штатом, составе».

Губернатор С.М. Духовской внес на высочайшее рассмотрение целый ряд предложений об укреплении судебного ведомства в крае, включавших их преобразование в соответствии с судебными уставами и узаконениями Александра II, упрощение порядка судопроизводства, повышение служебного и материального положения судебных чинов.

В начале 1894 года для проведения ревизии краевых судебных установлений и составления проекта их реформы в Приамурском генерал-губернаторстве прибыл член консультации при министре юстиции, действительный статский советник Д.С. Домерщиков, выработавший обстоятельный проект реформы судебных органов в крае. Он побывал в городах Дальнего Востока, посетил Владивосток, Хабаровск и Благовещенск, «обревизовал» местные окружные суды и ознакомился с реальным положением дел в судебном ведомстве края.

В дальнейшем в ходе консультаций в министерстве юстиции было решено осуществить мероприятия судебной реформы уже в рамках всей Восточной Сибири, что вызывало у губернатора С.М. Духовского опасение в том, что она вновь грозит затянуться на продолжительное время. Между тем социальное и экономическое развитие российского форпоста на Дальнем Востоке настоятельно требовало скорейшего кардинального реформирования судебной части.

Осенью 1894 года по инициативе Н. В. Муравьева была образована комиссия под председательством товарища (заместителя) министра, сенатора П. М. Бутовского. В комиссию вошли представители всех заинтересованных ведомств, объединившихся для разработки предложений об улучшении судоустройства в Сибири. К концу 1895 года комиссия завершила свою работу. Разработанный проект временных правил о введении в Азиатской части России нового порядка судопроизводства в феврале 1896 года был передан в Государственный совет.

6 апреля 1996 года Н. В. Муравьев выступил перед членами Государственного совета с обширной пояснительной запиской о необходимости проведения судебной реформы в Сибири. В своей речи он дал убедительное юридическое обоснование для включения Восточной Сибири в единое правовое пространство империи. В частности, он с глубоким пониманием высказался за введение здесь нового порядка судопроизводства: «За немногим исключением, сибиряк, коренной или пришлый, почти не пользуется судом, заслуживающим этого имени и необъятные просторы России, от Урала до Тихого океана, все еще ждут судебной правды и милости, хотя бы в тех ограниченных формах их применения, какие давно уже имеют другие наши окраины. Расширяющийся в Сибири промышленный и торговый обмен, наше поступательное цивилизаторское движение с запада на восток, отныне по великому сибирскому пути – все вызывает и соответствующую закономерную и действительную охрану права благоустроенным и скорым судом. Без нее невозможна и беспорядочна была бы новая жизнь, уже зародившаяся на сибирском просторе».

Свою речь в Государственном совете Н.М. Муравьев закончил очень образно: «Сибирь отдавала свои обильные естественные богатства и драгоценности, свои обширные пространства для заселения, а получила ссылку, каторгу, подонки нашего общества, отбросы наших деловых порядков. По глубокому моему убеждению, настала пора принести в Сибирь блага правосудия».

3 мая 1896 года Государственный Совет утвердил «Временные правила о применении судебных уставов к губерниям и областям Сибири». После их введения в действие, в Иркутске была учреждена судебная палата. На должность Старшего председателя палаты был назначен, в чине V класса, действительный статский советник Владимир Георгиевич Кастриото-Скандерберг-Дрекалович. Начался процесс формирования юридических кадров новых окружных судов, подбор подходящих для судов зданий.

Здание судебной палаты находилось в Иркутске по адресу: Ивановская площадь, дом 16. В округ Иркутской судебной палаты входили восточносибирские и дальневосточные окружные суды: Красноярский, Иркутский, Читинский, Якутский, Благовещенский, Владивостокский, Томский (до открытия Омской судебной палаты), действовавший в Маньчжурии Порт-Артурский (с 1905 года переименованный в Пограничный), Петропавловский (с 1910 года), выполнявшие также функции мирового судебного съезда.

К открытию Иркутской судебной палаты В.Г. Кастриото-Скандерберг-Дрекалович сформировал первый состав её членов. В марте 1897 года были назначены руководящие чиновники судебного ведомства. Председателем Благовещенского суда был назначен Василий Абрамович Чубаров.

Затем начался тщательный отбор претендентов на должности членов окружных судов. В этом отборе участвовали кандидаты со всей империи. Например, член Благовещенского окружного суда М.И. Булгаровский был переведен из Минского окружного суда, член суда Биянтовский – из Луцкого окружного суда, член суда Г.Ф. Доброс – из Самарской губернии. При назначении учитывались уровень образования, опыт практической деятельности, знания и личные качества претендентов. Спустя долгие годы после того, как были сформирован кадровый состав окружных судов, продолжалась конфиденциальная переписка их председателей со Старшим председателем Иркутской судебной палаты. Формирование состава суда на местах было кропотливым процессом, к которому председатели окружных судов относились со всей ответственностью, не упуская из вида человеческие качества и черты характера претендентов.

2 июля 1897 года в присутствии министра юстиции Российской империи Н.В. Муравьёва Иркутская судебная палата была торжественно открыта. Свою речь министр юстиции начал словами: «Всемилостивейший государь просил меня объявить, что настал для Сибири великий, знаменательный день – день повсеместного введения в ней новых судов, образуемых по Судебным Уставам Императора Александра II. Долго ждала Сибирь этого дня, давно стремилась она к благам обновленного, для всех единого правосудия…Холодны Сибирские зимы, непроходимы снега, еще пустынны горы и реки, беспредельна тайга, – но среди них живут и работают люди, заслуживающие охраны и не лишенные прирожденного права на правду и милость».

Одновременно с открытием Иркутской судебной палаты 2 июля 1897 года в присутствии генерал-губернатора Приамурья генерал-лейтенанта С. М. Духовского, поистине стоявшего у истоков осуществления судебной реформы в крае, был открыто здание нового окружного суда в Благовещенске.

Несмотря на то, что долгожданное открытие нового суда прошло в Благовещенске с большой помпой, оно было существенно омрачено рядом немаловажных объективных обстоятельств.

Во-первых, новое деревянное здание, возведенное в короткий срок по специальному контракту, было лишь условно пригодно к эксплуатации. Подрядчик, французский подданный Карл Делорм, предложил для Благовещенского окружного суда проект здания-колодца со стеклянной крышей над внутренним двором. Однако, как сообщал в Иркутск председатель суда В.А. Чубаров, помещение суда изначально не соответствовало функциональному назначению и к тому же требовало срочного ремонта.

Торопившийся сдать заказ к приезду в Благовещенск главного начальника края Карл Делорм успел в основном закончить работу, но деревянное здание после открытия суда оставалось неокрашенным снаружи, стены внутренних помещений вместо обоев были наскоро обтянуты белой бязевой тканью и бумагой. Помещение плохо отапливалось – несмотря на 16 печей, предусмотренных в кабинетах суда, северная часть здания промерзала, и судейские чины даже в дневное время работали при свете ламп из-за замерзших окон.

Нотариальный архив также находился в неприспособленном помещении – летом там скапливалась вода, которая зимой превратилась в лед, поэтому архив пришлось содержать в разных помещениях. Перевод нотариального архива на верхние этажи ещё больше осложнил его работу. В здании в теплый период повсюду протекала крыша, в кабинетах отсутствовали замки и задвижки, а о стеклянной кровле над двором и вовсе уже не было речи.

Несмотря на капитальный ремонт, сделанный в 1902 году, помещение Благовещенского окружного суда оставалось непригодным к эксплуатации. Кроме того, оно было потенциально крайне пожароопасным, так как соседние здания использовались владельцами под дровяные склады.

Вплоть до покупки нового просторного помещения у Русско-китайского банка в 1909 году Благовещенский окружной суд работал в стесненных условиях, и лишь с переездом в новое здания на углу улиц Зейской и Графской (Калинина) он занял подобающее ему место.

Сохранившееся до наших дней величественное здание бывшего окружного суда (с 1920 года – губернского народного суда, сегодня – институт геологии и природопользования ДВО РАН) является одним из архитектурных украшений Благовещенска. Одновременно с процессом обустройства помещения суда шел процесс подбора кадров для назначения на должности судебных деятелей.

СТРУКТУРА СУДЕБНЫХ ОРГАНОВ В ПРИАМУРЬЕ

ОКРУЖНОЙ СУД

Всего в империи к 1897 году было создано 106 судебных округов, каждый из которых охватывал либо всю, либо часть территории губернии. Окружной суд структурно состоял из 2 отделений – гражданского и уголовного, каждое из которых, в свою очередь, состояло из 2 частей – коронного суда и суда присяжных заседателей. Коронные судьи назначались монархом по представлению Министра юстиции из числа лиц старше 25 лет, с высшим юридическим образованием или показавших на практике познания по судебной части, со стажем работы в судебном ведомстве не менее 3 лет.

Здание Благовещенского окружного суда (с 1909 г.)

Во главе окружного суда стоял Председатель. Он управлял ходом судебного следствия, наблюдал за порядком объяснений, возражений и замечаний, устранял в прениях все, что не имело прямого отношения к делу. Во главе отделений стояли товарищи (заместители) председателя. Присяжные заседатели избирались от населения, вне зависимости от сословной принадлежности. Но обязательным условием было состояние в русском подданстве, знание русского языка и умение читать. Был также возрастной ценз – от 25 до 70 лет – и ценз оседлости (проживание не менее 2 лет) в том уезде, где производится избрание в присяжные заседатели.

На Дальнем Востоке катастрофически не хватало профессионально подготовленных судей для коронного суда. Что же касается суда присяжных, то в Сибири и на Дальнем Востоке присяжных заседателей вообще не привлекали к участию в процессах, и окружные суды действовали в составе трех членов. Окружному суду не были подсудны государственные, военные и должностные преступления. Жалобы на действия окружного суда, в отношении медлительности и проволочки, приносились либо в областное правление, либо генерал – губернатору, на неправильность же самого производства, непредставление или возвращение отзыва или жалобы – в Иркутскую Судебную палату.

Окружные суды в Сибири и на Дальнем Востоке, помимо своих непосредственных обязанностей по подготовке к докладам, составления определений, приговоров и решений в окончательной форме, члены окружного суда стали заниматься также направлением дел областного по опекунским делам присутствия, а также исправлением обязанностей обязательных членов мирового съезда, как по гражданским, так и по уголовным делам, поступающим в суд в апелляционном порядке на решения и приговоры мировых судей.

Штат Благовещенского окружного суда с 1900г. был увеличен и состоял из председателя и 4 членов суда. Но в полном составе он практически никогда не функционировал. Из 4 членов суда двое работали в уголовном отделе, один – в отделе по делам мировой подсудности, он же заведовал и нотариальным архивом, и один заведовал отделом гражданских дел общей подсудности. Тем не менее, все члены суда участвовали в заседаниях по другим отделам суда. С течением времени работы становилось все больше. Неоднократные ходатайства об увеличении штата суда отклонялись, и в 1911г. штаты все еще оставались прежними, несмотря на троекратное увеличение выполняемой работы. Столь серьезное увеличение объемов деятельности происходило по нескольким причинам:

1.Увеличение численности населения.

2.Увеличение количества совершаемых преступлений: рост количества таковых превышал в несколько раз прирост населения. В1900г. в Благовещенской тюрьме находился под стражей 281 арестант различных категорий, а в 1911г. их количество уже было 1200.

3. Введение 5 дополнительных должностей мировых судей в черте постройки Амурской железной дороги, что также способствовало увеличению количества рассматриваемых окружным судом дел. Требовалось незамедлительное увеличение штата канцелярских служащих и канцелярских средств.

МИРОВОЙ СУД

Институт мировых судей в Приамурье был введен в 1896-1897 гг., что благоприятно сказалось на состоянии судебной системы в крае: теперь дела о «маловажных проступках и ничтожных гражданских исках» не тянулись годами и не перегружали и без того загруженные делами окружные суды.

Систему мирового суда составляли мировые судьи и съезды мировых судей. Уезд (город) делился на несколько судебных участков. В каждом участке утверждалась должность участкового мирового судьи, который избирался на три года на основе высокого образовательного и имущественного ценза (не моложе 25 лет, среднее и высшее образование, земельные владения от 400 десятин земли или другое недвижимое имущество ценой не ниже 15 тысяч рублей, а в городах – не ниже 3-6 тысяч) и при отсутствии компрометирующих обстоятельств. Утверждались судьи Сенатом.

Выборность мировых судей следует расценивать как важный либеральный шаг самодержавной власти. Однако выборы держались под контролем администрации (губернаторов, министра юстиции) и их условия не были просты для осуществления.

Все подсудные дела судьи разбирали единолично. Мировые судьи разбирали гражданские дела с ценой иска до 500 рублей, исключение составляли споры о недвижимом имуществе, независимо от размера иска. По уголовным делам к ведению мировых судей были отнесены проступки и преступления, за которые полагалось наказание в виде выговора, замечания и внушения; денежного взыскания до 300 рублей; ареста не свыше 3 месяцев; тюремного заключения до 1,5 лет.

Подсудность дел мирового суда сегодня вызывает интерес, так как демонстрирует приоритеты уголовно-правового регулирования того времени.

В соответствии с «Уставом о наказаниях, налагаемых мировыми судьями» (1867), в частности, в юрисдикцию мирового суда входили дела:

1. Опроступках против порядка управления;

2. О проступках против благочиния во время священнослужения, против порядка и спокойствия;

3. О проступках против общественного благоустройства;

4. О нарушениях устава о паспортах;

5. О нарушениях уставов строительных и путей сообщения;

6. О нарушениях устава пожарного;

7. О нарушениях уставов почтового и телеграфического;

8. О проступках против личной безопасности;

9. Об оскорблениях чести, угрозах и насилии;

10. О проступках против чужой собственности.

Наказание за кражу, мошенничество и присвоение или растрату чужого имущества, когда эти преступные действия были совершены дворянами, священнослужителями, монашествующими или почетными гражданами во всех без изъятия случаях, и когда они совершены лицами других сословий в третий раз или хотя и в первый или второй, но на сумму свыше трехсот рублей или при обстоятельствах, предусмотренных в статьях «Уложения о наказаниях», определялось виновным по приговорам «общих судебных мест» (окружных судов).

Статус различных категорий мировых судей (участковых, почётных и добавочных) во многом был идентичен. Основное отличие мировых участковых от почетных и добавочных заключалось в том, что последние не были прикреплены к постоянному участку, а осуществляли лишь отдельные поручения мирового съезда и временно исполняли обязанности отсутствующих участковых судей (на период отпуска, болезни и т.п.).

Почетные мировые судьи, чье процессуальное положение совпадало с участковыми, не имея собственного участка, исправляли свою должность на безвозмездной основе и могли совмещать ее с любой другой государственной или общественной службой. Нередки были случаи, когда почетным мировым судьей избирался местный губернатор, высокопоставленные чиновники и титулованные вельможи. Почетные мировые судьи остро критиковались за некомпетентность, халатное отношение к обязанностям. Единственным «техническим» оправданием служила нехватка кадров и соображения экономии средств. Введение и сохранение института почетного мирового судьи объясняется прежде всего стремлением власти обеспечить ведущую роль дворянского сословия и чинов администрации в мировом судейском корпусе.

Собрание всех категорий мировых судей уезда составляло мировой съезд – апелляционную и кассационную инстанцию и орган управления мировыми судьями, который включал всех судей. Он действовал коллегиально, в составе не менее 3 человек. В съезде участвовал также товарищ прокурора окружного суда, который в случае необходимости давал заключения по делам.

Обязанности съезда мировых судей, за неимением таковых возлагались на окружные суды. В частности, Благовещенский окружной суд в 1897 году был основан сразу с компетенцией съезда мирового суда. В компетенцию съезда мировых судей в соответствие со ст. 51 УСУ входило окончательное решение дел, подлежащих мировому разбирательству, рассмотрение в кассационном порядке просьб и протестов об отмене решений мировых судей. Таким образом, съезд мировых судей одновременно являлся для них и апелляционной, и кассационной инстанцией. Председатель мирового съезда избирался самим съездом и обладал стандартным набором организационных полномочий. Если мировой съезд делился на несколько отделений (чаще всего отделений было два: гражданское и уголовное), то одно отделение возглавлял председатель.

Изначально, по определению, съезд мировых судей задумывался как периодический орган, но практика деятельности сложилась так, что съезд фактически стал постоянно действующим учреждением. Этому способствовали такие предпосылки, как: 1) увеличение объема рассматриваемых дел; 2) нормативная база; 3) сложности с прибытием судей из своих, часто удаленных, участков; 4) плохая работа канцелярии, недостатки документооборота.

Работавшая в 1894-1899 годах Комиссия по пересмотру Судебных уставов одним из недостатков мирового съезда назвала его «товарищеский» характер, неспособность поддержать служебную дисциплину среди судей, слабый надзор за ними. Так, например, председатель съезда должен был избираться самими мировыми судьями из своей среды, вопросы (например, о дисциплине) решались корпоративно. Этот недостаток был устранен много позже, в 1912 году, путем изменения порядка назначения председателя съезда, который впоследствии назначался Высочайшим указом императора.

Мировой судья имел особый знак отличия – жетон с изображением государственного герба на золотой цепи, который он возлагал на себя во время исполнения служебных обязанностей (см. приложение).

При отсутствии в участке мирового суда назначенного нотариуса, мировой судья исполнял его функции на территории своего участка, которые зачастую являлись неотложными (свидетельствование юридически-значимых действий, актов и состояний, наследственные дела, долговые обязательства и прочие).

Количество судебно-мировых участков на территории областей определялось особым расписанием и могло меняться в зависимости от местных потребностей. Особое расписание участков мировых судей составлялось не на местном, а на высшем уровне. В дореволюционной России существовали также рекомендации по определению числа мировых участков.

Предполагалось, что численность населения в мировом участке должна была составлять от 25 до 35 тыс. жителей. Так как в России плотность населения всегда была неоднородной, современный законодатель сделал специальную оговорку для относительно малонаселенных территорий: если в административно-территориальном образовании проживает менее 15 тыс. чел., то в нем создается один судебный участок. Очевидно, что в малонаселённых районах Сибири и Дальнего Востока участки мирового суда охватывали огромные пространства, порой соизмеримые с территорией некоторых европейских государств.

Деятельность участковых мировых судей была оплачиваемой. Средства на их содержание брались из местных сборов и из городских доходов. Кроме собственно жалования участковому мировому судье деньги выделялись на разъезды, наем письмоводителя и рассыльного, а также на канцелярские расходы.

Первоначально в 1897 году Амурская область была разделена на 7 мировых участков, но с течением времени, в связи с увеличением количества населенных пунктов и, соответственно, численности населения, количество мировых участков возросло до 15.

Три новых должности мировых судей были введены перед началом работ по постройке средней части дороги в 1911 г., так как ожидался большой наплыв рабочих и увеличение в несколько раз количества совершаемых преступлений. Вопрос с учреждением должностей был разрешен в максимально короткие сроки, т. к. расходы на содержание трех новых единиц судебного персонала, а также одного товарища прокурора, были включены в расходные ведомости по постройке железной дороги. Вводились новые штатные единицы временно, на срок строительства средней части дороги, первоначально предполагалось – до 1 января 1914 г. В 1913 г. участки появились на станциях Облучье и Бира.

Новые мировые судьи получали служебное вознаграждение в размере 6700 рублей (в год) каждый (из них 1200 – жалованье, 500 – столовых. 3000 – добавочное жалованье, 2000 – на канцелярские расходы). Участок каждого из мировых судей в районе постройки средней части железной дороги составлял 250-260 верст. Требовалось значительное увеличение числа мировых судей и штата Благовещенского окружного суда, и в 1913 году количество участков мирового суда достигло 15.

Деятельность мирового суда в Амурской области в 1914-1918 годах значительно осложнилась в условиях «кадрового голода», особой криминогенной ситуации в золотодобывающих районах и в приграничье, призыва на фронты Мировой войны большого количества служащих министерства юстиции.

Кадровая политика учреждений юстиции того времени не способствовала закреплению на должности мировых судей. Если, например, в 1900 году ещё были возможны случаи перевода на должности мировых судей из других органов юстиции (например, благовещенский нотариус Михаил Кушлянский перешел на должность мирового судьи во Владивостокский окружной суд), то в дальнейшем в основном наблюдался обратный процесс – мировой суд был кадровым резервом для прокуратуры и состава судебных деятелей коронного окружного суда (А.Г. Никольский, Н.М. Крусберг и другие).

ПРОКУРАТУРА, СУДЕБНЫЕ ПРИСТАВЫ, АДВОКАТУРА И НОТАРИАТ

Преобразования судебного ведомства не могли не затронуть прокуратуру. Она стала строиться на принципе единоначалия и праве вышестоящих прокуроров давать указания нижестоящим. Во главе прокуратуры стоял генерал – прокурор. При Сенате были учреждены должности 2 обер–прокуроров, а в судебных палатах и в окружных судах – должности прокуроров и их помощников (товарищей прокурора). Все они также назначались судом по представлению Министра юстиции.

Портрет министра юстиции и члена Государственного Совета Н.В. Муравьева

После судебной реформы прокуратура освободилась от функции общего надзора, ее деятельность ограничивалась только судебной сферой. Функции пореформенной прокуратуры состояли в участии в судебных делах, надзоре за судами, следствием и местами заключения. Новая прокуратура создавалась при судах. Принято считать, что её функции в тот период были сведены лишь к деятельности, связанной с уголовным преследованием. Действительно, судебными уставами 1864 года должность прокуроров предусматривалась только при судебных учреждениях.

Служба судебных приставов одна из древнейших систем исполнительного законодательства. Судебный пристав как должностное лицо, обеспечивающее вызов в суд участников процесса и исполняющее судебные решения, был известен еще древнерусскому судоустройству. В памятниках русского права лиц, замещающих эту должность, называли отроками, мечниками, детскими, подвойскими и так далее. В московский период Российского государства, служба судебных приставов в России часто претерпевала свое реформирование. Как итог этого процесса в целом – была возрождена традиционная для России структура в том или ином виде, действовавшая в стране с 16 века, и получила свое юридическое закрепление Указом Екатерины II в 1782 году. Столетием позже, в ходе судебной реформы, начавшейся в 1885 году в России Институт судебных приставов в государственной иерархии, занял своё значимое место.

Реформа 1864 года, проведенная Александром II, изменила ситуацию. Именно тогда решено было возвратить институт судебных приставов, существовавший в то время уже во многих европейских государствах. Более того, была даже образована система приставов: частные становые, городские следственные приставы, в том числе судебные. От остальных последние отличались тем, что наряду с обязанностями, связанными с деятельностью суда, они должны были осуществлять привод, оповещение, а также взыскание денег с должников до решения суда, полномочия по исполнению судебных решений и определений, доставке сторонам повесток и бумаг по делам, исполнение иных поручений судов, в том числе по исполнению распоряжений председательствующего в судебном заседании, а также несению некоторых других обязанностей по обеспечению нужд судов .

Штатная численность судебных приставов при каждом судебном месте определялась соответствующим руководителем. В среднем - 12 - 18 приставов на губернию. Сравнительно небольшое, по сегодняшним меркам, количество судебных приставов легко объяснимо. В соответствии со ст.189 Устава уголовного судопроизводства наряду с судебными приставами приговоры в части денежных взысканий, а также решений суда по вознаграждению участников процесса за вред или убытки возлагались на волостных и сельских начальников, а также местные полицейские чины.

Судебный пристав так и не стал центральной фигурой в деле исполнения приговоров и судебных решений в части имущественных взысканий. Да, наверное, и не мог стать, поскольку круг его полномочий был сильно ограничен. Так, в обязанности судебных приставов, состоящих при кассационных департаментах Правительствующего сената и при судебных палатах, входило сообщение тяжущимся повесток и бумаг, по делам, производящихся в сих местах, и исполнение действий, поручаемых им от первоприсутствующего в кассационном департаменте или председателем судебной палаты. На судебных приставов, состоящих при окружных судах, кроме того, возлагалось исполнение судебных решений и некоторых других действий в пределах округа того суда, при котором они состоят. В число <отнесенных к их обязанностям действий включались вызовы к торгам по имуществу несостоятельных должников (публикации в газетах, ведение торга с записью предложенных цен и оформлению покупки), арест имущества, задержание должника и другие подобные действия. На судебного пристава при съездах мировых судей возлагалось принятие на сохранение денежных сумм и других ценностей, передаваемых в качестве наследства, и отсылка их наследникам по решению суда.

Подбор кандидатов на должность судебного пристава осуществлялся преимущественно из числа канцелярских служителей различных ведомств. По своему социальному происхождению они были разночинцы - дети чиновников, духовенства, мещан, унтер-офицеров и купцов. Назначение на должность осуществлялось председателем соответствующего суда. Судебные приставы состояли на государственной службе, имели классные чины (обычно восьмого - десятого класса). При поступлении на службу судебный пристав получал знак должности, печать судебного пристава (вначале на ней указывалось лишь название судебного органа, позднее эти печати стали именными и дополнялись именными бланками с угловым штампом и штампом входящей и исходящей документации и т.п.), три прошнурованные книги: учета входящей корреспонденции, учета исходящей корреспонденции и денежная приходно-расходная книга. В течение первого года службы для судебного пристава шел испытательный срок, и пристав именовался <исполняющим должность. По истечении испытательного срока судебный пристав утверждался в должности.

Кандидат на должность судебного пристава был обязан внести залог в размере 600 рублей. Эта сумма служила гарантом возмещения возможных убытков, которые могли быть причинены неправомерными действиями пристава. Кроме того, он принимал присягу.

В соответствии с действующим тогда законом судебный пристав не мог поменять место жительства без разрешения председателя суда, при котором состоял. Что же касается денежного довольствия, то у судебного пристава был самый маленький среди чинов канцелярии оклад содержания. Вместе со столовыми и квартирными судебный пристав окружного суда получал в год 600 рублей.

Также учреждена была адвокатура для защиты обвиняемых в суде по уголовным делам и представительства интересов сторон по гражданским делам. Адвокаты делились на присяжных поверенных, состоящих при судах, и частных поверенных. Для оформления сделок, удостоверения различных бумаг и актов был также учрежден нотариат .

Судебная реформа 1864 года создала совершенно новую профессиональную группу, которая окажется очень важной для будущего Российской империи. Органами адвокатского самоуправления стали общее собрание и советы присяжных поверенных. Присяжные поверенные были объединены в присяжную адвокатуру – коллегию адвокатов, членом которой можно было стать только на основании профессиональных знаний, что должно было гарантировать высокий профессиональный уровень. Присяжные поверенные занимались частной практикой. Они состояли при судах для следующих целей:

1. по избранию и поручению лиц, обратившихся к ним за юридической

помощью;

2. по назначению в случае необходимости советов присяжных или

председателем суда.

Требования к присяжным поверенным:

1. наличие диплома университета или другого высшего учебного

заведения об окончании курса юридических наук или о выдержанных экзаменах по этим наукам (экстернат);

2. Стаж работы не менее 5 лет по судебному ведомству на должностях,

позволяющих приобрести практические навыки в производстве судебных дел.

Присяжными поверенными не могли стать лица:

1. моложе 25 лет;

2. иностранцы;

3. несостоятельные должники;

4. лица, состоящие на государственной службе;

5. лица, ограниченные в гражданских делах;

6. лица, привлеченные к уголовной ответственности.

Чтобы стать присяжным поверенным, необходимо было подать прошение в совет поверенных. К прошению прилагались документы, подтверждающие образование, стаж и другую необходимую информацию о претенденте. Совет присяжных поверенных, рассмотрев представленные лицом документы, выносил постановление или о принятии просителя в число, или же отказывал в этом .

Адвокаты имели помощников - как правило, начинающих юристов, которые объединялись в соответствующие комитеты. Объединения присяжных адвокатов были основаны, к сожалению, только в трех городах Российской империи, в Санкт Петербурге, Москве и Харькове. Кроме присяжных поверенных и их помощников существовали «второсортные» адвокаты - частные поверенные, которые не были объединены в какую-либо организацию и существовали при судах, выдавших им свидетельства на ведение судебных дел.

Профессия адвоката приобрела в результате обострения внутриполитического положения и в связи с усилением давления полиции и цензуры, особый политический и социальный вес. Так как в рамках заключительной речи перед судом можно было сказать значительно больше чем в общественности. Из-за риторики блестящих адвокатов они имели особый авторитет в России. Судебные процессы, которые носили политический характер и в которых принимали участие знаменитые адвокаты, становились общественными событиями первого ранга.

Адвокатура имела огромное значение в качестве охранника законов, а также третья сторона участников процесса. Они были одной из немногих профессиональных групп с четким интересом соблюдения государственности. Кроме того, судебные залы были в России единственным местом, где постоянно защищалось право свободы слова.

Между обвинением и защитой происходили публичные состязания в правильном понимании и применении закона, в остроумии, в блеске фраз и в постижении тончайших зигзагов человеческой души. Прокуратура щеголяла «беспристрастием», а защита брала изворотливостью и патетикой.

Таким образом, судебная реформа создала не только новый суд, но и новую систему правоохранительных органов, более того, новое понимание и представление о законности и правосудии.

Судебная реформа 1864 года реорганизовала нотариат в России. Было принято Положение о нотариальной части 1866 года, согласно которому учреждались должности нотариусов. Нотариусы состояли при окружных судах и назначались на должность старшим председателем Судебной палаты. Для того чтобы быть зачисленным на должность нотариуса, кандидат должен был внести денежный залог и пройти соответствующие испытания.

Согласно Положению 1866 года деятельность нотариуса делилась на две части - собственно нотариальная, содержание которой составляло совершение различных актов и свидетельствование документов и так называемая крепостная часть, сводившаяся к утверждению и регистрации различных актов об отчуждении и ограничении вещевых прав на недвижимость .

Акты, совершаемые нотариусами, делились на: а) явочные и б) нотариальные, которые совершались сторонами в присутствии нотариуса и свидетелей и записывались в актовую книгу. Кроме того, существовали еще акты крепостные на отчуждение имущества или по ограничению вещевых прав. Эти акты в силу их значимости и правовых последствий утверждались старшим нотариусом.

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ БЛАГОВЕЩЕНСКОГО ОКРУЖНОГО СУДА

В 1897 – 1917-Х ГГ.

Одной из особенностей приамурских судов во второй половине XIX -начале XX в. – являлось постоянно растущее количество разбираемых дел. Увеличение штата работников судебного ведомства происходило очень медленно.

В 1900 году у членов суда было 2 выездных сессии, в 1911 их было уже 6, а в 1912 - 7. Окружной суд принимал все возможные меры к реальному увеличению интенсивности своей деятельности. С 1910 года количество судебных заседаний было увеличено с 3 до 4 в месяц (т.е. заседания стали еженедельными): одно заседание по гражданским делам общей подсудности, одно – по делам мировой подсудности, два – по делам уголовным общей подсудности. Более частые заседания ввести было невозможно ввиду ограниченного числа членов суда. В связи с тем, что наибольший рост количества дел был по делам уголовным, в ущерб всем остальным обязанностям, в летнее время суд назначал по два судебных заседания по уголовным делам.

Каникулярное время членов суда было сокращено до минимума, а временно исполняющий должность председателя Благовещенского окружного суда Якуцевич вообще отказался от пользования каникулярным временем. Несмотря на все усилия, суд не мог рассмотреть всех поступающих дел. Так, в 1911 г. к 1 августа оставалось нерассмотренных 417 дел. В оставшиеся месяцы суду предстояло совершить еще две выездные сессии в город Зею-Пристань и вверх по Амуру.

Учитывая это обстоятельство, а также сложность некоторых дел и большое количество вызываемых свидетелей, оказалось возможным назначить к слушанию до конца года лишь162 дела, а также еще не более 40 дел, которые еще поступали в течение года. Таким образом, более 200 дел осталось нерассмотренными. Количество дел в суде увеличивалось по всем отделам, но главным образом по уголовному отделу. В 1908 г. в Благовещенский окружной суд поступило1062 дела общей подсудности (из них 662 – уголовных и 400 -гражданских), в 1909г. – 1255 дел (849 уголовных и 406 гражданских), в 1910г. – 1621 (1042 уголовных и 579 гражданских), и в 1911г. – 1808 дел (1297 уголовных и 511 гражданских). Кроме того, в 1908г. окружной суд поступило 453 дела мировой подсудности, в 1909г. – 518, в 1910г. – 669, в 1911г. – 633. Таким образом. Общее количество дел, поступивших на рассмотрение Благовещенского окружного суда в 1908г. составило 1515 дел, в 1909г. – 1773, в 1910г. – 2290 и в 1911г. – 2441 дело на 4 членов суда.

Мировые судьи округа Благовещенского окружного суда также были перегружены работой. Интенсивность их работы из года в год возрастала. У одного мирового судьи в среднем за 1908 г. было в производстве 833 дела, кроме того, в среднем по 78 предварительных следствий; за 1909г. – в среднем по 1020 дел и 139 следствий; за 1910г. – 1051 дело и 114 следствий. Учитывая, что мировые участки были в среднем по 250-260 верст каждый, можно сделать закономерный вывод, что такое количество дел не под силу рассмотреть чисто физически одному человеку. Требовалось значительное увеличение числа мировых судей и штата Благовещенского окружного суда.

Поступление уголовных дел в Иркутскую судебную палату в качестве первой инстанции было достаточно стабильным – в течение 1909-1911гг. в среднем по 35 дел в год. В среднем, за два года было осуждено 28 человек и оправдано только 6. Что касается выносимых наказаний, то в округе Иркутской судебной палаты в начале XXв. наибольшее число осужденных было присуждено к заключению в исправительные арестантские отделения – 30%, и к заключению в тюрьму – 27%.

К каторге ежегодно приговаривалось в среднем 19%, к аресту 10%, к заключению в крепости 0,2%. Из числа обжалованных приговоров высшей инстанции в 1911г. в округе Иркутской судебной палаты было отменено 7%, что соответствовало средним показателям по России – 6-8%. Что же касается продолжительности производства дел, то здесь она была выше. Чем в целом по России. Более 6 месяцев рассматривалось 60% дел, тогда как по стране этот показатель был равен 39%. Из числа поступивших гражданских дел большинство составляли апелляционные дела по жалобам на решения окружных судов – 50-60%. Причем, было окончено с утверждением обжалованного решения в среднем 61%, изменено или отменено 39%. Рассмотрение гражданских дел было в Иркутской судебной палате более длительным, чем уголовных дел. Рассмотрение одного дела могло длиться от 5 месяцев до 8 и более. Это объяснялось высокой нагрузкой, а также большими расстояниями.

Одной из основных проблем деятельности дальневосточных судов являлось недостаточное количество канцелярских служащих. На секретаре суда лежало такое огромное количество обязанностей (надсмотрщик крепостных дел, делопроизводитель, приходо-расходчик, экзекутор, казначей, архивариус, кроме этого, зачастую секретарь занимался и производством крепостных дел). Членам суда по необходимости приходилось заниматься еще и канцелярской работой, беря на себя, по меньшей мере, половину всей возникающей «бумажной» работы. Делалось это, безусловно, в ущерб своим прямым обязанностям. Неизбежным следствием было не только еще большее замедление производства дел, но и снижение качества работы. Возникали ошибки, которых можно было бы избежать при более благоприятных условиях судопроизводства.

Оклады содержания должностных лиц судебного ведомства в Приамурском крае были такими же, как и в остальных губерниях, что не отвечало действительным потребностям. На фоне существующей дороговизны эти суммы были столь незначительными. Открывающиеся в судах вакансии замещались лицами или не отвечающими требованиям, или же теми, кто был вынужден принимать подобные назначения вследствие тяжелого материального положения. При этом наиболее способные или совсем оставляли службу в крае, или переходили в другие ведомства, в которых материальные условия были лучше.

Решения суда носили в основном классовый характер, основывались на различном восприятии деяний, совершенных представителями различных сословий. Наиболее опасными признавались преступления против порядка управления, собственности, личности. Вместе с тем в заседаниях суда активно участвовала защита, а суды нередко вносили оправдательные приговоры по уголовным делам.

При отсутствии судебных органах на местах, окружным судом нередко проводились выездные заседания. Например, представители суда выезжали по необходимости в отдаленные горные округа – Зейский и Бурейский.

Гораздо хуже обстояли дела в гражданском процессе. Медленность и волокита требовала мужества и особой энергии, чтобы начать иск на небольшую сумму. Этим объяснялся тот факт, что до рассмотрения судов доходила лишь незначительная часть общего числа возникающих в крае гражданских правонарушений. Ситуация несколько изменилась в лучшую сторону с введением института мировых судей.

По состоянию на 1901 год в Благовещенском окружном суде, помимо Председателя служили члены суда Н.И. Биянтовский (статский советник) и И.А. Булгаровский (коллежский советник), А.И. Кокошкин (коллежский асессор), А.Л. Якуцевич (титулярный советник). Мировых судей – 8 человек, добавочных мировых – 2, почётных мировых (внештатных) – 13, судебных следователей – 2. Канцелярия окружного суда – 5 человек. Прокурорский надзор окружного суда состоял из 5 человек. По ведомству Минюста также в составе суда числились 3 нотариуса, 3 присяжных и 4 частных поверенных (адвоката).

В 1915 году штатный состав суда изменился и увеличил численность. Помимо Председателя, статского советника А.А. Петухина – Кошелева, в его составе были члены суда А.Л. Якуцевич (статский советник), Д.М. Ненцинский (коллежский советник), статский советник А.Г. Никольский, одновременно исполнявший обязанности Старшего нотариуса и ведавший нотариальным архивом, а также надворный советник Я.В. Комаринец. В состов суда были введены переводчики с китайского и маньчжурского языков и 2 судебных пристава. Секретариат суда составлял 3 чел., состав мирового суда был увеличен до 14 человек. В состав прокурорского надзора кроме прокурора окружного суда, коллежского советника Д.И. Миляшкевича были включены 6 товарищей (заместителей) прокурора, кроме того им были приданы члены секретариата в составе 7 человек.

СУД В АМУРСКОЙ ТРУДОВОЙ РЕСПУБЛИКЕ (1918)

События русской революции февраля-октября 1917 г. вызвали волну преобразований на дальневосточных окраинах страны: в первую очередь в городах, крупных промышленных и административных центрах Приамурья и Приморья. Они касались всех значимых сфер общественной жизни – были изменены порядок государственного управления и государственного устройства, реорганизована система органов государственного управления.

В марте 1917 г. были отменены все формы социального неравенства и сословного разделения, началось формирование новых органов власти на местах. После прихода к власти Советов коренному изменению должны были быть подвергнуты и существовавшие формы собственности. Соответственно, разрушению должна была быть подвергнута вся существовавшая ранее система российских публично-государственных институтов, включая государственный аппарат и систему права, которые были признаны инструментами эксплуатации и основой закрепления классового неравенства.

Сфера правосудия в советской России в первую очередь подлежала принципиальному переустройству и была кардинально преобразована в соответствии с декретом СНК «О суде».5 декабря (22 ноября) 1917 г., с принятием которого профессиональный принцип формирования судебных органов был фактически заменён выборами народных судей. Необходимость в принятии данного законодательного акта была обусловлена принципиальной позицией большевиков, направленной на решительный слом судебных учреждений, существовавших до Октябрьской революции.

В.И. Ленин писал о том, что «…безусловной обязанностью пролетарской революции было не реформировать судебные учреждения…, а совершенно уничтожить, смести до основания весь старый суд и его аппарат. Эту необходимую задачу Октябрьская революция выполнила, и выполнила успешно».

Декретами «О суде» Совет народных комиссаров постановил, в частности:

1. «Упразднить доныне существующие общие судебные установления..;

2. Приостановить действие существующего доныне института мировых судей, заменяя мировых судей, избираемых доныне непрямыми выборами, местными судами и лице постоянного местного судьи и двух очередных заседателей, приглашаемых на каждую сессию по особым спискам очередных судей… Для разрешения уголовных дел на фронтах местные суды тем же порядком избираются полковыми советами, а где их нет – полковыми комитетами. О судопроизводстве по прочим судебным делам будет издан особый декрет.

3. Упразднить доныне существовавшие институты судебных следователей, прокурорского надзора, а равно и институты присяжной и частной адвокатуры… В роли же обвините лей и защитников, допускаемых и в стадии предварительного следствия, а по гражданским делам – поверенными, допускаются все неопороченные граждане обоего пола, пользующиеся гражданскими правами;

4. Для принятия и дальнейшего направления дел и производств как судебных установлений, так и чинов предварительного следствия и прокурорского надзора, а равно и советов присяжных поверенных, соответствующие местные Советы Р., С. и Кр. Депутатов избирают особых комиссаров, которые принимают в свое ведение архивы и имущества этих учреждений…;

5. Местные суды решают дела именем Российской Республики и руководятся в своих решениях и приговорах законами свергнутых правительств лишь постольку, поскольку тако вые не отменены революцией и не противоречат революционной совести и революционному правосознанию…;

6. По всем спорным гражданским, а также и частно-уголовным делам стороны могут обращаться к третейскому суду…;

7. Право помилования и восстановления в правах лиц, осужденных по уголовным делам, впредь принадлежит судебной власти…;

8. Для борьбы против контрреволюционных сил в видах принятия мер ограждения от них революции и ее завоеваний, а равно для решения дел о борьбе с мародерством и хищничеством, саботажем и прочими злоупотреблениями торговцев, промышленников, чиновников и пр. лиц учреждаются рабочие и крестьянские Революционные Трибуналы, в составе одного председателя и шести очередных заседателей, избираемых Губернскими или Городскими Со ветами Р., С. и Кр. Депутатов».

Коренным образом изменялся принцип формирования судебных учреждений, в которых отныне осуществлялся подбор кадров для любых советских учреждений исключительно из среды близких сторонников, с полным исключением идеологических оппонентов. Процесс ликвидации судебных учреждений в начале 1918 г. осуществлялся в тех местностях, на которые распространялась Советская власть.

В Самаре «старые» суды были ликвидированы 2 (15) января 1918 г., в Екатеринбурге – 19 января (1 февраля), в Нижнем Новгороде – 15 (28) января. К середине 1918 г. новые суды были созданы почти повсеместно.

В Амурской области в ходе первых 3-х прошедших в период 1917 – начала 1918 гг. представительных съездов областных депутатов обозначилось острое идейное противостояние между большевиками и представителями других политических сил. Коренные общественно -политические изменения, а также нерешенные вопросы о власти, о составе органов местного самоуправления, о характере и порядке дальнейших преобразований, неизбежно приводили к радикализации общественной жизни, вызывавшей, в свою очередь, жесткое политическое противостояние, вылившееся в итоге в кровопролитную гражданскую войну.

6 марта 1917 г. в Благовещенске местными властями был организован Комитет общественной безопасности, ставший органом Временного правительства, официально представлявшего в то время государственную власть в России. 27 октября 1917 г. события в столице обсуждались на заседании благовещенской городской Думы, однако городским властям уда лось скрывать от населения факт произошедшего там переворота и прихода к власти большевиков вплоть до 11 ноября 1917 г.

В январе 1918 г. в область с фронта вернулись казаки 1-го Амурского казачьего полка, в котором были сильны революционные настроения. В период проходившего в Благовещенске 4-го объединенного Съезда крестьян и казаков Амурской области (180 делегатов) и Совета депутатов Благовещенска (150 делегатов) провозгласил переход власти в области в руки Советов.

В марте 1918 г. в Благовещенске под руководством атамана АКВ И.М. Гамова активизировалось движение граждан, объединённых в отряды милиции для «самоохраны» от криминала, орудовавшего в городе. Разгром этого движения отрядами красногвардейцев, вошедший в советскую историографию как «подавление т.н. «Гамовского мятежа», вызвал окончательный раскол в обществе, приведший к фактическому переходу власти в руки Советов.

Многие судебные деятели Благовещенского окружного суда участвовали в этих событиях на стороне т.н. «мятежников» и после вытеснения их из города укрылись в Китае – в Сахаляне (Хэйхэ) и Харбине.

При этом известно, что они, фактически находясь за границей, считали это своё состояние временным, а себя – находящимися по-прежнему на службе в суде. Перед теми немногими судебными деятелями, кто остался на российской территории, встал вопрос выбора «белой» или «красной» стороны политического, а затем и военного конфликта.

Заседавший 1–10 апреля 1918 г. в Благовещенске 5-й объединённый областной съезд трудящихся провозгласил создание Амурской трудовой социалистической республики (Амурская социалистическая федеративная республика). В ходе преобразований, намеченных в соответствии с его решениями, было объявлено о национализации всех крупных и средних предприятий промышленности и торговли, речного флота. Руководствуясь советским «Декретом о земле», областной съезд трудящихся отменил все старые формы землевладения и постановил перераспределить всю пахотную землю по среднедушевой норме в 7-9 десятин.

Впоследствии в Амурской трудовой социалистической республике были созданы чрезвычайные и полномочные органы – военно-революционный штаб, контрольная комиссия, комиссия по борьбе с контрреволюцией, ревтрибунал. Летом 1918 г. органы власти Амурской трудовой республики были переформированы в соответствии с недавно принятой Конституцией РСФСР: появились облисполком, военный комиссариат, комиссариаты внутренних дел, земледелия и т.д. Усилились связи и взаимодействие области с советскими органами управления - Дальсовнаркомом и Центросибирью, которые оказали помощь кадрами, финансами, техническими средствами.

Вместе с тем формирование органов революционного правосудия столкнулось с рядом трудностей. О положении дел в этой сфере, сложившемся в Амурской трудовой республике в 1918 г., мы можем судить по сведениям, полученным из отчета о деятельности областного Комиссара юстиции, положения о судах в Амурской республике, протокола заседания судебной секции 6-го съезда Советов трудящихся, материалов доклада А. Чернушкина о суде, отложившихся в фондах Государственного архива Российской Федерации.

В отчете о деятельности комиссара юстиции Амурской трудовой республики на 1 июня 1918 г. содержатся сведения о ликвидации органов Благовещенского окружного суда, прокурорского надзора, мировых судей, судебных следователей и приставов, присяжных адвокатов и замене их избранными местными народными судьями.

Вместе с тем, в отчете комиссара юстиции указывалось, что «суд, как местный, так и окружной народный, должны быть построены на основании Декретов № 1 и 2 «О суде» ЦИК и СНК РСФСР, а не на основании обстоятельств дела и Революционной совести» [ГАРФ. Ф.9441.Оп.1. Д.1. Лл.8].

Судебные органы в Амурской республике в этот период были представлены следующим образом:

1. Местный народный суд;

2. 3. 4. 5. Съезд народных судей; Народный окружной суд; Областной народный суд; Судебный верховный контроль – революционный Трибунал 2-х родов [ГАРФ. Ф.9441.Оп.1. Д.1. Л.21.].

Вместе с тем можно уверенно констатировать, что реформа судебных учреждений здесь столкнулась в первую очередь с фактическим отсутствием квалифицированных кадров юристов, готовых поступить на службу в новые органы правосудия. Кроме того, для новых властей вопросы правовой реформы явно отступали на задний план в условиях товарного дефицита, саботажа, массового правового нигилизма, угрозы военного уничтожения республики. Другим важным фактором, не позволившим развернуть новую систему органов юстиции, являлось фактическое отсутствие принципиально новой правовой базы, позволявшей адекватно совместить декларативные положения первых советских декретов и реальность дальневосточного жизненного уклада, основанного, в немалой степени, на свободе рыночных отношений, частной собственности, прав и свобод личности.

В частности, серьёзные противоречия вызывали предпринятые властями республики попытки регулирования ценообразования и управления объектами собственности. В результате попытки организовать новую систему правосудия в обстановке разгорающейся гражданской войны на Дальнем Востоке в этот период фактически оказались несостоятельными.

1 сентября 1918 г. в Амурской трудовой республике было объявлено осадное положение, 17 сентября началась эвакуация в северные районы, а 18 сентября 1918 г. Благовещенск был взят переправившимися через Амур белогвардейскими и японскими войсками. Существование Амурской трудовой социалистической республики на этом прекратилось.

Вплоть до февраля 1920 г. на территории Амурской области действовала «белая» власть, под покровительством японских интервентов в первую очередь реставрировавшая многие дореволюционные порядки. В этот период была временно восстановлена юрисдикция Благовещенского окружного суда и действие дореволюционного законодательства в основных сферах общественно-экономической жизни.

В феврале 1920 г. войска интервентов и белогвардейцев были вытеснены из Амурской области, в августе 1920 г. область вошла в состав Дальневосточной республики. В период 1920-1922 гг. революционные преобразования органов юстиции в области были завершены, в их состав были включены и отдельные профессиональные юристы, ранее служившие в имперских окружных судах. Некоторые из них выполняли профессиональные функции в народных судах вплоть до середины 1930-х гг. В дальнейшем строительство судебных органов в Амурской области осуществлялось в соответствии с Конституцией и законами ДВР, а с 1923 г. – в соответствии с союзным и республиканским законодательством СССР.

Вместе с окончанием освобождения всего Дальнего Востока от интервентов и белогвардейцев 25 октября 1922 года, отпала необходимость в буферном государстве. Народное собрание ДВР 14 ноября 1922 года постановило передать власть на всем Дальнем Востоке Советам и воссоединить его с Советской Россией. Народное собрание отменило Конституцию 1921 года, все законы ДВР, и обратилось во ВЦИК с просьбой присоединить Дальний Восток к РСФСР, распространив на него действие Советской конституции и Советских законов.

Автор: доктор исторических наук, профессор кафедры истории России БГПУ Андрей Друзяка