Arms
 
развернуть
 
675000, г. Благовещенск, ул. Шевченко, д. 6
Тел.: (4162) 51-34-27
oblsud.amr@sudrf.ru
схема проезда
675000, г. Благовещенск, ул. Шевченко, д. 6Тел.: (4162) 51-34-27oblsud.amr@sudrf.ru
ПРЕСС-СЛУЖБА
Новость от 19.05.2017
Обобщение практики применения судами Амурской области требований закона при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и её продлении, домашнего ареста и залога в 2016 годуверсия для печати

Рассмотрено президиумом

Амурского областного суда

15 мая 2017 года

О Б О Б Щ Е Н И Е

практики применения судами Амурской области требований закона при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и её продлении, домашнего ареста и залога в 2016 году

Амурским областным судом изучена практика рассмотрения судами Амурской области в 2016 году ходатайств органов предварительного расследования об избрании в отношении подозреваемых или обвиняемых в качестве меры пресечения заключения под стражу и о продлении срока содержания обвиняемых под стражей.

Судебная защита права каждого на свободу и личную неприкосновенность гарантирована ст. 22 Конституции Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права. Заключение под стражу - наиболее строгая, ограничивающая свободу личности мера пресечения, которая применяется только при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и допускается исключительно по судебному решению (ст. 108 и ст. 109 УПК РФ).

Как показал проведённый анализ, в 2016 году судами области рассмотрено 1164 ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, что на 8,7% меньше, чем в 2015 году (1275), из них удовлетворено - 1019 (87,5% (в 2015 году – 1170 (91,7%)), при этом 25 ходатайств рассмотрено в отношении лиц, подозреваемых (обвиняемых) в совершении преступлений небольшой тяжести, из них удовлетворено – 23 (92%).

За указанный период рассмотрено 2414 ходатайств о продлении срока содержания под стражей, что на 4,1 % больше, чем в 2015 году (2315), из них удовлетворено - 2357 (97,6% (в 2015 году – 2288 (98,8%), при этом 33 ходатайства рассмотрено и удовлетворено в отношении лиц, обвиняемых в совершении преступлений небольшой тяжести, из них удовлетворено – 32 (97%.

В отношении женщин в 2016 году судами области рассмотрено 60 ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, из них удовлетворено 55 (91,7% (в 2015 году - удовлетворено 86,4% ходатайств), а также 120 ходатайств о продлении срока содержания под стражей лиц этой же категории, из них удовлетворено - 116 (96,7% (в 2015 году удовлетворено 100% ходатайств).

В отношении несовершеннолетних рассмотрено 33 ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу (в отношении подозреваемых и обвиняемых в совершении особо тяжких преступлений – 9, тяжких – 8, средней тяжести – 16), из них удовлетворено – 24 (72,7% против 68,2% в 2015 году), а также 51 ходатайство о продлении срока содержания под стражей лиц этой же категории (в отношении обвиняемых в совершении особо тяжких преступлений – 19, тяжких – 18, средней тяжести – 14), все удовлетворены (100 % против 95,2% в 2015 году).

Принимая решение об отказе в избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, суд в 37 случаях избрал меру пресечения - домашний арест (в 2015 году – 36), а в 4 – залог (что в 4 раза чаще, чем в 2015 году), отказывая в продлении срока содержания под стражей обвиняемых, суд в 27 случаях (в 2015 году – 33) избрал меру пресечения - домашний арест, а в 3 – залог (в 2015 году не применялся).

В апелляционном порядке в 2016 году обжаловано:

- 270 постановлений об удовлетворении ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу (что на 10,4 % больше, чем в 2015 году – 242), из них отменено – 10, изменено – 7 (в прошлом году – 10 и 5 соответственно), при этом судебная коллегия избрала в отношении шести обвиняемых (подозреваемых) меру пресечения в виде домашнего ареста;

- 4 постановления об отказе в удовлетворении ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, из них отменено – 1 (25%);

- 383 постановления об удовлетворении ходатайств о продлении срока содержания под стражей (что на 12,5 % больше, чем в 2015 году – 335), из них отменено – 14, изменено – 5 (в прошлом году – 13 и 4 соответственно), при этом судебной коллегией в отношении шести обвиняемых избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, в отношении одного - залог;

- 6 постановлений об отказе в удовлетворении ходатайства о продлении срока содержания под стражей, из них отменено – 2 (33,3%).

Проведённый анализ данных судебной статистики и материалов изучения судебной практики свидетельствует о том, что суды области в основном соблюдают требования статей 106, 107, 108, 109 и 255 УПК РФ, учитывают разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19 декабря 2013 года «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», постановлении Президиума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2006 года «О рассмотрении результатов обобщения судебной практики об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений», а также рекомендации Амурского областного суда. Также судами принимаются во внимание правовые позиции Конституционного Суда Российской Федерации и Европейского Суда по правам человека.

Между тем, в ходе проведения обобщения установлено, что имеют место случаи несоблюдения судьями области вышеуказанных положений закона.

Допущенные судами нарушения, в частности, связаны с низким уровнем требований к качеству и объёму представляемых органами предварительного следствия материалов, некритическому отношению к неполноте представленных в суд доказательств, подтверждающих обоснованность подозрения в совершении преступления конкретного лица, а также с достоверностью подтверждающих наличие обстоятельств, указанных в ч. 1 ст. 97 УПК РФ.

Судами не всегда с достаточной полнотой исследовались основания, подтверждающие необходимость применения такой меры пресечения, как заключение под стражу.

1. ИЗБРАНИЕ МЕРЫ ПРЕСЕЧЕНИЯ В ВИДЕ ЗАКЛЮЧЕНИЯ ПОД СТРАЖУ

1.1. В силу ст. 97 УПК РФ мера пресечения избирается при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый или обвиняемый может скрыться от дознания, предварительного следствия или суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства, либо иным путём воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Свободненский городской суд постановлением от 29 декабря 2015 года, отказывая в удовлетворении ходатайства следователя об избрании в отношении Ф.И.О.1 меры пресечения в виде заключения под стражу, признал неубедительными и не подтверждёнными представленными материалами доводы следователя о том, что подозреваемый может скрыться от следствия и суда, а также продолжить заниматься преступной деятельностью.

Таким образом, суд, установив отсутствие указанных органом предварительного следствия оснований для избрания меры пресечения, и избирая меру пресечения в виде домашнего ареста, не указал иные основания, предусмотренные ст. 97 УПК РФ, не мотивировал наличие этих оснований ссылками на конкретные фактические обстоятельства. Кроме того, указав на необходимость избрания Ф.И.О.1 меры пресечения в виде домашнего ареста «в целях предотвращения нежелательного поведения Ф.И.О.1 и воспрепятствования им производству по делу», суд не привёл сведения, которые свидетельствуют о том, что Ф.И.О.113 может воспрепятствовать расследованию уголовного дела.

Судебная коллегия апелляционным постановлением от 21 января 2016 года постановление суда первой инстанции отменила, приняла по делу новое решение, с учётом конкретных обстоятельств дела, сведений о личности подозреваемого, а также иных данных, указанных в статье 99 УПК РФ, в удовлетворении ходатайства следователя об избрании в отношении подозреваемого Ф.И.О.1 меры пресечения в виде заключения под стражу отказала.

1.2. Согласно ст. 99 УПК РФ при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления и определения её вида должны учитываться, в том числе, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

Однако не все судебные решения соответствуют данным требованиям закона.

Благовещенский городской суд в постановлении от 2 декабря 2016 года, принимая решение об избрании в отношении обвиняемого Ф.И.О.2 меру пресечения в виде заключения под стражу, указал, что Ф.И.О.2 обвиняется в совершении преступления средней тяжести, регистрации и постоянного места жительства на территории Амурской области не имеет, в связи с чем пришёл к выводу о наличии основания полагать, что он может скрыться от органов предварительного следствия, чем воспрепятствует производству по уголовному делу, а избрание в отношении обвиняемого на данной стадии производства по делу иной, более мягкой, меры пресечения невозможно.

Вместе с тем, в ходе апелляционного рассмотрения 12 декабря 2016 года судебная коллегия установила, что судом не приняты во внимание иные значимые обстоятельства, в том числе, что Ф.И.О.2 имеет постоянное место жительства и регистрации в <адрес>, состоит в браке, характеризуется положительно, жалоб на его поведение не поступало, от органов следствия не скрывался, уголовное дело возбуждено 10 мая 2016 года и расследуется более 6 месяцев.

Судебная коллегия посчитала, что указанные нарушения являются существенными, приняла решение об отмене постановления суда первой инстанции.

Учитывая вышеприведённые данные о личности Ф.И.О.2, а также установив, что в представленных материалах не содержится достаточных данных, свидетельствующих о том, что Ф.И.О.2, находясь на свободе, может воспрепятствовать производству по делу, необходимости в избрании по собственной инициативе в отношении обвиняемого иной меры пресечения не усмотрела, в удовлетворении ходатайства следователя отказала.

Благовещенский городской суд в постановлении от 18 ноября 2016 года, принимая решение об избрании в отношении обвиняемого Ф.И.О.3 меры пресечения в виде заключения под стражу, указал, что Ф.И.О.3, ранее судимый, вновь обвиняется в совершении тяжкого преступления против собственности, по месту жительства характеризуется как лицо, ранее злоупотреблявшее спиртными напитками и ведущее антиобщественный образ жизни, официально не трудоустроен, не состоит в браке, не имеет детей, по месту регистрации не проживает.

Вместе с тем, в ходе апелляционного рассмотрения 25 ноября 2016 года судебная коллегия установила, что судом не приняты во внимание иные значимые обстоятельства, в том числе, что Ф.И.О.3 имеет судимость за совершение преступления небольшой тяжести, направленного против безопасности движения и эксплуатации транспорта, проживает в <адрес>, трудоустроен, и пришла к выводу, что эти обстоятельства не получили надлежащей оценки в постановлении суда.

Судебная коллегия сочла, что указанные нарушения являются существенными, постановление суда первой инстанции отменила.

Апелляционная инстанция пришла к выводу, что данные о личности Ф.И.О.3, тяжесть инкриминируемого ему преступления, наличие у него регистрации на территории Амурской области и места жительства в <адрес>, а также то, что он временно трудоустроен, не свидетельствуют о том, что он может продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться от органов предварительного следствия, а его надлежащее процессуальное поведение по делу может быть обеспечено лишь путём его заключения под стражу, необходимости в избрании в отношении Ф.И.О.3 меры пресечения в виде залога или домашнего ареста не усмотрела и приняла решение об отказе в удовлетворении ходатайства следователя об избрании в отношении Ф.И.О.3 меры пресечения в виде заключения под стражу.

Благовещенский городской суд в постановлении от 8 октября 2016 года, принимая решение об избрании в отношении обвиняемого Ф.И.О.4 меры пресечения в виде заключения под стражу, указал, что Ф.И.О.4 обвиняется в совершении тяжкого преступления, регистрации на территории г. Благовещенска не имеет, социально опасен, уголовное дело находится на первоначальной стадии расследования, в связи с чем пришёл к выводу, что, оставаясь на свободе, Ф.И.О.4 может скрыться от органов следствия, чем воспрепятствует производству по делу.

Вместе с тем, в ходе апелляционного рассмотрения 18 октября 2016 года судебная коллегия установила, что судом не приняты во внимание иные значимые обстоятельства, в том числе, что Ф.И.О.4 является гражданином РФ, судимости не имеет, от следствия не скрывался, дал признательные показания об обстоятельствах совершения преступления, то есть занял бесконфликтную позицию по уголовному делу, имеет место жительства и регистрации, согласно представленной характеристике по месту жительства характеризуется удовлетворительно, трудоустроен <данные изъяты>, и пришла к выводу, что эти обстоятельства не получили надлежащей оценки в постановлении суда.

Судебная коллегия сочла, что указанные нарушения являются существенными, постановление суда первой инстанции отменила, необходимости в избрании по собственной инициативе в отношении обвиняемого иной меры пресечения не усмотрела, в удовлетворении ходатайства следователя отказала.

По аналогичным основаниям изменены (отменены) постановления Благовещенского городского суда от 29 августа 2016 года в отношении Ф.И.О.5 , от 7 ноября 2016 года в отношении Ф.И.О.6 .

1.3. В ходе обобщения судебной практики установлено, что по ряду дел суды при наличии достаточных оснований, установленных ч. 1 ст. 97, ст. 99 УПК РФ необоснованно отказывали в удовлетворении ходатайств следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и о продлении срока содержания под стражей.

Магдагачинский районный суд в постановлении от 15 июля 2016 года, отказывая в удовлетворении ходатайства заместителя руководителя следственного органа об избрании в отношении обвиняемого Ф.И.О.7 меры пресечения в виде заключения под стражу и избирая в отношении него меру пресечения виде домашнего ареста, не согласился с приведёнными в ходатайстве доводами о необходимости избрания в отношении Ф.И.О.7 меры пресечения в виде заключения под стражу, сославшись на отсутствие оснований полагать, что Ф.И.О.7, оставаясь на свободе, может продолжить заниматься преступной деятельностью, оказать воздействие на участников процесса с целью воспрепятствования производству по делу либо скрыться от органов предварительного следствия и суда.

В ходе апелляционного рассмотрения судебная коллегия установила, что судом не приняты во внимание иные значимые обстоятельства, в том числе то, что Ф.И.О.7 обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, предусмотренного п. «б» ч. 4 ст. 132 УК РФ, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до 20 лет, производство по делу находится на первоначальном этапе, Ф.И.О.7 не является гражданином РФ, имеет гражданство <данные изъяты>, Ф.И.О.7 и его родственники обращались к законному представителю потерпевшей с просьбой забрать заявление о привлечении к уголовной ответственности из органа предварительного расследования, Ф.И.О.7 проживает в одном населённом пункте с малолетней потерпевшей, достоверно знает адрес места жительства как потерпевшей и её законного представителя, так и свидетелей, и пришла к выводу, что эти обстоятельства не получили надлежащей оценки в постановлении суда.

Судебная коллегия апелляционным постановлением от 30 августа 2016 года постановление суда первой инстанции отменила, учла конкретные обстоятельства дела, стадию расследования уголовного дела, тяжесть, характер и фактические обстоятельства инкриминируемого Ф.И.О.7 деяния, данные о его личности, пришла к выводу о наличии достаточных оснований полагать, что, находясь на свободе, Ф.И.О.7 может скрыться от органов предварительного следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, оказать воздействие на участников процесса с целью воспрепятствовать производству по уголовному делу, и приняла по делу новое решение об удовлетворении ходатайства об избрании в отношении обвиняемого Ф.И.О.7 меры пресечения в виде заключения под стражу.

Тамбовский районный суд в постановлении от 6 апреля 2016 года, принимая решение об оставлении без удовлетворения ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей обвиняемого Ф.И.О.8, указал, что Ф.И.О.8 имеет социальные связи – имеет собственное жильё, временно проживал у сестры, которая оказывала ему материальную помощь после освобождения из мест лишения свободы, каких-либо свидетельств, что Ф.И.О.8 может уклониться от участия в следственных мероприятиях, оказать давление на кого-либо из свидетелей, в представленных материалах не имеется, характер похищенного (спиртные напитки) говорит о том, что указанное преступление было совершено не для добывания средств к существованию, а с иной целью, ходатайство не содержит перечня конкретных следственных действий, которые необходимо выполнить с участием Ф.И.О.8

Вместе с тем, в ходе апелляционного рассмотрения 10 мая 2016 года судебная коллегия установила, что судом не приняты во внимание иные значимые обстоятельства, в том числе, что Ф.И.О.8 обвиняется в умышленном преступлении средней тяжести, совершённом 9 февраля 2016 года, будучи освобождённым по отбытии наказания из мест лишения свободы 27 января 2016 года (на 13 день после освобождения), ранее неоднократно привлекался к уголовной ответственности за совершение преступлений различной тяжести и направленности (в том числе, против собственности), не трудоустроен и не имеет источника дохода, в браке не состоит, детей и лиц на иждивении не имеет, характеризуется посредственно, на что указывал следователь в обоснование своего ходатайства о необходимости продления срока содержания Ф.И.О.8 под стражей, и пришла к выводу, что эти обстоятельства не получили надлежащей оценки в постановлении суда.

Судебная коллегия сочла, что указанные нарушения являются существенными и могут быть устранены при рассмотрении дела в апелляционном порядке, однако, принимая во внимание, что постановлением Тамбовского районного суда от 28 апреля 2016 года в отношении Ф.И.О.8 по тому же уголовному делу избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, пришла к выводу, что оснований для разрешения по существу ходатайства следователя о продлении срока содержания Ф.И.О.8 под стражей не имеется и прекратила производство по данному ходатайству.

1.4. Проведённое обобщение показало, что отдельные суды принимали решения об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу при отсутствии в материалах, представленных в обоснование заявленного ходатайства, достаточных данных, свидетельствующих о невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения.

Ивановский районный суд Амурской области в постановлении от 12 января 2016 года при избрании в отношении Ф.И.О.9, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а,б,в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (4 факта), меры пресечения в виде заключения под стражу указал, что он обвиняется в совершении 4 преступлений средней тяжести в составе группы лиц, неоднократно привлекался к административной ответственности, участковым характеризуется отрицательно, в связи чем пришёл к выводу, что он может скрыться от органов предварительного следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью и оказать давление на участников уголовного судопроизводства, чем воспрепятствует установлению истины по делу.

Судебная коллегия апелляционным постановлением от 28 января 2016 года постановление суда первой инстанции изменила, избрала в отношении обвиняемого Ф.И.О.9 меру пресечения в виде домашнего ареста, установив из представленных следователем к ходатайству материалов следующее: Ф.И.О.9 ранее не судим, трудоустроен, положительно характеризуется по местам работы и жительства, состоит в зарегистрированном браке, имеет на иждивении троих малолетних детей, принимает меры к полному возмещению причинённого им вреда, что, исходя из категории преступлений, в совершении которых обвиняется Ф.И.О.9, а также привлечения его к уголовной ответственности впервые, не исключает возможности последующего прекращения его уголовного преследования.

Доказательства наличия реальных оснований полагать, что Ф.И.О.9 может скрыться от органов предварительного следствия и суда, в представленных материалах отсутствуют, равно как и объективные данные, указывающие на причастность Ф.И.О.9 к совершению иных аналогичных преступлений. В постановлении суда не приведено убедительных выводов, из которых следовало бы, что надлежащее процессуальное поведение Ф.И.О.9 невозможно обеспечить путём применения к нему иных мер пресечения, нежели заключение под стражу.

Судебная коллегия указала, что выводы суда о наличии предусмотренных ст. 97 УПК РФ оснований для избрания в отношении Ф.И.О.9 меры пресечения являются правильными, однако, учитывая конкретные обстоятельства дела, сведения о личности обвиняемого, характер инкриминированных ему деяний (тайные хищения крупных домашних животных в ночное время суток), а также родственные отношения с иными лицами, привлекаемыми к уголовной ответственности по данному делу, пришла к выводу о возможности обеспечения надлежащего процессуального поведения Ф.И.О.9 на данной стадии производства по делу путём применения к нему меры пресечения в виде домашнего ареста в условиях частичной изоляции от общества с возложением на него определённых запретов.

По аналогичным основаниям были изменены (отменены) постановления Благовещенского городского суда от 13 мая 2016 года в отношении Ф.И.О.114 , от 28 июля 2016 года в отношении Ф.И.О.10 , от 29 октября 2016 года в отношении Ф.И.О.11 , от 22 ноября 2016 года в отношении Ф.И.О.12 , от 30 ноября 2016 года в отношении Ф.И.О.13 ; Благовещенского районного суда от 5 марта 2016 года в отношении Ф.И.О.14, Ф.И.О.15; Свободненского городского суда от 11 октября 2016 года в отношении Ф.И.О.16 .

1.5. В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона выводы суда в судебном решении должны соответствовать фактическим обстоятельствам дела, установленным судом.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», в постановлении о рассмотрении ходатайства в порядке ст. 108 УПК РФ суду следует дать оценку обоснованности подозрения в совершении лицом преступления, а также наличию оснований и соблюдению порядка привлечения лица в качестве обвиняемого и предъявления ему обвинения, регламентированного главой 23 УПК РФ.

Однако не все судебные решения соответствуют данным требованиям закона.

Постановлением Благовещенского городского суда от 31 декабря 2015 года избрана мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении Ф.И.О.17, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159.1 УК РФ.

Отменяя постановление суда первой инстанции, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 19 января 2016 года указала, что суд, удовлетворяя ходатайство следователя об избрании в отношении Ф.И.О.17 меры пресечения в виде заключения под стражу, исходил из того, что Ф.И.О.17, будучи надлежащим образом уведомлённым об осуществлении в отношении него уголовного преследования и о необходимости явки к следователю на допрос, скрылся от органов предварительного расследования, и пришёл к выводу о том, что, оставаясь на свободе, Ф.И.О.17 может вновь скрыться от органов предварительного следствия. Доводы же следователя о наличии оснований полагать, что Ф.И.О.17 окажет давление на свидетелей и уничтожит доказательства, судом отвергнуты как неподтверждённые представленными материалами.

Вместе с тем, вывод суда о надлежащем уведомлении Ф.И.О.17 об осуществлении в отношении него уголовного преследования и о получении им в этой связи вызовов на допрос к следователю является необоснованным, поскольку противоречит исследованным в судебном заседании материалам.

Как следует из представленных следователем материалов, уголовное дело возбуждено 23 июля 2015 года по признакам преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 159.1 УК РФ, в отношении неустановленного лица, Ф.И.О.17 о возбуждении уголовного дела и осуществлении в отношении него уголовного преследования не уведомлялся. Согласно телефонограммам о вызове на допрос, а также смс – уведомлению от 13 ноября 2015 года, следователь, уведомляя Ф.И.О.17 о необходимости явки для допроса по уголовному делу, сообщил тому лишь место, дату и время его проведения, однако, вопреки требованиям ст. 188 УПК РФ, не указал, в каком качестве он вызывается для допроса, а также не разъяснил ему последствия неявки на допрос без уважительной причины. Кроме того, как видно из приобщённых в суде первой инстанции документов, Ф.И.О.17 в период времени с 12 по 30 ноября 2015 года находился по своему месту работы. Таким образом, сведений о том, что Ф.И.О.17 под влиянием обстоятельств, сложившихся в результате уголовного преследования, изменил свой обычный образ жизни, место жительства и работы, то есть скрылся от органов предварительного расследования, представленные материалы не содержат.

Апелляционная инстанция пришла к выводу, что данные о личности Ф.И.О.17, согласно которым он ранее не судим, имеет постоянные место работы, жительства и регистрации, обвиняется впервые в совершении преступления средней тяжести, не свидетельствуют о том, что он может скрыться от органов предварительного расследования, а его надлежащее процессуальное поведение по делу может быть обеспечено лишь путём его заключения под стражу, необходимости в избрании в отношении Ф.И.О.17 меры пресечения в виде залога или домашнего ареста не усмотрела и приняла решение об отмене постановления суда первой инстанции, в удовлетворении ходатайства следователя об избрании в отношении Ф.И.О.17 меры пресечения в виде заключения под стражу отказала.

Постановлением Благовещенского городского суда от 1 марта 2016 года избрана мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении подсудимого Ф.И.О.18, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 4 ст. 228.1 (2 факта), ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 4 ст. 228.1, ч. 1 ст. 228.1 (2 факта) УК РФ. Отменяя постановление, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 14 марта 2016 года указала о нарушении судом требований ч. 3 ст. 240 УПК РФ, согласно которым судебное решение может быть основано лишь на тех доказательствах, которые были непосредственно исследованы в судебном заседании. Так, суд при принятии решения учитывал, в том числе, наличие у подсудимого места регистрации, постоянного места жительства, места работы, характеристики по месту жительства. Вместе с тем, как следует из протокола судебного заседания, объективные данные об указанных обстоятельствах в ходе судебного разбирательства не исследовались.

Апелляционная инстанция с учётом фактических обстоятельств инкриминируемых Ф.И.О.18 деяний, их тяжести, исследовав данные о его личности, пришла к выводу, что надлежащее процессуальное поведение Ф.И.О.18 на стадии судебного разбирательства уголовного дела может быть эффективно обеспечено лишь путём применения к нему меры пресечения в виде заключения под стражу, оснований для избрания в отношении Ф.И.О.18 иной, более мягкой меры пресечения не усмотрела, и вынесла новое решение об избрании в отношении подсудимого Ф.И.О.18 меры пресечения в виде заключения под стражу.

Постановлением Благовещенского городского суда от 5 ноября 2016 года избрана мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении несовершеннолетнего Ф.И.О.19, подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

Отменяя постановление суда первой инстанции, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 24 ноября 2016 года указала на то, что суд, удовлетворяя ходатайство следователя об избрании в отношении Ф.И.О.19 меры пресечения в виде заключения под стражу, исходил из того, что Ф.И.О.19 подозревается в совершении тяжкого преступления против собственности, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до 6 лет, в браке не состоит, детей на иждивении не имеет, что свидетельствует об отсутствии у него прочных социальных связей, не трудоустроен, следовательно не имеет постоянного источника дохода, и пришёл к выводу о том, что, оставаясь на свободе, Ф.И.О.19 может скрыться от следствия, продолжить заниматься преступной деятельностью, чем воспрепятствует производству по делу.

Вместе с тем, данные выводы суда являются необоснованными, поскольку противоречат исследованным в судебном заседании материалам.

Как следует из представленных следователем материалов, Ф.И.О.19 на момент совершения инкриминируемого деяния было 15 лет, он проживает с родителями, в <адрес> проживают его иные близкие родственники, он находится на иждивении у своих родителей.

Учитывая вышеизложенное, апелляционная инстанция пришла к выводу, что тот факт, что Ф.И.О.19 в 15 лет не состоит в браке и не имеет детей на иждивении, само по себе, учитывая положения семейного законодательства, не свидетельствует об отсутствии у него прочных социальных связей.

Кроме того, в постановлении суда не содержится каких-либо выводов относительно невозможности отдачи несовершеннолетнего подозреваемого под присмотр родителей.

В то же время, суд в постановлении не дал оценки иным сведениям, изложенным следователем в ходатайстве в обоснование необходимости заключения Ф.И.О.19 под стражу, в том числе, данным о его личности, согласно которым Ф.И.О.19 ранее привлекался к уголовной ответственности, прокурору для утверждения обвинительного заключения направлены 4 уголовных дела в отношении него по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 2 и ч. 3 ст. 158 УК РФ, после избрания по которым ему меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, он вновь подозревается в совершении преступления, направленного против собственности.

Судебная коллегия посчитала, что указанные нарушения являются существенными и приняла решение об отмене постановления суда первой инстанции.

Учитывая вышеприведённые данные о личности Ф.И.О.19, а также те обстоятельства, что он по месту жительства характеризуется отрицательно, состоит на учётах в наркологическом диспансере, КДН и ЗП администрации г. Благовещенска, ПДН МО МВД России «Благовещенский», а также тяжесть и характер инкриминируемого ему деяния, судебная коллегия пришла к выводу, что указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии на данной стадии производства по делу предусмотренных ст. 97 УПК РФ достаточных (и реальных) оснований полагать, что Ф.И.О.19 может продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться от органов следствия.

Исходя из конкретных обстоятельств дела, тяжести преступления, в совершении которого на данный момент обвиняется Ф.И.О.19, с учётом данных о его личности, об условиях его жизни и воспитания, а также об отношениях с родителями, судебная коллегия не усмотрела оснований для избрания в отношении Ф.И.О.19 меры пресечения в виде присмотра за несовершеннолетним обвиняемым и приняла решение о возможности обеспечения надлежащего производства по делу путём применения в отношении Ф.И.О.19 меры пресечения в виде домашнего ареста с возложением на него определённых ограничений и запретов.

1.6. В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до трёх лет, суд вправе избрать меру пресечения в виде заключения под стражу только в исключительных случаях, при условии, что наряду с основаниями, предусмотренными ст. 97 УПК РФ, имеется одно из следующих обстоятельств: подозреваемый или обвиняемый не имеет постоянного места жительства на территории Российской Федерации; его личность не установлена; им нарушена ранее избранная мера пресечения; он скрылся от органов предварительного расследования или от суда.

Однако как показало обобщение судебной практики, не все суды соблюдают данные требования закона.

Постановлением Благовещенского городского суда от 12 июля 2016 года избрана мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении Ф.И.О.20, подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ.

Отменяя постановление суда первой инстанции, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 21 июля 2016 года указала, что несмотря на то, что Ф.И.О.20 подозревается в совершении преступления небольшой тяжести, ни судом, ни органом предварительного расследования не установлено обстоятельств, предусмотренных п.п. 1-4 ч. 1 ст. 108 УПК РФ, которые должны иметь место помимо предусмотренных ст. 97 УПК РФ.

Кроме того, суд, удовлетворяя ходатайство следователя об избрании в отношении Ф.И.О.20 меры пресечения в виде заключения под стражу, исходил из того, что Ф.И.О.20 подозревается в совершении преступления небольшой тяжести, уклонился от явки к дознавателю, был объявлен в розыск, в браке не состоит, детей не имеет, по месту жительства характеризуется отрицательно, и пришёл к выводу о том, что, оставаясь на свободе, Ф.И.О.20 может скрыться от органов предварительного следствия и суда, а также продолжить заниматься преступной деятельностью.

Вместе с тем, из представленных материалов усматривается, что Ф.И.О.20 не был надлежащим образом уведомлён о возбуждении в отношении него уголовного дела и необходимости явки к дознавателю, личность его ранее была установлена, мера пресечения не избиралась, никакие повестки ему не вручались, он разыскивался не по тому адресу, который был указан им в протоколе об отстранении от управления транспортным средством, акте освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, протоколе о направлении на медицинское освидетельствование, сведений о том, что дознаватель пытался ему дозвониться, представленные материалы не содержат.

На основании вышеизложенного судебная коллегия пришла к выводу, что оснований считать, что Ф.И.О.20 скрылся от органов предварительного расследования, не имеется. Какими-либо конкретными, реальными и обоснованными сведениями утверждения дознавателя о том, что Ф.И.О.20 может скрыться от органов предварительного следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, не подтверждены.

Также, в нарушение требований ст. 99 УПК РФ, суд оставил без внимания и не дал оценки сведениям о личности Ф.И.О.20, согласно которым он ранее не судим, имеет место жительства и регистрации на территории <адрес>, имеет постоянное место работы.

С учётом изложенного, судебная коллегия пришла к выводу, что достаточных оснований для применения в отношении подозреваемого Ф.И.О.20 меры пресечения в виде заключения под стражу у суда не имелось, отменила постановление суда, в удовлетворении ходатайства дознавателя отказала.

1.7. Не все суды учитывают предусмотренные законом особенности применения меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Часть 1.1 ст. 108 УПК РФ устанавливает запрет на применение меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных статьями 159 - 159.3, 159.5, 159.6, 160, 165, если эти преступления совершены в сфере предпринимательской деятельности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», при рассмотрении вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемого или обвиняемого в преступлениях, предусмотренных частями 1 - 4 статьи 159, статьями 159.1 - 159.3, 159.5, 159.6, 160 и 165 УК РФ, суд должен выяснить, совершены ли эти преступления в сфере предпринимательской деятельности.

Постановлением Благовещенского городского суда от 25 ноября 2016 года в отношении Ф.И.О.21, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, то есть до 23 января 2017 года.

Изменяя указанное постановление, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 8 декабря 2016 года не согласилась с выводами суда первой инстанции о том, что инкриминируемое Ф.И.О.21 деяние к сфере предпринимательской деятельности не относится.

Для разрешения вопроса о предпринимательском характере деятельности судам надлежит руководствоваться п. 1 ст. 2 ГК РФ, в соответствии с которым предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Изучив представленные материалы, судебная коллегия указала, что из предъявленного Ф.И.О.21 обвинения следует, что в 2008 году Ф.И.О.21 решил совершить действия, направленные на хищение денежных средств ОАО, с этой целью зарегистрировал ООО в ЕГРЮЛ, одним из основных видов деятельности общества являлось управление многоквартирными домами. 1 января 2010 года Ф.И.О.21, являясь генеральным директором ООО, от имени ООО заключил договор с ОАО на теплоснабжение, а 1 декабря 2011 года - на отпуск (получение) воды и (или) приём (сброс) сточных вод, согласно которым ОАО обязывалось поставлять тепловую энергию и воду и принимать от ООО отводимые сточные воды, а ООО обязывалось оплачивать принятую тепловую энергию, воду и отведённые сточные воды, предварительно получая на банковские счета ООО денежные средства от населения. В период с 1 января 2010 года по 4 июня 2014 года Ф.И.О.21, с целью придания своим преступным действиям вид общественных отношений, регулируемых гражданским законодательством, формирования ложного убеждения добросовестности деятельности ООО и максимального увеличения времени сокрытия своего преступного умысла, создавая видимость выполнения им обязательств, осуществил сбор с населения денежных средств в качестве платежей за коммунальные услуги, носящих целевой характер и подлежащих перечислению ОАО, частично произвёл оплату в ОАО, а денежные средства в сумме <данные изъяты> рублей похитил путём предоставления себе в подотчёт как принадлежащие управляющей организации и оформления в дальнейшем подложных оправдательных документов.

Из представленных материалов дела следует, что согласно уставу ООО целью деятельности общества является извлечение прибыли, одним из видов деятельности наряду с управлением многоквартирными домами, обслуживанием придомовых сетей, систем теплоснабжения и других, являлось и осуществление посреднической деятельности.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия пришла к выводу о том, что действия, в совершении которых обвиняется Ф.И.О.21, непосредственно связаны с осуществлением им предпринимательской деятельности.

Обстоятельств, предусмотренных п.п. 1-4 ч. 1 ст. 108 УПК РФ, судебная коллегия не установила.

Принимая во внимание изложенное, учитывая данные о личности обвиняемого, в том числе наличие у него постоянного места жительства и регистрации в <адрес>, малолетних детей на иждивении, его состояние здоровья, а также состояние здоровья его матери <данные изъяты>, нуждающейся в постороннем уходе, а также тяжесть инкриминируемого Ф.И.О.21 преступления, факт привлечения ранее Ф.И.О.21 к уголовной ответственности, суд апелляционной инстанции принял решение о возможности обеспечения надлежащего процессуального поведения Ф.И.О.21 на данной стадии производства по делу путём применения к нему меры пресечения в виде домашнего ареста с возложением определённых ограничений и запретов.

2. ПРОДЛЕНИЕ СРОКА СОДЕРЖАНИЯ ПОД СТРАЖЕЙ

2.1. В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» при продлении срока содержания под стражей на любой стадии производства по уголовному делу судам необходимо проверять наличие на момент рассмотрения данного вопроса предусмотренных ст. 97 УПК РФ оснований, которые должны подтверждаться достоверными сведениями и доказательствами.

Однако не все судебные решения соответствуют данным требованиям закона.

Свободненский городской суд в постановлении от 22 апреля 2016 года, удовлетворяя ходатайство следователя о продлении в отношении Ф.И.О.22 срока содержания под стражей, в нарушение требований ст.ст. 108, 109, 110 УПК РФ, применяемых во взаимосвязи друг с другом, не указал фактические данные, которые служат основанием к продлению такой меры пресечения как заключение под стражу, а ограничился лишь указанием на категорию преступлений, в совершении которых обвиняется и подозревается Ф.И.О.22, на то, что по месту жительства он характеризуется удовлетворительно, склонен к совершению преступлений, и признал, что основания для применения ранее избранной меры пресечения в виде заключения под стражу не отпали, не изменились, и новых обстоятельств, свидетельствующих о необходимости применения к нему иной, более мягкой меры пресечения, не возникло.

Таким образом, судом не указаны конкретные, предусмотренные ст. 97 УПК РФ, основания, по которым суд пришёл к выводу о необходимости продления срока действия меры пресечения в виде заключения под стражу.

Судебная коллегия апелляционным постановлением от 21 июня 2016 года постановление суда первой инстанции отменила, учла конкретные обстоятельства дела, приняла во внимание сведения о личности Ф.И.О.22, который обвиняется в совершении умышленного преступления, направленного против собственности и личности, относящегося в соответствии со ст. 15 УК РФ к категории тяжких преступлений, за совершение которого уголовным законом предусмотрено наказание до 10 лет лишения свободы, а также подозревается в совершении аналогичных преступлений, относящихся к категории тяжких и средней тяжести, ранее неоднократно судим, в том числе, за совершение преступления против собственности, постоянного места жительства не имеет, не работает, следовательно, не имеет постоянного источника дохода, в зарегистрированном браке не состоит, детей на иждивении не имеет, состоял на учёте у психиатра, по прежнему месту жительства характеризуется удовлетворительно, по месту временного жительства характеризуется как лицо, склонное к совершению преступлений и административных правонарушений, пришла к выводу о наличии достаточных оснований полагать, что, находясь на свободе, Ф.И.О.22 может продолжить заниматься преступной деятельностью, и приняла по делу новое решение об удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемого Ф.И.О.22

2.2. Анализ показал, что не во всех случаях судами области при принятии решения об отказе в удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока действия меры пресечения в виде заключения под стражу, в должной мере выяснялись подлежащие обязательному учёту обстоятельства, предусмотренные ст. 97 и ст. 99 УПК РФ.

Белогорский городской суд в постановлении от 28 января 2016 года об оставлении без удовлетворения ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей обвиняемого Ф.И.О.23 пришёл к выводу, что к ходатайству не приложены какие-либо документы, дающие основания полагать, что Ф.И.О.23, находясь на свободе, может продолжить заниматься преступной деятельностью, а наличие отрицательной характеристики участкового и проживание вне субъекта Российской Федерации, в котором производится предварительное следствие, не свидетельствуют о том, что он может скрыться от органов предварительного следствия и суда, воспрепятствовать расследованию и установлению объективной истины по уголовному делу.

Вместе с тем, в ходе апелляционного рассмотрения 19 февраля 2016 года судебная коллегия установила, что судом не приняты во внимание характер и степень общественной опасности инкриминируемого обвиняемому преступления (ч. 2 ст. 162 УК РФ), данные о его личности, а именно наличие отрицательно характеризующего материала в отношении него, отсутствие у обвиняемого постоянного источника дохода, и пришла к выводу, что доводы следователя, изложенные в ходатайстве, не были рассмотрены судом в полном объёме. Помимо этого, суд не дал оценки обоснованности подозрения Ф.И.О.23 в причастности к инкриминируемому ему деянию и соблюдению порядка привлечения его в качестве обвиняемого и предъявления ему обвинения.

Судебная коллегия посчитала, что указанные нарушения являются существенными и не могут быть устранены при рассмотрении дела в апелляционном порядке, приняла решение об отмене постановления суда первой инстанции и направлении материалов на новое судебное разбирательство.

2.3. Обобщение показало, что не всегда судами области учитываются положения ч. 1 ст. 49 Конституции РФ о том, что каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда, а также разъяснения, содержащиеся в п.п. 2, 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», согласно которым в решении об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и её продлении не должно содержаться формулировок о виновности лица.

Белогорский городской суд постановлением от 2 августа 2016 года, продлевая в отношении обвиняемого Ф.И.О.24 меру пресечения в виде заключения под стражу, проигнорировал то обстоятельство, что Ф.И.О.24 лишь обвиняется органом предварительного следствия в совершении преступления, и указал, что «после совершения преступления Ф.И.О.24 предпринял меры к сокрытию следов совершённого им преступления». Апелляционным постановлением судебной коллегии от 6 сентября 2016 года из описательно-мотивировочной части постановления исключено указание на совершение обвиняемым Ф.И.О.24 преступления как на обстоятельство, установленное судом.

Тындинский районный суд постановлением от 4 августа 2016 года, продлевая в отношении обвиняемого Ф.И.О.25 меру пресечения в виде заключения под стражу, проигнорировал то обстоятельство, что Ф.И.О.25 лишь обвиняется органом предварительного следствия в совершении преступления, и указал, что «из представленных материалов усматривается, что в момент совершения инкриминируемого Ф.И.О.25 преступления, в котором он обвиняется, Ф.И.О.25 находился в состоянии алкогольного опьянения, проявлял особую жестокость и агрессию, неоднократно применяя в отношении потерпевшего физическое насилие, использовал при совершении преступления нож, который приставлял к горлу потерпевшего, чем подвергал его жизнь и здоровье особой опасности». Апелляционным постановлением судебной коллегии от 4 августа 2016 года данное указание суда заменено указанием на то, что Ф.И.О.25 обвиняется в совершении преступления при указанных обстоятельствах.

Аналогичные ошибки были допущены при решении вопроса об избрании (продлении) меры пресечения в виде заключения под стражу Архаринским районным судом в постановлении от 20 января 2016 года в отношении Ф.И.О.26 ; Белогорским городским судом в постановлениях: от 25 октября 2016 года в отношении Ф.И.О.43 , от 30 октября 2016 года в отношении Ф.И.О.27 ; Благовещенским городским судом в постановлениях: от 21 апреля 2016 года в отношении Ф.И.О.28 , от 21 апреля 2016 года в отношении Ф.И.О.29 , от 22 апреля 2016 года в отношении Ф.И.О.30 , от 2 июня 2016 года в отношении Ф.И.О.31 , от 8 июня 2016 года в отношении Ф.И.О.32 , от 9 июня 2016 года в отношении Ф.И.О.33 , от 26 августа 2016 года в отношении Ф.И.О.34 ; Бурейским районным судом в постановлении от 28 марта 2016 года в отношении Ф.И.О.35 ; Ивановским районным судом в постановлении от 12 января 2016 года в отношении Ф.И.О.36 ; Магдагачинским городским судом в постановлении от 12 мая 2016 года в отношении Ф.И.О.37 ; Свободненским городским судом в постановлениях: от 7 февраля 2016 года в отношении Ф.И.О.38 , от 30 марта 2016 года в отношении обвиняемого Ф.И.О.38 , от 31 июля 2016 года в отношении Ф.И.О.118 ; Тындинским районным судом в постановлении от 25 марта 2016 года в отношении Ф.И.О.39 .

2.4. С учётом требований уголовно-процессуального закона и правовых
позиций Европейского Суда по правам человека, при рассмотрении вопроса о
продлении срока содержания обвиняемого под стражей суду необходимо
проверять наличие на момент рассмотрения данного вопроса предусмотренных ст. 97 УПК РФ оснований, подтверждающих необходимость сохранения этой
меры пресечения, простое повторение в постановлении оснований, по которым
в отношении обвиняемого была избрана указанная мера пресечения, на данной
стадии является недопустимым.

Вместе с тем, не исключены факты принятия отдельными судами решений о продлении срока содержания обвиняемого под стражей без тщательной
проверки доводов органов следствия о том, что обстоятельства, послужившие
основаниями избрания в отношении обвиняемого меры пресечения в виде
заключения под стражу, продолжают оставаться значимыми и интересы
правосудия не могут быть обеспечены иными, более мягкими мерами
пресечения, а также без учёта сведений о личности обвиняемого.

Благовещенский городской суд постановлением от 23 марта 2016 года продлил срок содержания под стражей в отношении Ф.И.О.40, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 127 УК РФ, всего до 6 месяцев.

Отменяя указанное постановление, судебная коллегия в апелляционном
постановлении от 6 апреля 2016 года указала, что суд в постановлении не привёл конкретных обстоятельств, свидетельствующих о необходимости дальнейшего содержания обвиняемого под стражей, а ограничился лишь указанием на категорию преступления, в совершении которого обвиняется Ф.И.О.40, и на тот факт, что он знаком с рядом участников по данному уголовному делу, подозревается в совершении ряда преступлений аналогичной направленности.

Кроме того, суд первой инстанции не дал оценки сведениям о личности Ф.И.О.40, который, согласно материалам дела, является гражданином РФ, его личность установлена, характеризуется удовлетворительно, юридически не судим, имеет постоянное место жительства и регистрации на территории г. Благовещенска, имеет на иждивении двоих малолетних детей, что свидетельствует о наличии у него стойких социальных связей.

При таких данных, судебная коллегия пришла к выводу, что то обстоятельство, что Ф.И.О.40 обвиняется в совершении преступления средней тяжести, не свидетельствует о том, что иные, предусмотренные законом более мягкие меры пресечения не обеспечат надлежащее судопроизводство по уголовному делу, а продолжение содержания Ф.И.О.40 под стражей является чрезмерным ограничением его права на свободу и личную неприкосновенность, и приняла решение о возможности обеспечения надлежащего производства по делу путём применения в отношении обвиняемого меры пресечения в виде домашнего ареста с возложением на него определенных ограничений и запретов.

Благовещенский городской суд постановлением от 28 июля 2016 года продлил срок содержания под стражей в отношении Ф.И.О.41, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 291 УК РФ на 1 месяц, а всего до 3 месяцев.

Изменяя указанное постановление, судебная коллегия в апелляционном
постановлении от 9 августа 2016 года указала, что суд в постановлении не привёл конкретных обстоятельств, свидетельствующих о необходимости дальнейшего содержания обвиняемого под стражей, а ограничился лишь указанием на категорию преступления, в совершении которого обвиняется Ф.И.О.41, а также отсутствие у него регистрации и постоянного места жительства на территории <адрес>.

При этом суд первой инстанции не дал оценки сведениям о личности Ф.И.О.41, который, согласно материалам дела, является гражданином РФ, ранее не судим, к административной ответственности за нарушение общественного порядка не привлекался, имеет постоянное место работы, характеризуется положительно, на учёте у врачей нарколога и психиатра не состоит, зарегистрирован и проживает в <адрес>, женат, имеет на иждивении пожилую мать.

Выводы суда о том, что обстоятельства, послужившие основанием для избрания Ф.И.О.41 меры пресечения в виде заключения под стражу, не изменились и не отпали, должным образом не мотивированы. Каких-либо убедительных мотивов того, что Ф.И.О.41, находясь на свободе, может воспрепятствовать производству по делу, в постановлении суда не указано и в ходатайстве следователя не приведено. В постановлении суда также не содержится убедительных доводов, из которых следовало бы, что изменение меры пресечения на иную, не связанную с содержанием под стражей, не обеспечит надлежащего поведения обвиняемого в период производства по уголовному делу.

При таких данных, судебная коллегия пришла к выводу, что тяжесть преступления, в совершении которого обвиняется Ф.И.О.41, и отсутствие у него постоянного места жительства и регистрации в <адрес>, без учёта сведений о личности обвиняемого, сами по себе не могут служить достаточным основанием для продления исключительной меры пресечения в виде заключения под стражу, и приняла решение о возможности обеспечения надлежащего производства по делу путём применения в отношении обвиняемого меры пресечения в виде залога, с учётом данных о личности обвиняемого, имущественного положения залогодателя, ходатайства стороны защиты об изменении меры пресечения на залог.

2.5. Как показало изучение судебной практики, во многих случаях основаниями изменения постановлений судов об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу или продления срока содержания под стражей послужило исключение каких-либо обстоятельств из вводной и описательно-мотивировочной частей ввиду их несоответствия материалам дела.

Благовещенский городской суд в постановлении от 24 октября 2016 года , мотивируя решение о необходимости избрания в отношении подозреваемого Ф.И.О.42 меры пресечения в виде заключения под стражу, указал на отсутствие у подозреваемого регистрации на территории РФ, однако данное обстоятельство опровергается представленными к ходатайству материалами, исследованными судом. Как следует из представленных материалов, Ф.И.О.42 зарегистрирован по месту пребывания, а именно по <адрес> по 18 сентября 2018 года. Судебная коллегия апелляционным постановлением от 18 ноября 2016 года данное указание суда исключила из описательно-мотивировочной части постановления.

Постановлением Белогорского городского суда от 25 октября 2016 года продлён срок содержания под стражей обвиняемого Ф.И.О.43 Судебная коллегия апелляционным постановлением от 17 ноября 2016 года исключила из описательно-мотивировочной части постановления указание суда о том, что Ф.И.О.43 может продолжить заниматься преступной деятельностью, поскольку органами предварительного следствия на наличие такого основания в ходатайстве о продлении срока содержания обвиняемого под стражей указано не было, данный вывод суда не подтверждается материалами дела и каких-либо сведений, указывающих на данное обстоятельство, не имеется.

Постановлением Благовещенского городского суда от 8 декабря 2016 года продлён срок содержания под стражей обвиняемого Ф.И.О.44 Судебная коллегия апелляционным постановлением от 26 декабря 2016 года исключила из описательно-мотивировочной части постановления указание суда о том, что Ф.И.О.44 может быть причастен к совершению иных преступлений аналогичной направленности, поскольку, как следует из представленных материалов, в том числе ходатайства руководителя следственного органа, расследование уголовного дела близится к завершению, все доказательства собраны, Ф.И.О.44 предъявлено обвинение в совершении двух преступлений, сведений о возбуждении в отношении Ф.И.О.44 других уголовных дел и предъявлении ему обвинения в совершении иных преступлений не имеется, Ф.И.О.44 ранее не судим, к уголовной ответственности привлекается впервые.

Благовещенский городской суд в постановлении от 15 октября 2016 года , мотивируя решение о необходимости избрания в отношении обвиняемого Ф.И.О.45 меры пресечения в виде заключения под стражу, указал о нарушении Ф.И.О.46 меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, однако данное обстоятельство опровергается представленными к ходатайству материалами, исследованными судом. Как следует из представленных материалов, мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении была избрана подозреваемому Ф.И.О.45 7 августа 2015 года и отменена 17 августа 2015 года, в связи с непредъявлением ему обвинение в соответствии с требованием ч. 1 ст. 100 УПК РФ. Судебная коллегия апелляционным постановлением от 25 октября 2016 года данное указание суда исключила из описательно-мотивировочной части постановления.

Постановлением Благовещенского городского суда от 13 сентября 2016 года избрана мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого Ф.И.О.47 Судебная коллегия апелляционным постановлением от 26 сентября 2016 года исключила из вводной части постановления указание суда на судимость Ф.И.О.47 по приговору мирового судьи Амурской области по Тамбовскому районному судебному участку от 30 июня 2015 года, поскольку данная судимость является погашенной.

По аналогичным основаниям были изменены постановления Архаринского районного суда от 20 января 2016 года в отношении Ф.И.О.26 ; Благовещенского городского суда от 14 апреля 2016 года в отношении Ф.И.О.48 , от 2 февраля 2016 года в отношении Ф.И.О.49 , от 12 мая 2016 года в отношении Ф.И.О.50 , от 26 марта 2016 года в отношении Ф.И.О.51 , от 18 мая 2016 года в отношении Ф.И.О.52 , от 27 августа 2016 года в отношении Ф.И.О.53 , от 22 сентября 2016 года в отношении Ф.И.О.119 , от 4 октября 2016 года в отношении Ф.И.О.32 , от 24 ноября 2016 года в отношении Ф.И.О.54 , от 7 декабря 2016 года в отношении Ф.И.О.55 ; Белогорского городского суда от 15 января 2016 года в отношении Ф.И.О.56 , от 29 декабря 2015 года в отношении Ф.И.О.57 ; Бурейского районного суда от 3 ноября 2016 года в отношении Ф.И.О.58 и Ф.И.О.59 ; Завитинского районного суда от 27 апреля 2016 года в отношении Ф.И.О.60 , от 30 апреля 2016 года в отношении Ф.И.О.115 ; Константиновского районного суда от 28 декабря 2015 года в отношении Ф.И.О.61 ; Райчихинского городского суда от 25 марта 2016 года в отношении Ф.И.О.62 , от 28 апреля 2016 года в отношении Ф.И.О.63 , от 4 июля 2016 года в отношении Ф.И.О.64 ; Свободненского городского суда от 30 марта 2016 года в отношении Ф.И.О.38 , от 30 ноября 2016 года в отношении Ф.И.О.65 , от 21 декабря 2016 года в отношении Ф.И.О.66 ; Тамбовского районного суда от 11 мая 2016 года в отношении Ф.И.О.67 ; Тындинского районного суда от 23 декабря 2015 года в отношении Ф.И.О.68 , от 31 октября 2016 года в отношении Ф.И.О.69 , от 1 декабря 2016 года в отношении Ф.И.О.69 ; Шимановского районного суда от 24 декабря 2015 года в отношении Ф.И.О.70 .

2.6. Обобщение показало, что не всегда судами области учитываются положения закона, в силу которых сама по себе необходимость дальнейшего производства следственных и процессуальных действий, а также одна лишь тяжесть инкриминируемого преступления в соответствии с положениями ст.ст. 97, 99 УПК РФ не могут выступать в качестве единственного и достаточного основания для продления срока содержания обвиняемого под стражей на срок свыше шести месяцев.

Благовещенский городской суд постановлением от 25 января 2016 года продлил срок содержания под стражей в отношении Ф.И.О.71, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, до 8 месяцев 16 суток.

Отменяя указанное постановление, судебная коллегия в апелляционном
постановлении от 8 февраля 2016 года указала, что суд в постановлении не привёл конкретных обстоятельств, свидетельствующих о необходимости дальнейшего содержания обвиняемого под стражей, а ограничился лишь указанием на категорию преступления, в совершении которого обвиняется Ф.И.О.72, отсутствие у него официального места работы, а также на то, что Ф.И.О.72 в браке не состоит и не проживает по месту регистрации.

Указывая о том, что обстоятельства, послужившие основанием для избрания Ф.И.О.71 меры пресечения, не изменились и не отпали, суд оставил без внимания то обстоятельство, что, избирая Ф.И.О.71 меру пресечения в виде заключения под стражу, суд учитывал, что уголовное дело находилось в первоначальной стадии расследования, когда осуществлялся сбор и закрепление доказательств, и избрание Ф.И.О.71 данной меры пресечения исключало возможность для обвиняемого воспрепятствовать производству по делу.

Вместе с тем, как следует из представленных материалов, к настоящему времени по уголовному делу выполнены основные следственные действия.

Кроме того, суд первой инстанции не дал оценки тем обстоятельствам, что срок следствия продлён для выполнения следственных и процессуальных действий, направленных на окончание предварительного следствия; Ф.И.О.72 является гражданином РФ, его личность установлена, в целом характеризуется удовлетворительно, не судим, к уголовной ответственности не привлекался, имеет место регистрации и постоянного проживания по месту производства предварительного следствия, имеет на иждивении двух малолетних детей, что свидетельствует о наличии у него прочных социальных связей.

При таких данных, судебная коллегия пришла к выводу, что то обстоятельство, что Ф.И.О.72 обвиняется в совершении одного тяжкого преступления, направленного против собственности, не свидетельствует о том, что иные, предусмотренные законом более мягкие меры пресечения не обеспечат надлежащее судопроизводство по уголовному делу, а продолжение содержания Ф.И.О.71 под стражей является чрезмерным ограничением его права на свободу и личную неприкосновенность, и приняла решение о возможности обеспечения надлежащего процессуального поведения Ф.И.О.71 на данной стадии производства по делу путём применения в к нему меры пресечения в виде домашнего ареста с возложением определенных ограничений и запретов.

По аналогичным основаниям были отменены постановления Благовещенского городского суда от 26 мая 2016 года в отношении Ф.И.О.116 , в отношении Ф.И.О.73 от 9 марта 2016 года , в отношении Ф.И.О.74 от 24 марта 2016 года , в отношении Ф.И.О.75 от 14 ноября 2016 года .

2.7. Анализ судебной практики показал, что не все суды соблюдают требования ч. 1 ст. 110 УПК РФ, согласно которым мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость или изменяется на более строгую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст.ст. 97, 99 УПК РФ.

Благовещенский городской суд постановлением от 12 мая 2016 года, продлил срок содержания под стражей в отношении несовершеннолетнего Ф.И.О.76, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 127 УК РФ, до 3 месяцев.

Отменяя указанное постановление, судебная коллегия в апелляционном
постановлении от 26 мая 2016 года указала следующее.

Как следует из представленных материалов, мера пресечения в виде заключения под стражу избиралась Ф.И.О.76 в связи с наличием оснований подозревать его в совершении особо тяжкого преступления - убийства. В ходе расследования уголовного дела обвинение по ч. 1 ст. 105 УК РФ Ф.И.О.76 предъявлено не было, в совершении данного преступления обвиняется иное лицо. Данные, подтверждающие наличие у органов предварительного следствия в настоящее время оснований полагать о причастности Ф.И.О.76 к совершению преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, в представленных материалах отсутствуют. Таким образом, обстоятельства, которые учитывались судом при избрании Ф.И.О.76 меры пресечения в виде заключения под стражу, существенно изменились, что было оставлено судом без внимания, а исключительных обстоятельств, свидетельствующих о необходимости применения к несовершеннолетнему Ф.И.О.76 меры пресечения в виде заключения под стражу, судом не установлено.

Учитывая сведения о личности обвиняемого, судебная коллегия приняла решение о возможности обеспечения надлежащего производства по делу путём применения в отношении обвиняемого Ф.И.О.76 меры пресечения в виде домашнего ареста с возложением определенных ограничений и запретов.

2.8. Обобщение судебной практики показало, что не все суды соблюдают требование ч. 2 ст. 109 УПК РФ, согласно которой продление срока содержания под стражей на срок свыше 6 месяцев может быть осуществлено в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения.

Постановлением Благовещенского городского суда от 12 июля 2016 года продлён срок содержания под стражей Ф.И.О.77, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 (40 фактов), ч. 3 ст. 30 ч. 1 ст. 158, п. «а» ч. 2 ст. 158, ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, на 1 месяц, а всего до 6 месяцев 8 суток, то есть до 17 августа 2016 года.

Изменяя указанное постановление, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 2 августа 2016 года указала, что поскольку Ф.И.О.77 обвиняется в совершении ряда преступлений небольшой и средней тяжести, срок содержания его под стражей не мог быть продлён на срок свыше 6 месяцев.

С учётом того, что Ф.И.О.77 задержан 9 февраля 2016 года, судебная коллегия постановила указать о продлении срока содержания Ф.И.О.77 под стражей на 1 месяц, а всего до 6 месяцев, то есть до 9 августа 2016 года.

2.9. В соответствии с п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19 декабря 2013 года «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», при рассмотрении ходатайств о продлении срока содержания обвиняемых под стражей суду следует проверять обоснованность доводов органов предварительного расследования о невозможности своевременного окончания расследования. В случае, когда ходатайство о продлении срока содержания под стражей возбуждается перед судом неоднократно и по мотивам необходимости выполнения следственных действий, указанных в предыдущих ходатайствах, суду надлежит выяснять причины, по которым они не были произведены. Если причина, по мнению суда, заключается в неэффективной организации расследования, это может явиться одним из обстоятельств, влекущих отказ в удовлетворении ходатайства.

По смыслу закона, сама по себе необходимость дальнейшего производства следственных действий не может выступать в качестве единственного и достаточного основания для продления срока содержания обвиняемого под стражей. Решение суда о продлении срока содержания под стражей должно основываться на фактических данных, подтверждающих необходимость сохранения этой меры пресечения (статьи 97, 99 УПК РФ).

Однако не все суды соблюдают данные требования закона.

Постановлением Благовещенского городского суда от 18 ноября 2015 года продлён срок содержания под стражей Ф.И.О.78, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного п.п. «б,в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, до 6 месяцев.

Отменяя указанное постановление, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 25 ноября 2016 года пришла к выводу, что расследование по уголовному делу в отношении Ф.И.О.78, с учётом его объёма, особую сложность не представляет, поскольку по делу обвиняется одно лицо в совершении одного преступления средней тяжести, основные следственные действия по данному уголовному делу были выполнены на начальной стадиии производства по делу, а необходимость в проведении дополнительных следственных и процессуальных действий, указанных в постановлении следователя, не связана с особой сложностью данного уголовного дела.

Кроме того, суд первой инстанции, принимая решение, не дал оценки тому обстоятельству, что согласно представленным материалам, следователем в ходатайствах о продлении срока содержания Ф.И.О.78 под стражей неоднократно указывались, в числе прочих, одни и те же основания – необходимость проведения следственных или процессуальных действий, для проведения которых ранее уже продлевался срок содержания под стражей, при этом доказательств, подтверждающих невозможность своевременного производства тех следственных и процессуальных действий, на необходимость выполнения которых следователь ссылается в своих неоднократных предыдущих ходатайствах о продлении срока содержания Ф.И.О.78 под стражей, а также доказательств невозможности выполнить указанные следственные действия при применении к Ф.И.О.78 иной, более мягкой меры пресечения, суду представлено не было. Кроме того, как следует из представленных материалов, уголовное дело в отношении Ф.И.О.78 неоднократно передавалось в производство разных следователей, должный контроль со стороны руководителя следственного органа за надлежащим и своевременным выполнением следственных и процессуальных действий по делу не осуществлялся.

На основании вышеизложенного судебная коллегия пришла к выводу, что причиной несвоевременного окончания расследования и необоснованного возбуждения ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого под стражей до 6 месяцев явилась неэффективность организации расследования и отсутствие надлежащего контроля за ходом расследования со стороны руководителя следственного органа.

Установив, что в представленных материалах не содержится достаточных данных, свидетельствующих о том, что Ф.И.О.78 может продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться от органов предварительного следствия и суда, и его надлежащее процессуальное поведение по уголовному делу может быть обеспечено лишь путём его содержания под стражей, судебная коллегия отказала в удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей обвиняемого Ф.И.О.78

Постановлением Свободненского городского суда от 24 декабря 2015 года продлён срок содержания под стражей Ф.И.О.81, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а,в,г,д» ч. 2 ст. 161 УК РФ, до 7 месяцев.

Отменяя указанное постановление, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 14 января 2016 года пришла к выводу о том, что расследование по уголовному делу в отношении Ф.И.О.81, с учётом его объёма, особую сложность не представляет, поскольку по делу проходят два лица, которые обвиняются в совершении одного преступления, а необходимость в проведении дополнительных следственных и процессуальных действий, указанных в постановлении следователя, не связана с особой сложностью данного уголовного дела. В постановлении о возбуждении перед судом ходатайства о продлении срока содержания Ф.И.О.81 под стражей свыше 6 месяцев следователь не указал, представляет ли расследуемое уголовное дело особую сложность, и, если представляет, в чём она заключается. Из пояснений следователя в судебном заседании следует, что с Ф.И.О.79 все необходимые следственные действия уже выполнены и нет необходимости в проведении других действий. То обстоятельство, что за 6 месяцев содержания Ф.И.О.81 по делу допрошены 5 свидетелей и назначены дактилоскопические и психиатрическая судебные экспертизы, вопреки утверждениям следователя в суде первой инстанции, также не свидетельствует об особой сложности дела.

Кроме того, суд первой инстанции, принимая решение, не дал оценки тому обстоятельству, что согласно представленным материалам, следователем в обоснование своих ходатайств о продлении срока содержания Ф.И.О.81 под стражей от 25 августа, 22 октября, 20 ноября, 22 декабря 2015 года приведены одни и те же основания – дать юридическую оценку действиям Ф.И.О.81 и Ф.И.О.80, предъявить им обвинение, выполнить требования ст.ст. 215-217 УПК РФ, при этом доказательств, подтверждающих невозможность своевременного производства тех следственных и процессуальных действий, на необходимость выполнения которых следователь ссылается в своих неоднократных предыдущих ходатайствах о продлении срока содержания Ф.И.О.81 под стражей, суду представлено не было, что свидетельствует о неэффективной организации расследования.

Установив, что в представленных материалах не содержится достаточных данных, свидетельствующих о том, что Ф.И.О.81 может скрыться от органов предварительного следствия и суда, на что имеется ссылка в ходатайстве, кроме того, не указаны причины невозможности своевременного выполнения следственных и иных процессуальных действий, направленных на окончание предварительного расследования, судебная коллегия отказала в удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей обвиняемому Ф.И.О.81

По аналогичным основаниям отменены (изменены) постановления Благовещенского городского суда от 23 марта 2016 года в отношении Ф.И.О.40 , от 2 сентября 2016 года в отношении Ф.И.О.82 .

3. СРОКИ СОДЕРЖАНИЯ ПОД СТРАЖЕЙ И ПОРЯДОК ИХ ИСЧИСЛЕНИЯ

3.1. В силу закона выводы суда о продолжительности срока, на который продлевается применение меры пресечения в отношении обвиняемого, должны быть надлежащим образом обоснованны и мотивированы.

Не во всех случаях суды соблюдают данные требования закона.

Постановлением Завитинского районного суда от 18 мая 2016 года обвиняемому Ф.И.О.83 продлён срок содержания под стражей на 2 месяца, а всего до 4 месяцев.

Как следует из представленных материалов, испрашиваемый срок содержания Ф.И.О.83 под стражей следователь обосновал тем, что оставшийся срок содержания обвиняемого под стражей недостаточен для принятия прокурором предусмотренного законом решения по делу, а также судьёй решения о наличии или отсутствии оснований для дальнейшего применения меры пресечения в виде заключения под стражу на судебной стадии производства по делу.

Судебная коллегия в апелляционном постановлении от 2 июня 2016 года указала, что, поскольку все следственные и процессуальные действия по уголовному делу выполнены, то срок, на который продлена мера пресечения обвиняемому Ф.И.О.83, является чрезмерно длительным, в связи с чем изменила постановление суда, сократив указанный срок, уточнив, что срок содержания Ф.И.О.83 под стражей продлён на 1 месяц, а всего до 3 месяцев.

Постановлением Благовещенского городского суда от 15 декабря 2016 года несовершеннолетнему обвиняемому Ф.И.О.84 продлён срок содержания под стражей на 3 месяца 23 дня, а всего до 5 месяцев 23 дней, то есть до 12 апреля 2017 года.

Учитывая указанный следователем объём подлежащих выполнению следственных и процессуальных действий, данные о личности Ф.И.О.84, а также то обстоятельство, что срок предварительного следствия установлен до 12 января 2017 года, судебная коллегия пришла к выводу, что принятое судом решение о продлении срока содержания под стражей несовершеннолетнего Ф.И.О.84 на 3 месяца 23 суток чрезмерно ограничивает право обвиняемого на личную свободу, не способствуя оперативности расследования уголовного дела.

Судебная коллегия апелляционным постановлением от 27 декабря 2016 года постановление суда изменила, указав о продлении срока содержания под стражей Ф.И.О.84 на 1 месяц, а всего до 3 месяцев, то есть до 20 января 2017 года.

3.2. Согласно ст. 128 УПК РФ сроки, предусмотренные уголовно-
процессуальным законом, исчисляются часами, сутками, месяцами. Срок,
исчисляемый сутками, истекает в 24 часа последних суток. Срок, исчисляемый
месяцами, истекает в соответствующее число последнего месяца. Течение срока содержания лица под стражей начинается в день заключения лица под стражу.

Согласно ч. 10 ст. 109 УПК РФ в срок содержания под стражей лица по уголовному делу, в том числе, засчитывается время, на которое лицо было задержано в качестве подозреваемого, а также время, в течение которого оно содержалось под стражей по другому, ранее возбужденному и соединённому с ним, уголовному делу.

Вместе с тем не все суды правильно исчисляют сроки избрания и продления меры пресечения в виде заключения под стражу и домашнего ареста.

Постановлением Благовещенского городского суда от 18 октября 2016 года продлён срок содержания под стражей обвиняемого Ф.И.О.85 на 30 суток, а всего до 2 месяцев 30 суток, то есть до 17 ноября 2016 года.

Отменяя указанное постановление, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 1 ноября 2016 года указала, что, как следует из материалов дела, Ф.И.О.85 был задержан 18 августа 2016 года, 20 августа 2016 года Ф.И.О.85 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, то есть до 18 октября 2016 года. Таким образом, срок содержания под стражей Ф.И.О.85 истекал в 24 часа 17 октября 2016 года, и к моменту обращения 18 октября 2016 года заместителя прокурора в суд с ходатайством о продлении срока содержания под стражей обвиняемого Ф.И.О.85 срок содержания его под стражей истек, и у суда отсутствовали основания для рассмотрения ходатайства о продлении срока содержания под стражей обвиняемого.

Постановлением Тамбовского районного суда от 26 августа 2016 года обвиняемому Ф.И.О.86 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, то есть по 21 октября 2016 года.

Изменяя указанное постановление, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 6 сентября 2016 года указала, что поскольку Ф.И.О.86 задержан в порядке ст.ст. 91,92 УПК РФ 21 августа 2016 года, то срок на который ему избрана мера пресечения в виде заключения под стражу - 2 месяца, фактически истекает 20 октября 2016 года.

Постановлением Тындинского районного суда от 26 ноября 2016 года продлён срок содержания под стражей обвиняемого Ф.И.О.87 на 2 месяца, а всего до 4 месяцев, то есть до 27 января 2017 года.

Судебная коллегия апелляционным постановлением от 15 декабря 2016 года, изменяя постановление, указала, что, принимая решение, суд не учёл, что ранее постановлением Прибайкальского районного суда от 30 сентября 2016 года в отношении Ф.И.О.87 избрана мера пресечения в виде заключения под стражу до 27 ноября 2016 года, то есть фактически на 1 месяц 29 суток. Таким образом, суд, продлив в отношении Ф.И.О.87 срок содержания под стражей на 2 месяца, то есть до 27 января 2017 года, допустил ошибку, указав общий срок продления избранной Ф.И.О.87 меры пресечения - до 4 месяцев, тогда как фактически данная мера пресечения была продлена на общий срок до 3 месяцев 29 суток.

По аналогичным основаниям были изменены постановления Белогорского городского суда от 16 февраля 2016 года в отношении Ф.И.О.88; Благовещенского городского суда от 21 марта 2016 года в отношении Ф.И.О.89 , от 2 августа 2016 года в отношении Ф.И.О.70 ; Магдагачинского районного суда от 5 апреля 2016 года в отношении Ф.И.О.90; Райчихинского городского суда от 26 февраля 2016 года в отношении Ф.И.О.91; Сковородинского районного суда от 4 июля 2016 года в отношении Ф.И.О.92 , от 4 июля 2016 года в отношении Ф.И.О.93 ; Тамбовского районного суда от 12 февраля 2016 года в отношении Ф.И.О.8 , от 8 сентября 2016 года в отношении Ф.И.О.94 ; Тындинского районного суда от 23 июня 2016 года в отношении Ф.И.О.95 , от 9 сентября 2016 года в отношении Ф.И.О.96 ; Шимановского районного суда от 24 декабря 2015 года в отношении Ф.И.О.97

3.3. В соответствии с ч. 12 ст. 109 УПК РФ в случае повторного заключения под стражу подозреваемого или обвиняемого по тому же уголовному делу, а также по соединённому с ним или выделенному из него уголовному делу срок содержания под стражей исчисляется с учётом времени, проведённого подозреваемым, обвиняемым под стражей ранее.

Однако не все суды соблюдают данные требования закона.

Свободненский городской суд постановлением от 18 августа 2016 года продлил срок содержания под стражей обвиняемому Ф.И.О.98 на 1 месяц 21 день, то есть до 24 сентября 2016 года.

Судебная коллегия апелляционным постановлением от 13 октября 2016 года, изменяя постановление, указала, что, принимая решение, суд первой инстанции, в нарушение требований ч. 12 ст. 109 УПК РФ, не учёл время, проведённое обвиняемым Ф.И.О.98 под стражей в период с 11 по 13 января 2016 года, поскольку, согласно материалам дела, Ф.И.О.98 был задержан в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ 11 января 2016 года, 13 января 2016 года постановлением Свободненского городского суда ходатайство следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу оставлено без удовлетворения, Ф.И.О.98 освобождён из-под стражи в зале суда, 3 марта 2016 года Ф.И.О.98 вновь задержан в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ, 4 марта 2016 года постановлением Свободненского городского суда в отношении него избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Судебная коллегия постановление изменила, в резолютивной части постановления уточнила, что срок содержания обвиняемого Ф.И.О.98 под стражей продлён до 22 сентября 2016 года.

3.4. В соответствии с требованием ч. 8.1 ст. 109 УПК РФ, в случаях, предусмотренных ч. 2.1 ст. 221 и ч. 2.1 ст. 226 УПК РФ, по ходатайству прокурора, возбужденному перед судом в период предварительного расследования не позднее чем за 7 суток до истечения срока домашнего ареста или срока содержания под стражей, срок домашнего ареста или срок содержания под стражей может быть продлён до 30 суток.

Однако не все суды соблюдают данные требования закона.

Благовещенский городской суд постановлением от 29 июня 2016 года по ходатайству заместителя прокурора г. Благовещенска для выполнения судом требований, предусмотренных ч. 3 ст. 227 УПК РФ, продлил срок содержания под стражей обвиняемому Ф.И.О.99 на 1 месяц, а всего до 5 месяцев, то есть до 3 августа 2016 года,.

Судебная коллегия апелляционным постановлением от 21 июля 2016 года постановление изменила, указала о продлении Ф.И.О.99 срока содержания под стражей на 30 суток, а всего до 4 месяцев 30 суток, то есть до 2 августа 2016 года.

3.5. Согласно п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19 декабря 2013 года «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, а также при продлении срока её действия суду следует определять продолжительность периода содержания подозреваемого, обвиняемого под стражей, а также дату его окончания.

Анализ судебной практики свидетельствует, что не все суды соблюдают данные требования закона.

Свободненский городской суд постановлением от 16 сентября 2016 года при назначении судебного заседания по поступившему уголовному делу изменил меру пресечения подсудимому Ф.И.О.100 в виде домашнего ареста на заключение под стражу, установив срок содержания его под стражей до 13 декабря 2016 года, Ф.И.О.100 взят под стражу в зале суда.

Изменяя постановление суда, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 6 октября 2016 года указала, что судом первой инстанции, вопреки требованиям ст.ст. 108, 109, 255 УПК РФ, Ф.И.О.100 не указан конкретный срок, на который избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Учитывая, что уголовное дело в отношении Ф.И.О.100 поступило в суд 13 сентября 2016 года, судебная коллегия постановила считать меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении Ф.И.О.100 избранной на срок 3 месяца, то есть до 13 декабря 2016 года.

Райчихинский городской суд постановлением от 23 апреля 2016 года продлил срок содержания под стражей обвиняемому Ф.И.О.101 на 4 месяца, то есть по 26 мая 2016 года включительно.

Как следует из ходатайства зам. прокурора г. Райчихинска, в нём ставился вопрос о продлении срока содержания под стражей в отношении обвиняемого Ф.И.О.101 на 1 месяц, а всего до 4 месяцев, то есть по 26 мая 2016 года.

Изменяя данное постановление суда, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 16 мая 2016 года указала, что приведённая судом формулировка создаёт неопределённость в отношении конкретного срока, на который продлевается применение меры пресечения, и в отношении общего срока содержания под стражей, в связи с чем внесла в постановление суда соответствующие изменения.

По аналогичным основаниям было изменено постановление Октябрьского районного суда от 4 февраля 2016 года в отношении Ф.И.О.102

3.6. По смыслу закона, избирая (продляя) меру пресечения в виде заключения под стражу, суд не должен выходить за пределы заявленного следователем ходатайства в части срока действия меры пресечения.

Не всегда суды соблюдают данные требования закона.

Шимановский районный суд постановлением от 21 марта 2016 года продлил срок содержания под стражей Ф.И.О.97 на 24 дня, а всего до 6 месяцев 24 дней, то есть до 6 мая 2016 года.

Как усматривается из представленных материалов, соглашаясь с ходатайством следователя о продлении срока содержания под стражей обвиняемого, суд вышел за пределы заявленного ходатайства, согласно которому следователь просил продлить обвиняемому срок содержания под стражей на 22 дня, а всего до 6 месяцев 22 дней, то есть до 3 мая 2016 года.

Судебная коллегия апелляционным постановлением от 5 апреля 2016 года указанное постановление изменила, указала о продлении Ф.И.О.97 срока содержания под стражей на 22 дня, а всего до 6 месяцев 22 дней, то есть до 3 мая 2016 года.

3.7. Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 7 октября 2014 года № 2162-О, положения статей 109 и 255 УПК РФ не предполагают включения времени содержания под стражей на стадии предварительного расследования в срок содержания под стражей на судебной стадии, как и наоборот.

Анализ судебной практики свидетельствует, что не все суды соблюдают данные требования закона.

Постановлением Благовещенского городского суда от 7 июня 2016 года срок содержания под стражей обвиняемого Ф.И.О.103 продлён на 20 суток, а всего до 5 месяцев 26 суток, то есть до 1 июля 2016 года.

Изменяя указанное постановление, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 23 июня 2016 года указала, что, как следует из представленных материалов, Ф.И.О.103 задержан 5 октября 2015 года, уголовное дело поступило в суд 11 марта 2016 года, 1 июня 2016 года уголовное дело возвращено прокурору. Таким образом, общий срок содержания Ф.И.О.103 под стражей на предварительном следствии составляет не 5 месяцев 26 суток, как указал суд, а 6 месяцев 6 суток, и состоит из следующих периодов: с 5 октября 2015 года по 10 марта 2016 года (5 месяцев 6 суток) и с 1 июня 2016 года до 1 июля 2016 года (1 месяц), а время со дня поступления уголовного дела в суд и до дня возвращения его прокурору подлежит исключению из срока содержания обвиняемого под стражей в период предварительного следствия.

3.8. По смыслу закона, если заключение под стражу избрано обвиняемому в качестве меры пресечения на стадии предварительного расследования, то при поступлении уголовного дела в суд, назначении судебного заседания и принятии решения об оставлении данной меры пресечения без изменения, суд продляет срок действия данной меры пресечения на срок до 6 месяцев.

Выводы суда о продолжительности срока, на который он считает необходимым продлить применение меры пресечения в отношении подсудимого после поступления уголовного дела в суд, должны быть обоснованы и надлежащим образом мотивированы.

Однако анализ судебной практики показал, что суды не во всех случаях соблюдают данные требования закона.

Райчихинский городской суд постановлением от 26 февраля 2016 года назначил судебное заседание без проведения предварительного слушания и оставил меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении Ф.И.О.91 без изменения на срок 6 месяцев.

Судебная коллегия в апелляционном постановлении от 8 апреля 2016 года не согласилась с выводами суда о необходимости продления применения меры пресечения в отношении Ф.И.О.91 после передачи дела в суд на такой длительный срок и, исходя из характера предъявленного подсудимому обвинения (п. «г» ч. 2 ст. 161, ч. 1 ст. 162 УК РФ) и объёма уголовного дела, состоящего из двух томов, изменила постановление суда в части разрешения вопроса о мере пресечения, указав о продлении Ф.И.О.91 меры пресечения на срок 3 месяца.

Изменяя постановление Белогорского городского суда от 16 февраля 2016 года в отношении Ф.И.О.88, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 11 марта 2016 года указала, что при назначении судебного заседания, оставляя без изменения Ф.И.О.88 меру пресечения в виде заключения под стражу, суд указал об её избрании, тогда как фактически срок содержания подсудимого под стражей был продлён.

3.9. Согласно п. 33 постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2013 года № 41, при повторном поступлении уголовного дела в суд в общий срок содержания лица под стражей, предусмотренный ч. 2 ст. 255 УПК РФ, засчитывается время содержания под стражей со дня первоначального поступления уголовного дела в суд до возвращения его прокурору.

Не всегда суды учитывают данные разъяснения.

Постановлением Свободненского городского суда от 1 февраля 2016 года срок содержания под стражей подсудимого Ф.И.О.117 продлён на 3 месяца, а всего на 6 месяцев, то есть до 2 мая 2016 года.

Изменяя указанное постановление, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 25 февраля 2016 года указала, что уголовное дело в отношении Ф.И.О.117 в порядке ст. 222 УПК РФ поступило в суд 17 августа 2015 года; 4 сентября 2015 года уголовное дело возвращено прокурору, апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам от 27 октября 2015 года указанное постановление было отменено, уголовное дело передано на новое судебное рассмотрение, мера пресечения в виде заключения под стражей оставлена без изменения, срок содержания Ф.И.О.117 под стражей продлен до 17 ноября 2015 года; постановлением суда от 13 ноября 2015 года по уголовному делу назначено судебное заседание. Таким образом, общий срок содержания Ф.И.О.117 под стражей необходимо исчислять со дня первоначального поступления уголовного дела в суд, то есть с 17 августа 2015 года. Однако, принимая решение о продлении срока содержания подсудимого Ф.И.О.117 под стражей на 3 месяца, то есть до 2 мая 2016 года, суд ошибочно указал о продлении срока всего на 6 месяцев, тогда как фактически указанный срок был продлён на 8 месяцев 15 дней.

4. ИЗБРАНИЕ МЕРЫ ПРЕСЕЧЕНИЯ В ВИДЕ ДОМАШНЕГО АРЕСТА И СРОКИ СОДЕРЖАНИЯ ПОД ДОМАШНИМ АРЕСТОМ

4.1. В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19 декабря 2013 года «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», при избрании домашнего ареста в качестве меры пресечения подозреваемый или обвиняемый не может быть подвергнут запретам и (или) ограничениям, не предусмотренным ч. 7 ст. 107 УПК РФ.

Принимая решение о полной либо частичной изоляции от общества, судом должны учитываться положения ст. 99 УПК РФ о тяжести преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

Обобщение свидетельствует, что не всегда суды соблюдают данные требования закона.

Апелляционным постановлением судебной коллегии от 21 января 2016 года отменено постановление Свободненского городского суда от 29 декабря 2015 года об избрании в отношении подозреваемого Ф.И.О.1 меры пресечения в виде домашнего ареста в связи с тем, что суд, запретив Ф.И.О.1 покидать жилое помещение в период с 21 часа до 6 часов утра, не указал, для каких именно целей подозреваемому разрешено находиться вне места исполнения данной меры пресечения, а также в нарушение с ч. 4 ст. 7 УПК РФ не мотивировал решение в данной части.

Апелляционным постановлением судебной коллегии от 24 ноября 2016 года изменено постановление Благовещенского городского суда от 11 ноября 2016 года об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста в отношении обвиняемой Ф.И.О.104 в связи с тем, что суд, приняв решение о полной изоляции Ф.И.О.104 от общества, оставил без внимания и не дал в постановлении оценку совокупности обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, а именно не учёл сведения о личности обвиняемой Ф.И.О.104, согласно которым она проживает одна, в браке не состоит, детей не имеет, по договору от ДД.ММ.ГГГГ о возмездном оказании услуг оказывает услуги по <данные изъяты>, имеет источник дохода, её мать, проживающая с ней, находится на стационарном лечении <данные изъяты>, данные о том, что Ф.И.О.104 проживает в отдалённом районе, в населённом пункте по месту жительства Ф.И.О.104 отсутствуют родственники, способные помочь ей, а также влияние избранной меры пресечения на возможность её самостоятельного жизнеобеспечения.

Судебной коллегией постановление суда изменено, указание суда об избрании в отношении Ф.И.О.104 меры пресечения в виде домашнего ареста, заключающегося в полной изоляции от общества в жилом помещении, заменено указанием об избрании в отношении Ф.И.О.104 меры пресечения в виде домашнего ареста, заключающегося в частичной изоляции от общества в жилом помещении, с возложением запрета покидать жилое помещение, указанное в постановлении, в период времени с 12 часов 00 минут до 10 часов 00 минут.

По аналогичным основаниям было изменено постановление Благовещенского городского суда от 29 февраля 2016 года в отношении Ф.И.О.105

4.2. Проведённое обобщение применения судами области требований закона при продлении меры пресечения в виде заключения под стражу и домашнего ареста показало, что, судами области не всегда учитываются изменения, внесённые вышестоящим судом в предыдущее постановление об избрании (продлении) данной меры пресечения.

Благовещенский городской суд в постановлении от 14 апреля 2016 года, продлив срок содержания обвиняемого Ф.И.О.50 под домашним арестом и оставив без изменения возложенные на него ограничения и запреты, в том числе, не отправлять и не получать почтово-телеграфные отправления, не принял во внимание, что апелляционным определением судебной коллегии от 22 марта 2016 года были внесены изменения в постановление Благовещенского городского суда от 11 марта 2016 года, установившее эти ограничения и запреты, а именно – возложен запрет Ф.И.О.106 на отправку и получение почтово-телеграфных отправлений, за исключением отправлений в органы следствия и в суд.

Апелляционным постановлением от 26 апреля 2016 года судебная коллегия постановление суда изменила, дополнив резолютивную часть постановления указанием о возложении на Ф.И.О.50 запрета на отправку и получение почтово-телеграфных отправлений, за исключением отправлений в органы следствия и в суд.

Свободненский городской суд в постановлении от 17 октября 2016 года, продлив срок содержания под стражей обвиняемого Ф.И.О.98 на 1 месяц, а всего до 8 месяцев 21 суток, то есть до 24 ноября 2016 года, не принял во внимание, что апелляционным постановлением судебной коллегии от 13 октября 2016 года были внесены изменения в постановление Свободненского городского суда от 18 августа 2016 года, в соответствии с которыми постановлено считать продлённым срок содержания под стражей обвиняемому Ф.И.О.98 на 1 месяц, а всего до 6 месяцев 21 суток, то есть до 22 сентября 2016 года, поскольку из материалов дела следует, что Ф.И.О.98 был задержан в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ 11 января 2016 года, 13 января 2016 года постановлением Свободненского городского суда ходатайство следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу оставлено без удовлетворения, Ф.И.О.98 освобождён из-под стражи в зале суда, 3 марта 2016 года Ф.И.О.98 вновь задержан в порядке ст.ст. 91,92 УПК РФ, 4 марта 2016 года постановлением Свободненского городского суда в отношении него избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Апелляционным постановлением от 3 ноября 2016 года судебная коллегия постановление суда изменила, указав в резолютивной части постановления суда о продлении обвиняемому Ф.И.О.98 срока содержания под стражей на 1 месяц, а всего до 8 месяцев 21 суток, то есть до 22 ноября 2016 года.

4.3. В соответствии с ч. 2.1 ст. 107 УПК РФ в срок домашнего ареста засчитывается время содержания под стражей.

Однако не все суды соблюдают данное требование закона.

Свободненский городской суд постановлением от 19 февраля 2016 года продлил срок содержания под домашним арестом Ф.И.О.107 на 1 месяц, а всего до 2 месяцев.

Изменяя постановление, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 11 марта 2016 года указала, что, поскольку Ф.И.О.107 был задержан 30 июля 2015 года, 1 августа 2015 года ему была избрана мера пресечения в виде заключения под стражей, которая 21 января 2016 года была изменена на домашний арест, совокупный срок содержания обвиняемого под стражей и домашним арестом составил 7 месяцев 20 суток.

4.4. Проведённое обобщение применения судами области требований закона при избрании (продлении) меры пресечения в виде домашнего ареста показало, что судами области не всегда выполняются требования ч. 8 ст. 107 УПК РФ, а также а также разъяснения, содержащиеся в п. 40 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», в соответствии с которыми при запрете на пользование средствами связи или ограничении в их использовании суду следует разъяснить подозреваемому, обвиняемому его право на использование телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб при возникновении чрезвычайной ситуации, а также для общения с контролирующим органом, дознавателем, следователем и необходимость информировать контролирующий орган о каждом таком звонке.

Тындинский районный суд постановлением от 23 июня 2016 года, вопреки указанным требованиям закона, при избрании в отношении обвиняемого Ф.И.О.95 меры пресечения в виде домашнего ареста установил полный запрет на отправку и получение почтово-телеграфных отправлений, а также использование средств связи и информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», тем самым фактически лишив обвиняемого возможности обращений за медицинской помощью, в аварийно-спасательные службы, контролирующие и правоохранительные органы и в суд для защиты своих прав, чем нарушил его права, предусмотренные п.п. 14, 18 ч. 4 ст. 47 УПК РФ.

Апелляционным постановлением судебной коллегии от 7 июля 2016 года постановление суда изменено, уточнены запреты, возложенные на Ф.И.О.95, а именно запрет вести переговоры с использованием любых средств связи, в том числе посредством СМС, ММС сообщений, не использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», за исключением использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб в случае возникновения чрезвычайных ситуаций, а также для общения с контролирующим органом, со следователем, о каждом таком звонке обвиняемый должен информировать контролирующий орган.

По аналогичным основаниям было изменено постановление Благовещенского городского суда от 11 марта 2016 года в отношении Ф.И.О.50

4.5. Не всегда суды учитывают разъяснения, содержащиеся в п. 40
постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2013 года № 41, согласно которым, запрещая подозреваемому или обвиняемому общение с определёнными лицами или ограничивая его в общении, суд должен указать данные, позволяющие идентифицировать этих лиц.

29 февраля 2016 года Благовещенский городской суд , продляя меру пресечения в виде домашнего ареста в отношении обвиняемого Ф.И.О.105, возложил на него также запрет общения любым путём, в том числе посредством использования всех видов связи. Таким образом, суд первой инстанции возложил на Ф.И.О.105 запрет на общение с неопределённым кругом лиц, фактически лишив его права на общение с семьёй.

Апелляционным постановлением от 11 марта 2016 года судебная коллегия постановление суда изменила, дополнив резолютивную часть постановления указанием о запрете общения с участниками данного уголовного дела.

Допускаются некоторыми судами при вынесении постановлений об избрании или продлении мер пресечения указания ошибочных сведений о личности лиц, в отношении которых такие меры избираются или продляются, их процессуальном статусе, статье обвинения, тяжести преступлений, в совершении которых указанные лица подозреваются или обвиняются и т.п.

По указанным основаниям были изменены постановления Белогорского городского суда в отношении Ф.И.О.108 ; Благовещенского городского суда в отношении Ф.И.О.109 , в отношении Ф.И.О.110 , в отношении Ф.И.О.70 , в отношении Ф.И.О.111 , в отношении Ф.И.О.45 ; Завитинского районного суда в отношении Ф.И.О.115 ; Райчихинского городского суда в отношении Ф.И.О.112 ; Свободненского городского суда в отношении Ф.И.О.16 ; Шимановского районного суда в отношении Ф.И.О.70 .

Анализ приведенной судебной практики и статистических данных за 2016 год позволяет сделать вывод о том, что требования закона о порядке избрания в отношении подозреваемых (обвиняемых) мер пресечения, регламентированные ст. ст. 106, 107, 108, 109 и 255 УПК РФ, разъяснения, содержащиеся в Постановлениях Пленумов Верховного Суда Российской Федерации № 41 от 19 декабря 2013 года «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» и № 5 от 10 октября 2003 года «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации» судами Амурской области в основном выполняются.

Вместе с тем обобщение показало, что некоторыми судьями при рассмотрении данной категории дел допускается ряд типичных ошибок, невнимательность и небрежность.

В связи с этим, в целях устранения допускаемых ошибок и обеспечения правильного применения уголовно-процессуального закона при рассмотрении ходатайств об избрании в отношении подозреваемых (обвиняемых) меры пресечения в виде заключения под стражу и её продлении, домашнего ареста и залога следует признать необходимым более тщательное изучение судьями уголовно-процессуального законодательства, постановлений Пленума Верховного Суда РФ, позиций Конституционного Суда РФ, практики Европейского Суда, обобщений судебной практики Амурского областного суда, внимательное изучение «Обзора практики рассмотрения судами ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и о продлении срока содержания под стражей» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.01.2017).

Необходимо исключить случаи формального подхода к разрешению соответствующих ходатайств, поскольку заключение под стражу является самой строгой мерой пресечения, ограничивающей права, свободы и личную неприкосновенность человека и гражданина.

Тщательно исследовать в судебном заседании конкретные основания для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, заявленные в ходатайстве, оценивать их со ссылкой на соответствующие доказательства.

По каждому конкретному ходатайству проверять обоснованность подозрения в причастности лица к инкриминируемому преступлению, при этом не входить в обсуждение вопроса о виновности лица.

При рассмотрении ходатайств о применении в качестве меры пресечения заключения под стражу или о продлении срока её действия в каждом конкретном случае обсуждать вопрос о возможности применения в отношении этого лица альтернативных мер пресечения - в виде залога или домашнего ареста, с отражением результатов этого рассмотрения в постановлении.

При рассмотрении ходатайств о продлении срока действия меры пресечения в виде заключения под стражу исследовать вопрос, не изменились ли с течением времени обстоятельства, послужившие основанием для избрания этой меры пресечения, рассматривать возможность применения в отношении указанных лиц мер пресечения, не связанных с лишением свободы - в виде залога или домашнего ареста.

Повысить уровень требовательности к представляемым с ходатайствами материалам, касающимся сведений о личности подозреваемых, обвиняемых лиц, в отношении которых заявлено ходатайство о заключении под стражу. При этом необходимо иметь в виду, что продление срока содержания под стражей в соответствии с ч. 7 ст. 108 УПК РФ допускается лишь при условии признания судьей задержания законным и обоснованным.

В случае неэффективной организации предварительного расследования реагировать на выявленные нарушения путём вынесения частных постановлений.

Принимать меры к надлежащему оформлению материалов, связанных с рассмотрением вопросов о применении мер пресечения, направляемых в суд апелляционной инстанции, соблюдать сроки направления таких материалов в суд апелляционной инстанции.

Обратить внимание председателей районных (городских) судов на необходимость осуществления постоянного контроля за деятельностью судей по рассмотрению ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, в том числе средней и небольшой тяжести, особенно в отношении женщин и несовершеннолетних.

В целях повышения качества рассмотрения материалов указанной
категории и недопущения ошибок председателям районных (городских) судов надлежит обеспечить изучение судьями настоящего обобщения и учёт его положений в правоприменительной деятельности.

Судебная коллегия по уголовным делам

Амурского областного суда

опубликовано 19.05.2017 10:44 (МСК)