Arms
 
развернуть
 
675000, г. Благовещенск, ул. Шевченко, д. 6
Тел.: (4162) 51-34-27
oblsud.amr@sudrf.ru
схема проезда
675000, г. Благовещенск, ул. Шевченко, д. 6Тел.: (4162) 51-34-27oblsud.amr@sudrf.ru
ПРЕСС-СЛУЖБА
Новость от 18.05.2016
Обобщение практики рассмотрения судами Амурской области уголовных дел в особом порядке судебного разбирательства, установленном главой 40 УПК РФ, за 2015 годверсия для печати

Рассмотрено президиумом

Амурского областного суда

16 мая 2016 года

О Б О Б Щ Е Н И Е

практики рассмотрения судами Амурской области

уголовных дел в особом порядке судебного разбирательства,

установленном главой 40 УПК РФ, за 2015 год

Амурским областным судом проведено обобщение судебной практики рассмотрения судами Амурской области уголовных дел в особом порядке судебного разбирательства, установленном главой 40 УПК РФ, за 2015 год.

Анализ данных судебной статистики позволяет сделать вывод о том, что применение районными (городскими) судами, а также мировыми судьями Амурской области особого порядка судебного разбирательства достаточно распространено.

Районными (городскими) судами в особом порядке судебного разбирательства, установленном главой 40 УПК РФ, (с вынесением приговора и прекращением дела) в 2015 году рассмотрено 3263 дела или 63% от общего количества (5207); мировыми судьями рассмотрено в таком порядке 2496 дел (1558 – с вынесением приговора, 938 – с прекращением дела) или 71% от общего количества (3493). Остаток неоконченных дел на конец отчётного периода в районных (городских) судах составил 171 дело, у мировых судей – 85 дел.

Наиболее часто в районных (городских) судах рассматриваются в особом порядке дела: о незаконных действиях с наркотическими средствами и психотропными веществами – 1285 дел или 39,4% от общего числа дел, рассмотренных в особом порядке, о кражах чужого имущества - 1127 дел или 34,5%, дела об умышленном причинении тяжкого либо средней тяжести вреда здоровью – 151 или 4,6%; мировыми судьями: дела частного обвинения – 456 или 18,3 %, дела о кражах чужого имущества – 446 или 17,9%, дела об умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью – 95 или 3,8 %.

В ходе обобщения были изучены уголовные дела, рассмотренные городскими, районными судами области, мировыми судьями, а также проанализирована апелляционная и кассационная практика по данной категории дел. Изучение указанных дел показало, что суды в целом правильно понимают требования закона о применении особого порядка судебного разбирательства, вместе с тем, некоторые ошибки носят распространенный характер.

В соответствии с требованиями части 2 статьи 315 УПК РФ обвиняемый вправе заявить ходатайство о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в момент ознакомления с материалами уголовного дела и на предварительном слушании, когда оно является обязательным в соответствии со статьёй 229 УПК РФ.

Эти требования уголовно-процессуального закона Свободненским городским судом Амурской области при постановлении приговора в отношении У. и О. выполнены не были, что послужило основанием к отмене в апелляционном порядке приговора и передаче дела на новое судебное разбирательство в тот же суд, в ином составе, со стадии подготовки к судебному заседанию (апелляционное определение от 13 августа 2015 года №22-1323/15).

Как следует из протоколов ознакомления обвиняемых и их защитников с материалами уголовного дела в порядке, установленном ст. 217 УПК РФ, У. и О. заявили о том, что не желают воспользоваться правом, предусмотренным п. 2 ч. 5 ст. 217 УПК РФ.

Как следует из обвинительного заключения, О. вину в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ, не признал и дал показания о непричастности к его совершению, при этом непризнание вины О. органы предварительного следствия расценили как желание уйти от ответственности и как способ защиты.

Ходатайств о проведении предварительного слушания по делу стороны не заявляли, предварительное слушание по делу не проводилось.

9 апреля 2015 года уголовное дело в отношении У. и О. с обвинительным заключением поступило в Свободненский городской суд Амурской области.

17 апреля 2015 года судьёй Свободненского городского суда Амурской области вынесено постановление о назначении открытого судебного заседания в особом порядке по уголовному делу в отношении У. и О., мера пресечения в отношении них оставлена прежняя – заключение под стражу, срок её действия продлён на 3 месяца.

В обоснование принятого решения о рассмотрении дела в особом порядке суд указал, что в судебном заседании обвиняемыми и их защитниками заявлено ходатайство о рассмотрении дела в особом порядке, поскольку вину в совершении преступлений они признали полностью, в содеянном раскаиваются; прокурор считает возможным рассмотреть дело в особом порядке; потерпевшие С., Г., Ц., К., Ц. против этого не возражают.

Вместе с тем, сведений о том, что потерпевшие не возражают против особого порядка рассмотрения дела, на момент принятия указанного решения в деле не имелось, кроме того, как следует из протокола судебного заседания, судом не выяснялось, осознают ли обвиняемые характер и последствия заявленного ими ходатайства, а также было ли оно заявлено ими добровольно и после проведения консультаций с защитниками.

Таким образом, судом не были соблюдены как процедура назначения рассмотрения уголовного дела в особом порядке, так и условия, необходимые для постановления приговора без проведения судебного разбирательства.

Обвинительный приговор в особом порядке, установленном главой 40 УПК РФ, может быть постановлен, если подсудимый согласен с предъявленным ему обвинением.

Приговором Благовещенского городского суда Амурской области от 28 июля 2015 года К. осуждён по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ к трём годам шести месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 15 сентября 2015 года (№ 22-1534/15) приговор отменён ввиду допущенного судом нарушения требований уголовно-процессуального законодательства, уголовное дело направлено на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда со стадии подготовки к судебному заседанию.

Как видно из приговора, К. признан виновным и осуждён за умышленное причинение А. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершённое с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Дело рассмотрено в особом порядке принятия судебного решения, установленном главой 40 УПК РФ.

В соответствии с ч. 7 ст. 316 УПК РФ судья, рассматривая уголовное дело в особом порядке, постановляет обвинительный приговор в том случае, если придёт к выводу, что обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу.

По смыслу закона (п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 декабря 2006 года № 60 «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел»), в случае, когда по делу какие-либо условия, необходимые для постановления приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке, отсутствуют, суд в соответствии с ч. 3 ст. 314 и ч. 6 ст. 316 УПК РФ принимает решение о прекращении особого порядка судебного разбирательства и назначении рассмотрения уголовного дела в общем порядке.

Невыполнение этой обязанности судом является фундаментальным нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку объективно сопряжено с лишением подсудимого его конституционного правомочия на справедливое судебное разбирательство, и тем самым предопределяет невозможность констатировать законность постановленного в отношении данного лица судебного решения.

Как следует из протокола судебного заседания, на стадии судебных прений защитником К. – адвокатом К.С.Р. было заявлено о том, что К. совершил инкриминируемое ему деяние с косвенным умыслом, поскольку намеревался лишь нанести порез по руке потерпевшего имеющимся у него кухонным ножом и не ожидал, что тот резко повернётся к нему спиной, в связи с чем ножевое ранение было нанесено не в руку, а в грудную клетку А.

Кроме того, адвокат в своем выступлении заявил о том, что действия К. были совершены в состоянии крайней необходимости, поскольку иным способом он не мог защитить свое конституционное право на неприкосновенность жилища. На эти же обстоятельства ссылался и К. в последнем слове.

Вместе с тем, из содержания описательно-мотивировочной части приговора, из описания установленных судом фактических обстоятельств дела следует, что преступление К. совершено с прямым умыслом на почве личных неприязненных отношений.

Указанные обстоятельства свидетельствовали о том, что К. оспаривал фактические обстоятельства совершения преступления, а также выражал несогласие с юридической оценкой его действий, то есть был не согласен с предъявленным ему обвинением.

Однако судом первой инстанции данным доводам, высказанным стороной защиты в стадии судебных прений и подсудимым К. в последнем слове, оценка не дана, вопрос о рассмотрении уголовного дела в общем порядке судом не разрешался и не рассматривался, несмотря на то, что в соответствии с ч. 3 ст. 314 УПК РФ суду надлежало прекратить рассмотрение дела в особом порядке и провести разбирательство в общем порядке.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции не имелось оснований для постановления приговора в отношении К. без проведения судебного разбирательства.

Допущенное судом нарушение уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела в отношении К. судебная коллегия признала существенным, влекущим в силу ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ отмену приговора и направление уголовного дела на новое судебное рассмотрение.

Согласно ч. 4 ст. 314 УПК РФ, если государственный либо частный обвинитель и (или) потерпевший возражают против заявленного обвиняемым ходатайства, то уголовное дело рассматривается в общем порядке.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в пункте 33 Постановления от 29 июня 2010 года № 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», в случае заявления обвиняемым ходатайства об особом порядке судебного разбирательства в соответствии с главой 40 УПК РФ потерпевшему должны быть разъяснены процессуальные особенности такой формы судопроизводства, в том числе положения ч. 1 ст. 314 УПК РФ о том, что рассмотрение уголовного дела без проведения судебного разбирательства возможно только при отсутствии его возражений. Несоблюдение этого требования, если потерпевший заявит о нарушении его прав, может послужить основанием к отмене приговора, постановленного в особом порядке судебного разбирательства. При этом закон не требует выяснения у потерпевшего мотивов, по которым это лицо возражает против постановления приговора без судебного разбирательства.

В пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 декабря 2006 года № 60 «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел» обозначено требование суду удостовериться в судебном заседании об отсутствии у потерпевшего, надлежащим образом извещённого о месте и времени судебного заседания, возражений против заявленного обвиняемым ходатайства о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке.

Согласно ч. 6 ст. 316 УПК РФ, устанавливающей порядок проведения судебного заседания по ходатайству подсудимого о постановлении приговора без проведения судебного разбирательства, при возражении потерпевшего против постановления приговора без проведения судебного разбирательства либо по собственной инициативе судья выносит постановление о прекращении особого порядка судебного разбирательства и назначении рассмотрения уголовного дела в общем порядке.

Указанные требования закона не всегда выполняются судами. Так, отменяя приговор Бурейского районного суда Амурской области от 20 августа 2015 года в отношении С. и передавая уголовное дело на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии судебного разбирательства иным составом, судебная коллегия по уголовным делам Амурского областного суда в своём апелляционном постановлении от 13 октября 2015 года (№ 22-1710/15) указала следующее.

Как следует из расписки потерпевшей Щ., приобщённой к материалам дела на стадии предварительного следствия, ей был разъяснён особый порядок рассмотрения уголовного дела; своё отношение к рассмотрению дела по обвинению С. по ч. 1 ст. 108 УК РФ в особом порядке она выразила, указав - «не желаю».

Суд назначил рассмотрение дела в особом порядке на 7 августа 2015 года.

В указанную дату подсудимый С. и потерпевшая Щ. в судебное заседание не явились, в связи с чем суд вынес постановление об отложении судебного разбирательстве на 20 августа 2015 года и о приводе в суд указанных лиц в назначенную дату.

В судебном заседании 20 августа 2015 года был исследован рапорт судебного пристава от указанной даты о невозможности привода потерпевшей.

Суд в тот же день рассмотрел уголовное дело в отсутствие потерпевшей в соответствии с главой 40 УПК РФ и постановил в отношении С. обвинительный приговор. В приговоре суд указал, что потерпевшая согласилась с постановлением приговора в особом порядке судебного разбирательства, не удостоверившись в этом в судебном заседании, и вопреки ранее выраженному нежеланию потерпевшей против такого порядка.

В день рассмотрения дела 20 августа 2015 года потерпевшая Щ. обратилась в суд с заявлением о выдаче ей копии приговора и получила его копию. В установленный законом срок она обжаловала приговор в апелляционном порядке по мотивам его несоответствия фактическим обстоятельствам уголовного дела и неправильной квалификации действий осуждённого, а также в связи с чрезмерной мягкостью назначенного ему наказания.

При таких обстоятельствах судебная коллегия пришла к выводу о том, что суд постановил приговор без проведения судебного разбирательства при несоблюдении необходимого условия - отсутствия возражений потерпевшего.

В связи с нарушением прав потерпевшего Октябрьским районным судом Амурской области в апелляционном порядке отменён приговор мирового судьи Амурской области по Октябрьскому районному судебному участку от 9 сентября 2015 года в отношении Ч., осуждённого по ч. 1 ст. 112 УК РФ, уголовное дело передано на новое судебное рассмотрение (апелляционное постановление от 21 октября 2015 года)

Согласно протоколу судебного заседания, после оглашения обвинительного заключения на вопрос председательствующего потерпевший Е. пояснил, что обстоятельства, описанные в обвинительном заключении, не соответствуют действительности.

Однако, несмотря на данное заявление потерпевшего Е., мировой судья продолжил рассмотрение дела в особом порядке, без проведения в общем порядке исследования и оценки доказательств, собранных по уголовному делу.

С учётом изложенного, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о том, что были нарушены права потерпевшего, гарантированные ему законом, как участнику уголовного судопроизводства, а также требования уголовно-процессуального законодательства, регламентирующие рассмотрение дела в особом порядке судебного разбирательства.

В некоторых случаях судьи, решая вопрос о возможности применения особого порядка судебного разбирательства, не выясняют должным образом вопрос о наличии ходатайства обвиняемого о применении особого порядка принятия судебного решения.

По делу в отношении Г., осуждённой приговором мирового судьи Амурской области по Мазановскому районному судебному участку от 20 октября 2015 года по ч. 1 ст. 119 УК РФ, судья, назначая судебное заседание в особом порядке, не обратил внимание на то, что обвиняемая в ходе дознания при ознакомлении с материалами дела в присутствии защитника заявила ходатайство о постановлении приговора в общем порядке судебного разбирательства, однако мировой судья необоснованно назначил рассмотрение дела в особом порядке.

Указанный приговор, постановленный в отношении Г., отменён 27 ноября 2015 года Мазановским районным судом в апелляционном порядке, уголовное дело направлено на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции со стадии подготовки к судебному заседанию мировому судье иного судебного участка.

Обвинительный приговор в особом порядке, установленном главой 40 УПК РФ, может быть постановлен лишь при условии, если обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно и подтверждается собранными по уголовному делу доказательствами

По смыслу закона, судья, принимая решение о возможности назначения дела к рассмотрению в особом порядке, должен убедиться не только в наличии необходимой совокупности доказательств, подтверждающих обвинение, но и в надлежащей юридической оценке содеянного обвиняемым.

Невыполнение приведённых выше требований закона является одним из наиболее часто встречающихся оснований для отмены постановленных в особом порядке приговоров.

Приговором Райчихинского городского суда Амурской области от 25 июня 2014 года Г. осуждён по ч. 2 ст. 162 УК РФ к двум годам шести месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Г. признан виновным и осуждён за разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершённое с угрозой применения насилия, опасного для жизни, с применением оружия.

Уголовное дело в отношении Г. рассмотрено судом в особом порядке судебного разбирательства, установленном главой 40 УПК РФ.

В апелляционном порядке дело не рассматривалось.

Постановлением президиума Амурского областного суда от 21 декабря 2015 года (№ 44у-117/15) приговор в отношении Г. отменён, уголовное дело направлено на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда со стадии назначения судебного заседания.

В обоснование принятого решения президиумом указано следующее.

По смыслу ч. 7 ст. 316 УПК РФ для постановления обвинительного приговора при согласии подсудимого с предъявленным обвинением суд должен убедиться, что такое обвинение подтверждено собранными доказательствами. Однако данное требование уголовно-процессуального закона судом не выполнено.

Г. органом предварительного расследования обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, – то есть в совершении разбойного нападения с применением оружия.

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, данными в п. 23 Постановления № 29 от 27 декабря 2002 года «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», при квалификации действий виновного по части второй статьи 162 УК РФ судам следует в соответствии с Федеральным законом от 13 ноября 1996 года «Об оружии» и на основании экспертного заключения устанавливать, является ли применённый при нападении предмет оружием, предназначенным для поражения живой или иной цели.

Если лицо лишь демонстрировало оружие или угрожало заведомо негодным или незаряженным оружием либо имитацией оружия, например макетом пистолета, игрушечным кинжалом и т.п., не намереваясь использовать эти предметы для причинения телесных повреждений, опасных для жизни или здоровья, его действия (при отсутствии других отягчающих обстоятельств) с учётом конкретных обстоятельств дела следует квалифицировать как разбой, ответственность за который предусмотрена частью первой статьи 162 УК РФ, либо как грабёж, если потерпевший понимал, что ему угрожают негодным или незаряженным оружием либо имитацией оружия.

Как следует из объяснения Г. и из показаний, данных им на предварительном следствии, перед совершением разбойного нападения он не заряжал ружьё патронами, так как не собирался стрелять и приводить его в действие, патроны он просто взял с собой, положив их в карман куртки. Ружьё он зарядил (не знает почему) уже после совершения преступления, когда прятал его.

Таким образом, несмотря на то, что сам Г. в ходе предварительного следствия и в судебном заседании признал свою вину, его показания, данные на предварительном следствии, вызывают сомнение в обоснованности предъявленного Г. обвинения в разбойном нападении с применением оружия.

Таким образом, принятие судом без достаточных оснований решения о проведении судебного заседания в особом порядке и, как следствие этого, постановление обвинительного приговора без исследования и оценки собранных доказательств противоречит принципу законности.

Допущенные нарушения уголовно-процессуального закона существенно ограничили права и законные интересы осуждённого, которые не могут быть восстановлены без отмены судебного акта, что свидетельствует об их фундаментальном, принципиальном характере, повлиявшем на исход дела.

Учитывая изложенное, на основании ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ приговор отменён с направлением уголовного дела на новое судебное рассмотрение со стадии назначения судебного заседания.

Несоблюдение требований закона о проверке соответствия предъявленного обвинения собранным по уголовному делу доказательствам явилось основанием к отмене в апелляционном порядке приговора Белогорского городского суда Амурской области от 27 октября 2014 года, постановленного в отношении П. (апелляционное определение № 22-70/15 от 22 января 2015 года).

Приговором суда П. был признан виновным и осуждён по ч. 1 ст. 161 УК РФ (4 факта), по ч. 1 ст. 158 УК РФ (2 факта), с применением ч. 2 ст. 69, ст. 70 УК РФ к 3 годам 10 дням лишения свободы.

П. обвинялся в том, что 7 сентября 2014 года около 9 часов 20 минут, находясь у дома «…» по ул. «…» г. Белогорска Амурской области, следуя внезапно возникшему умыслу, направленному на хищение чужого имущества, из корыстных побуждений, умышленно, осознавая противоправный характер своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения имущественного вреда собственнику и желая их наступлении, осознавая то, что его действия, направленные на хищение чужою имущества, являются очевидными для присутствующей М., путём рывка открыто похитил с шеи М. золотую цепочку стоимостью 4500 рублей и золотой кулон стоимостью 3000 рублей, чем причинил М. материальный ущерб на общую сумму 7500 рублей. Похищенным имуществом П. в дальнейшем распорядился в личных корыстных целях.

Вместе с тем, из показаний потерпевшей М., данных на предварительном следствии, следует, что у себя на шее она обнаружила свою золотую цепочку, которая была порвана, и фактически похищена П. не была.

Согласно показаниям П., данным при допросе в качестве подозреваемого, цепочка порвалась и осталась на шее у женщины, а золотой кулон остался у него в руке.

При таких обстоятельствах, обоснованность предъявленного П. обвинения в части хищения принадлежащей М. золотой цепочки стоимостью 4500 рублей вызывает сомнение.

Названные обстоятельства в соответствии с ч. 7 ст. 316 УПК РФ исключали возможность постановления по настоящему уголовному делу обвинительного приговора без проведения судебного разбирательства.

Поскольку фактически судебное следствие судом первой инстанции не проводилось и устранить допущенное нарушение в судебном заседании суда апелляционной инстанции не представлялось возможным, приговор в отношении П. был отменён, а дело направлено на новое судебное рассмотрение со стадии назначения судебного заседания.

Приговором Благовещенского городского суда Амурской области от 3 декабря 2014 года Е.-О. осуждён по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, пп. «в», «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ, пп. «в», «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 2 ст. 69 УК РФ к двум годам восьми месяцам лишения свободы.

В соответствии п. «б» ч. 7 ст. 79 УК РФ отменено условно-досрочное освобождение Е.-О. по приговору Благовещенского городского суда Амурской области от 17 июня 2013 года, окончательное наказание Е.-О. назначено в соответствии со ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров, путём частичного присоединения к наказанию, назначенному по настоящему делу, неотбытой части наказания по приговору Благовещенского городского суда Амурской области от 17 июня 2013 года, - в виде трёх лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 12 февраля 2015 года (№ 22-181/15) приговор отменён ввиду допущенного судом нарушения требований уголовно-процессуального законодательства, уголовное дело направлено на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда со стадии подготовки к судебному заседанию.

В обоснование принятого решения судебная коллегия указала следующее.

В соответствии с требованиями ч. 7 ст. 316 УПК РФ обвинительный приговор в особом порядке, установленном главой 40 УПК РФ, может быть постановлен лишь при условии, если обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно и подтверждается собранными по уголовному делу доказательствами.

Применительно к особому порядку судебного разбирательства под обвинением, с которым соглашается обвиняемый, следует понимать фактические обстоятельства содеянного обвиняемым, форму вины, мотивы совершения деяния, юридическую оценку содеянного, а также характер и размер вреда, причинённого деянием обвиняемого.

Таким образом, рассмотрение дела в особом порядке допускается только при соблюдении всех вышеизложенных условий.

Как следует из описательно-мотивировочной части приговора, постановленного в особом порядке, Е.-О. признан виновным, в том числе, в тайном хищении денежных средств в размере 21100 рублей, принадлежащих М., которыми он распорядился по своему усмотрению.

Вместе с тем, из показаний потерпевшей М. следует, что после обнаружения пропажи кошелька с деньгами из её сумки она увидела сотрудников полиции, которые задержали парня. Она сообщила им, что у неё пропал кошелёк с деньгами, сотрудники проверили содержимое пакета у парня и обнаружили в нём её кошелёк с деньгами.

Из показаний Е.-О., данных при допросе в качестве обвиняемого, следует, что посмотреть, что находилось в кошельке, похищенном им у женщины из сумки, он не успел, так как метров через 10 был задержан сотрудниками полиции.

Из показаний свидетеля В. следует, что она видела, как молодой человек вытащил из сумки женщины кошелёк, в это время к нему подошли двое полицейских и повели в служебный автомобиль.

Из показаний свидетелей Л. и С. следует, что, когда они задержали парня, к ним подошла женщина и сообщила, что задержанный у неё украл кошелёк, они заглянули в пакет парня и обнаружили там кошелёк.

При таких обстоятельствах, обоснованность обвинения по квалификации содеянного Е.-О. как оконченного состава преступления в части хищения принадлежащих М. денежных средств вызывает сомнение.

Возникшие вопросы не могли быть разрешены при рассмотрении дела в особом порядке, так как наличие таких обстоятельств требует их обязательного рассмотрения в общем порядке судебного разбирательства. Это связано с необходимостью исследования фактических обстоятельств дела, анализа доказательств и правовой оценки совершённых Е.-О. действий.

С учётом этого судебная коллегия пришла к выводу о нарушении судом первой инстанции уголовно-процессуального закона, выразившегося в рассмотрении уголовного дела в особом порядке без наличия необходимых для этого условий.

Приговором Благовещенского городского суда Амурской области от 27 мая 2015 года Б. осуждён по ч. 2 ст. 162 УК РФ к четырём годам четырём месяцам лишения свободы.

В соответствии ч. 5 ст. 79 УК РФ отменено условное осуждение Б. по приговору Благовещенского городского суда Амурской области от 23 декабря 2013 года, окончательное наказание Б. назначено в соответствии со ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров, путём частичного присоединения к наказанию, назначенному по настоящему делу, неотбытой части наказания по приговору Благовещенского городского суда Амурской области от 23 декабря 2013 года, - в виде пяти лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 23 июля 2015 года (№ 22-1163/15) приговор отменён ввиду допущенного судом нарушения требований уголовно-процессуального законодательства, уголовное дело направлено на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда со стадии судебного разбирательства.

В обоснование принятого решения судебная коллегия указала следующее.

В соответствии с требованиями ч. 7 ст. 316 УПК РФ обвинительный приговор в особом порядке, установленном главой 40 УПК РФ, может быть постановлен лишь при условии, если обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно и подтверждается собранными по уголовному делу доказательствами.

Данное положение закона в его взаимосвязи с положениями ч. 3 ст. 7, ст. 11 УПК РФ обязывает суд в рамках производства согласно главе 40 УПК РФ убедиться в обоснованности предъявляемого лицу обвинения, проверить его подтверждённость представленными в деле доказательствами, отвечающими требованиями ст. 74 УПК РФ и не содержащими процессуальных изъянов, перечисленных в ст. 75 УПК РФ.

При выявлении обстоятельств, вызывающих сомнение в обоснованности обвинения - полностью либо в его части – суд обязан решить вопрос о рассмотрении дела в общем порядке для устранения возникших сомнений независимо от того, что подсудимый с данным обвинением согласился (ч. 6 ст. 317 УПК РФ).

Приговором суда Б. признан виновным и осуждён по ч. 2 ст. 162 УК РФ – за разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершённое с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия.

Таким образом, суд пришёл к выводу о том, что обвинение по ч. 2 ст. 162 УК РФ, с которым согласился подсудимый, обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу.

Вместе с тем, как следует из предъявленного Б. обвинения и приведённых в обвинительном заключении доказательств, сделать однозначный вывод об обоснованности предъявленного Б. обвинения и его подтверждённости доказательствами нельзя.

Так, согласно приговору и предъявленному Б. обвинению, Б., находясь 14 февраля 2015 года около 11 часов 30 минут в помещении компьютерного клуба, расположенного по ул. «…» в г. Благовещенске Амурской области, следуя своему умыслу на нападение в целях хищения чужого имущества с применением предмета, используемого в качестве оружия, из корыстных побуждений подошёл к сидящей на стуле К. и с целью подавления воли к возможному сопротивлению направил на К. имеющийся у него при себе газовый пистолет и потребовал отдать ему деньги. К., понимая преступный характер действий Б., реально воспринимая угрозу применения Б. в качестве оружия газового пистолета, испугавшись того, что Б. может в неё выстрелить и причинить ей физический вред, достала из кармана одежды деньги в сумме 5000 рублей и передала их последнему.

По смыслу закона под предметами, используемыми в качестве оружия, следует понимать предметы, которыми потерпевшему могли быть причинены телесные повреждения, опасные для жизни или здоровья (перочинный или кухонный нож, бритва, ломик, дубинка, топор, ракетница и т.п.), а также предметы, предназначенные для временного поражения цели (например, механические распылители, аэрозольные и другие устройства, снаряженные слезоточивыми и раздражающими веществами). Если лицо лишь демонстрировало оружие или угрожало заведомо негодным или незаряженным оружием либо имитацией оружия, например макетом пистолета, игрушечным кинжалом и т.п., не намереваясь использовать эти предметы для причинения телесных повреждений, опасных для жизни или здоровья, его действия (при отсутствии других отягчающих обстоятельств) с учетом конкретных обстоятельств дела следует квалифицировать как разбой, ответственность за который предусмотрена частью первой статьи 162 УК РФ, либо как грабёж, если потерпевший понимал, что ему угрожают негодным или незаряженным оружием либо имитацией оружия.

Из приведённых в обвинительном заключении доказательств нельзя сделать вывод о том, был ли заряжен газовый пистолет и каким видом вещества, намеревался ли Б. использовать этот предмет для причинения телесных повреждений потерпевшей.

Без исследования данных обстоятельств обоснованность обвинения Б. по ч. 2 ст. 162 УК РФ по квалифицирующему признаку разбоя «с применением предметов, используемых в качестве оружия» вызывает сомнение, однако суд рассмотрел уголовное дело в особом порядке без исследования доказательств.

С учётом этого судебная коллегия пришла к выводу о нарушении судом первой инстанции уголовно-процессуального закона, выразившемся в рассмотрении уголовного дела в особом порядке без наличия необходимых для этого условий.

Приговором Благовещенского городского суда Амурской области от 7 октября 2015 года М. осуждён по пп. «в», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ (4 эпизода), ч. 3 ст. 30, пп. «в», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ (3 эпизода), пп. «в», «г», «д» ч. 2 ст. 161 УК РФ (2 эпизода), с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ к шести годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Отменяя приговор суда и направляя уголовное дело на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда со стадии судебного разбирательства, судебная коллегия по уголовным делам Амурского областного суда в своём апелляционном определении от 3 декабря 2015 года (№ 22-1995/15) указала следующее.

Как следует из приговора, М. признан виновным и осуждён за совершение 6 фактов грабежей и 3 фактов покушений на грабежи, совершённых с незаконным проникновением в жилище, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья потерпевших, а по факту в отношении К. - с угрозой применения такого насилия; по фактам в отношении К., С. – в крупном размере.

Из установленных судом обстоятельств совершённых М. преступлений следует, что он при совершении открытых хищений чужого имущества применил насилие, не опасное для жизни и здоровья, в отношении малолетних К., Я., С., Б.

При описании обстоятельств преступных деяний в приговоре указано следующее. 2 октября 2014 года М., незаконно проникнув в квартиру К., куда он зашёл вслед за малолетней потерпевшей К., применил к последней насилие, не опасное для жизни и здоровья, – взял рукой за ручку одетый лямками через плечи К. портфель и, применяя физическую силу, потянул за портфель, тем самым повёл за собой её в другую комнату против её воли, причиняя тем самым физическую боль, выясняя, где находятся деньги и ценности; не найдя никаких ценностей, М. так же взял за ручку одетый лямками через плечи К. портфель и, применяя физическую силу, потянул за него, тем самым повёл за собой в другую комнату против её воли, причиняя тем самым физическую боль, где оставил в углу, а когда К. стала звонить с мобильного телефона своей матери, М., заметив это, подошёл к ней и, применяя физическую силу, выхватил у неё из рук сотовый телефон, сбросил вызов. После чего похитил из квартиры золотые украшения и скрылся.

10 ноября 2014 года М., реализуя умысел на открытое хищение чужого имущества из квартиры Я. с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья малолетней Я., когда последняя открыла входную дверь в квартиру, подбежал сзади к ней и, применяя физическую силу, тем самым причиняя физическую боль, толкнул её рукой в спину, отчего Я. прошла внутрь квартиры, а сам зашёл следом за ней и закрыл дверь изнутри, после чего М. обнаружил в квартире золотые изделия, похитил их и скрылся с места преступления;

19 декабря 2014 года, незаконно проникнув в квартиру С., куда М. зашёл следом за малолетней С., с силой потянув входную дверь на себя, М. взял С. рукой за плечо и, применяя физическую силу, толкнул её к стене в коридоре квартиры, после чего сказал стоять на этом месте и молчать, С. сказала, что позвонит маме, но М. подошёл к ней, взял её за руку и сказал, что никому звонить не нужно, после этого М. нашёл в квартире кошелёк с деньгами, золотые изделия, другое имущество и скрылся с места преступления;

30 января 2015 года М., покушаясь на хищение чужого имущества, зашёл в подъезд дома следом за малолетней Б., а затем в секцию, где, применяя физическую силу, выхватил из рук малолетней Б. связку ключей, подобрав нужный ключ, открыл входную дверь квартиры, зашёл в неё и стал искать по комнатам квартиры ценное имущество, заметив, что Б. осуществляет телефонный звонок, подошёл к ней и, применяя физическую силу, выхватил у неё из рук сотовый телефон, после чего попытался прервать телефонный вызов и бросил сотовый телефон на диван, однако Б. взяла телефон с дивана и, увидев, что телефонный разговор продолжается, сообщила своему отцу, что в квартире находится посторонний мужчина, после чего М., испугавшись, что может быть задержан на месте преступления, убежал из квартиры.

Суд признал правильной квалификацию действий М., данную органом предварительного следствия, и квалифицировал его действия по фактам: хищения имущества К., С. по пп. «в», «г», «д» ч. 2 ст. 161 УК РФ как грабёж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершённое с незаконным проникновением в жилище, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, в крупном размере; хищения имущества Я. по пп. «в», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ как грабёж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершённое с незаконным проникновением в жилище, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья; покушения на хищение имущества Б. по ч. 3 ст. 30, пп. «в», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ как покушение на грабёж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершённое с незаконным проникновением в жилище, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, не доведённое до конца по независящим от него обстоятельствам.

Вместе с тем, по смыслу закона, под насилием, не опасным для жизни или здоровья, следует понимать побои или совершение иных насильственных действий, связанных с причинением потерпевшему физической боли либо с ограничением его свободы (связывание рук, применение наручников, оставление в закрытом помещении и др.).

Из показаний потерпевшей К., данных на предварительном следствии, следует, что зашедший следом за ней в квартиру мужчина взял находившийся у неё за спиной портфель своей рукой за ручку и потянул портфель, и соответственно её, в зал, мужчина спросил, где лежат в квартире деньги, на что она ответила, что не знает; он стал искать деньги в зале, открывая двери и ящики шкафа, но ничего ценного в зале не нашёл; потом он также взял за ручку одетого на ней за спиной портфеля, потянул, и таким образом повёл за собой в комнату бабушки, где оставил её в углу, а сам стал искать ценные вещи; никаких телесных повреждений ей мужчина не наносил, угроз в её адрес не высказывал, никакого насилия не применял.

Как следует из показаний потерпевшей Я., данных на предварительном следствии, в то время, когда она открывала дверь квартиры, мужчина, находившийся на 4 этаже, быстро поднялся на 5 этаж, подбежал к ней и ладонью руки толкнул её в спину, отчего она прошла в квартиру, а мужчина зашёл следом за ней; от толчка мужчины физическую боль она не испытала, он как бы подтолкнул её в квартиру; на протяжении 25 минут мужчина в квартире искал ценности, при этом угроз применения физической силы не высказывал.

Из показаний потерпевшей С., данных на предварительном следствии, следует, что, когда она зашла в квартиру и хотела закрыть входную дверь, в это время кто-то снаружи потянул дверь на себя и резко открыл её, она увидела мужчину, который зашёл в квартиру; мужчина взял её рукой за плечо, несильно толкнул в сторону к стене в коридоре и сказал, чтобы она стояла на месте и молчала, после чего прошёл в зал и стал искать ценные вещи; никаких угроз мужчина в её адрес не высказывал.

Как следует из показаний потерпевшей Б., данных на предварительном следствии, когда мужчина находился вместе с ней внутри секции квартир № 26 и № 27, он выхватил из её рук ключи от входной двери квартиры, после чего сам этими ключами открыл дверь и вошёл в квартиру; от действий мужчины она никакой физической боли не почувствовала.

Приведённые в данных протоколах допросов потерпевших К., Я., С., Б. сведения требовали исследования вопроса о том, совершал ли М. в отношении потерпевших насильственные действия, связанные с причинением им физической боли либо с ограничением свободы, что имеет значение для правильной юридической оценки совершённых деяний.

Таким образом, приведённые доказательства, содержащиеся в материалах уголовного дела, ставят под сомнение правильность квалификации действий М. по каждому из инкриминируемых ему фактов преступлений в отношении потерпевших К., Я., С., Б., как совершённых с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья.

Возникшие вопросы не могли быть разрешены при рассмотрении дела в особом порядке, так как наличие таких обстоятельств требует их обязательного рассмотрения в общем порядке судебного разбирательства. Это связано с необходимостью исследования фактических обстоятельств дела, анализа доказательств и правовой оценки совершённых М. действий.

Кроме того, согласно положениям главы 40 УПК РФ приговор может быть постановлен в особом порядке, без проведения судебного разбирательства в общем порядке, лишь при согласии (полном) обвиняемого с предъявленным ему обвинением.

При этом, по смыслу закона суд должен убедиться, что подсудимый согласен с приведёнными в обвинении фактическими обстоятельствами содеянного им, формой вины, мотивами совершения деяния, юридической оценкой содеянного, а также характером и размером вреда, причинённого преступным деянием.

В случае если подсудимый возражает против предъявленного ему обвинения (полностью или частично), то суд должен принять решение о прекращении особого порядка судебного разбирательства и назначении рассмотрения уголовного дела в общем порядке.

Как видно из протокола судебного заседания, на вопрос государственного обвинителя о том, применял ли он в отношении детей насилие, подсудимый М. пояснил, что вреда детям он не причинял, но понимал, что причиняет страх.

Такая позиция подсудимого М. не может свидетельствовать о его полном согласии с предъявленным ему обвинением в открытом хищении чужого имущества с применением к малолетним потерпевшим насилия, не опасного для жизни и здоровья.

Однако суд это обстоятельство оставил без должного внимания и постановил приговор в отношении М. в особом порядке судопроизводства.

Таким образом, условия вынесения в отношении М. приговора без проведения судебного разбирательства судом соблюдены не были, что повлекло отмену обвинительного приговора с передачей дела на новое судебное разбирательство.

Глава 40 УПК РФ не содержит норм, запрещающих суду принимать по делу, рассматриваемому в особом порядке, решение о переквалификации действий подсудимого, если для этого не требуется исследования собранных по делу доказательств и фактические обстоятельства при этом не изменяются.

В соответствии с ч. 8 ст. 246 УПК РФ государственный обвинитель до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора может изменить обвинение в сторону смягчения путём исключения из юридической квалификации деяния признаков преступления, отягчающих наказание.

Так, Благовещенский городской суд Амурской области осудил Б. по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ за грабёж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершённое с применением насилия, не опасного для здоровья, к двум годам шести месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима (приговор от 15 июня 2015 года, дело №1-675/2015).

Судом установлено, что Б. совершил грабёж, то есть открытое хищение имущества, принадлежащего потерпевшей М., с применением насилия, не опасного для здоровья, при следующих обстоятельствах.

21 февраля 2015 года около 8 часов 20 минут Б., управляя автомобилем марки «Тойота Функарго», находился на участке проезжей части вблизи пересечения улиц «…» г. Благовещенска Амурской области, где увидел около автобусной остановки незнакомую ему М., которая удерживала в руках дамскую сумку. В это же время, в этом же месте Б., испытывая материальные трудности, стремление к лёгкому обогащению путём хищения чужого имущества, понимая, что М. не сможет оказать ему должного сопротивления, решил с применением насилия, не опасного для здоровья, открыто похитить у М. ценное имущество, чтобы в последствии распорядиться им по своему усмотрению. В целях осуществления открытого хищения имущества у М. Б. придумал план, согласно которому он решил, что пригласит к себе в автомобиль под предлогом довезти М., после чего отвезет М. в безлюдное место, где с применением в отношении последней насилия, не опасного для здоровья, открыто похитит находящееся при ней имущество и распорядится им по своему усмотрению.

Так, 21 февраля 2015 года около 8 часов 20 минут Б., двигаясь на автомобиле марки «Тойота Функарго» по проезжей части ул. «…» г. Благовещенска Амурской области около дома № «…», следуя своему преступному умыслу, направленному на открытое хищение чужого имущества, из корыстных побуждений, с применением насилия, не опасного для здоровья, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения имущественного вреда собственнику и желая этого, остановился на участке проезжей части вблизи дома № «…» по ул. «…» г. Благовещенска Амурской области, где неподалеку находилась М., и предложил ей бесплатно её подвезти. М., не подозревая о преступных намерениях Б., согласилась с его предложением и заняла переднее пассажирское место в автомобиле – слева по ходу движения автомобиля, после чего Б. поехал по проезжей части ул. «…» в направлении ул. «…» г. Благовещенска Амурской области.

21 февраля 2015 около 8 часов 35 минут Б., действуя в продолжение своего преступного умысла, направленного на открытое хищение чужого имущества, из корыстных побуждений, с применением насилия, не опасного для здоровья, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения имущественного вреда собственнику и желая этого, понимая, что его действия носят открытый характер для М., с целью облегчить процесс незаконного изъятия чужого имущества, игнорируя просьбы М. остановить автомобиль и выпустить её, отвёз М. на участок местности, расположенный «…». В это же время, в этом же месте, М., желая пресечь преступные действия Б., направленные на открытое хищение её имущества, осуществила звонок П. и сообщила ему о совершаемом преступлении. В это же время в этом же месте, Б., действуя в продолжение своего преступного умысла, направленного на открытое хищение чужого имущества, из корыстных побуждений, с применением насилия, не опасного для здоровья, осознавая общественную опасность и противоправный характер своих действий, предвидя неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде причинения имущественного вреда собственнику и желая этого, понимая, что его действия очевидны для М., с целью подавления воли потерпевшей к сопротивлению, кистью левой руки со значительной силой сжал кисть правой руки потерпевшей, в которой она удерживала сотовый телефон, от чего М. испытала физическую боль, тем самым применив к М. насилие, не опасное для здоровья.

В это же время в этом же месте Б., желая убедить М. в действительности своих преступных намерений, правой рукой, сжав кисть в кулак, замахнулся в её сторону.

М., испугавшись дерзкого и агрессивного поведения Б., понимая, что последний физически сильнее её, сообщила, что отдаст ему всё ценное имущество. Б., понимая, что М. испытывает страх и не способна оказать сопротивление его преступным действиям, с силой вырвал правой рукой её сотовый телефон марки «…».

М. с целью пресечения противоправных действий Б. открыла дверь осуществляющего движение автомобиля под управлением Б. и выпрыгнула из автомобиля. После этого Б. с похищенным имуществом скрылся с места преступления и в дальнейшем распорядился им по своему усмотрению.

Таким образом, Б. умышленно, из корыстных побуждений, открыто, с применением насилия, не опасного для здоровья потерпевшей, похитил у М. принадлежащее ей имущество – сотовый телефон марки «…», стоимостью 4000 рублей, причинив М. материальный ущерб на указанную сумму.

Органами предварительного следствия действия Б. квалифицированы по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ как грабёж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершённый с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, с угрозой применения насилия, не опасного для жизни и здоровья потерпевшей.

В судебном заседании в ходе судебных прений государственный обвинитель просил исключить из обвинения подсудимого Б. квалифицирующий признак грабежа «совершённый с угрозой применения насилия, не опасного для жизни и здоровья», поскольку непосредственно в момент применения к потерпевшей насилия, не опасного для её здоровья, Б. каких-либо угроз в адрес потерпевшей М. не высказывал. Кроме того, государственный обвинитель просил исключить из обвинения Б. квалифицирующий признак грабежа «совершённый с применением насилия, не опасного для жизни», как не нашедший своего подтверждения и излишне вменённый.

С учётом позиции государственного обвинителя, в силу положений ст. 246 УПК РФ суд исключил из квалификации действий подсудимого Б. квалифицирующие признаки грабежа «с угрозой применения насилия, не опасного для жизни и здоровья», а также «с применением насилия, не опасного для жизни», квалифицировав действия Б. по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ как грабёж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершённое с применением насилия, не опасного для здоровья.

Данный приговор в суде апелляционной инстанции не обжаловался.

Зейский районный суд Амурской области в приговоре от 14 августа 2015 года (дело №1-150/2-15), квалифицируя действия Ш. по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 167 УК РФ, как покушение на умышленное уничтожение чужого имущества, которое могло причинить значительный ущерб, обоснованно, с учётом позиции государственного обвинителя, исключил из обвинения Ш. квалифицирующий признак «путём поджога», поскольку умышленное уничтожение или повреждение имущества с применением огня подразумевает возможность его распространения на другие объекты, то есть поджог осуществляется общеопасным способом, однако органы следствия при описании преступного деяния Ш. не раскрыли содержание диспозиции ч. 2 ст. 167 УК РФ в этой части, ограничившись лишь указанием на способ уничтожения имущества путём поджога.

Довольно часто встречаются случаи рассмотрения в порядке, предусмотренном главой 40 УПК РФ, уголовных дел, дознание по которым производилось в сокращённой форме. При этом судебное производство осуществляется в порядке, установленном статьями 316 и 317 УПК РФ, с изъятиями, предусмотренными ст. 226.9 УПК РФ.

Проведённое обобщение судебной практики показывает, что рассмотрение уголовных дел, дознание по которым производилось в сокращённой форме, проводится судами без исследования доказательств.

Так, например, приговором мирового судьи Амурской области по Октябрьскому районному судебному участку от 9 апреля 2015 года, постановленным в особом порядке судебного разбирательства, без исследования собранных по делу доказательств, К., в отношении которого дознание производилось в сокращённой форме, осуждён по ч. 1 ст. 112 УК РФ к восьми месяцам ограничения свободы.

Указанный приговор в апелляционном и кассационном порядке не обжаловался.

Судами нередко допускаются ошибки, связанные с назначением наказания.

По смыслу закона при установлении обстоятельств, предусмотренных как ч. 5, так и ч. 1 ст. 62 УК РФ, применяется совокупность правил смягчения наказания: вначале применяются положения ч. 5 ст. 62 УК РФ, затем – ч. 1 ст. 62 УК РФ. Таким образом, максимально возможное наказание в этих случаях не должно превышать: две трети от двух третьих - при рассмотрении уголовного дела в порядке, предусмотренном главой 40 УПК РФ.

Приговором Белогорского городского суда Амурской области от 8 июня 2015 года С. осуждён по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, с применением ст. 73 УК РФ, к двум годам шести месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком три года.

Изменяя приговор, судебная коллегия по уголовным делам Амурского областного суда в апелляционном постановлении от 30 июля 2015 года (№ 22-1213/15) указала о нарушении судом требований закона при назначении осуждённому наказания – поскольку приговор в отношенииС.постановлен в особом порядке, установленном главой 40 УПК РФ, и судом признаны смягчающими наказание обстоятельства, предусмотренные пп. «и», «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, отягчающих обстоятельств не установлено, наказаниеС.в виде лишения свободы с учётом требований ч. 1, 5 ст. 62 УК РФ не могло превышать 2 лет 2 месяцев лишения свободы.

Учитывая изложенное, судебная коллегия смягчила наказание, назначенноеС.по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Анализ вышеуказанных ошибок, допущенных районными (городскими) судами, а также мировыми судьями Амурской области при рассмотрении уголовных дел в особом порядке судебного разбирательства, установленном главой 40 УПК РФ, свидетельствует о недостаточном изучении действующего уголовного и уголовно-процессуального законодательства, руководящих разъяснений Пленума Верховного Суда РФ по вопросам правоприменительной практики, а также судебной практики, публикуемой в Бюллетенях и Обзорах судебной практики Верховного Суда РФ, Амурского областного суда, недостаточном внимании к изменениям в законодательстве, о необходимости повышения профессионального уровня.

Судьям Амурской области следует более тщательно отслеживать изменения в законодательстве, внимательно подходить к изучению рассматриваемых уголовных дел, положений уголовного и уголовно- процессуального законов.

Настоящее обобщение направляется в районные (городские) суды, а также мировым судьям Амурской области для изучения и принятия дополнительных мер, направленных на неукоснительное соблюдение требований закона при рассмотрении дел в особом порядке судебного разбирательства, установленном главой 40 УПК РФ.

Судебная коллегия по уголовным делам

Амурского областного суда

опубликовано 18.05.2016 03:32 (МСК)