Arms
 
развернуть
 
675000, г. Благовещенск, ул. Шевченко, д. 6
Тел.: (4162) 51-34-27
oblsud.amr@sudrf.ru
схема проезда
675000, г. Благовещенск, ул. Шевченко, д. 6Тел.: (4162) 51-34-27oblsud.amr@sudrf.ru
ПРЕСС-СЛУЖБА
Новость от 30.09.2015
Обобщение по мерам пресечения за первое полугодие 2015версия для печати

Рассмотрено президиумом

Амурского областного суда

28 сентября 2015 года

О Б О Б Щ Е Н И Е

практики применения судами Амурской области требований закона при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и её продлении, домашнего ареста и залога в первом полугодии 2015 года

Конституцией РФ (ст. 22) определено, что каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность. Арест, заключение под стражу и содержание под стражей допускаются только по судебному решению.

Конвенцией о защите прав человека и основных свобод (статья 5) установлено, что каждый задержанный или заключенный под стражу незамедлительно доставляется к судье и имеет право на судебное разбирательство в течение разумного срока или на освобождение до суда. Каждый, кто лишен свободы в результате ареста или заключения под стражу, имеет право на безотлагательное рассмотрение судом правомерности его заключения под стражу и на освобождение, если его заключение под стражу судом признано незаконным.

В соответствии с планом работы Амурского областного суда проведено обобщение судебной практики применения судами Амурской области требований закона при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и её продлении, а также домашнего ареста и залога в первом полугодии 2015 года.

Согласно статистическим данным, в первом полугодии 2015 года судами области рассмотрено 625 ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, из них удовлетворено - 576 (92,2%), при этом 12 ходатайств рассмотрено в отношении лиц, подозреваемых (обвиняемых) в совершении преступлений небольшой тяжести, из них удовлетворено - 10.

За указанный период рассмотрено 1136 ходатайств о продлении срока содержания под стражей, из них удовлетворено - 1124 (98,9%), при этом 18 ходатайств рассмотрено и удовлетворено в отношении лиц, обвиняемых в совершении преступлений небольшой тяжести.

В отношении женщин в первом полугодии 2015 года судами области рассмотрено 46 ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, из них удовлетворено 41 (89,1%), а также 100 ходатайств о продлении срока содержания под стражей лиц этой же категории, из них удовлетворено - 97 (97%).

В отношении несовершеннолетних рассмотрено 8 ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу (в отношении подозреваемых и обвиняемых в совершении особо тяжких преступлений – 1, тяжких – 4, средней тяжести – 4), из них удовлетворено - 8, а также 16 ходатайств о продлении срока содержания под стражей лиц этой же категории (в отношении обвиняемых в совершении особо тяжких преступлений – 10, тяжких – 3, средней тяжести – 3), из них удовлетворено - 16.

Принимая решение об отказе в избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, суд в 15 случаях избрал меру пресечения - домашний арест, а в 2 - залог, отказывая в продлении срока содержания под стражей обвиняемых, суд в 4 случаях избрал меру пресечения - домашний арест.

В апелляционном порядке в первом полугодии 2015 года обжаловано:

- 118 постановлений об удовлетворении ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, из них отменено – 5, изменено - 3, при этом судебная коллегия избрала в отношении двух обвиняемых меру пресечения в виде домашнего ареста;

- 7 постановлений об отказе в удовлетворении ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, из них отменено – 1;

- 138 постановлений об удовлетворении ходатайств о продлении срока содержания под стражей, из них отменено – 1, изменено – 2, при этом судебной коллегией в отношении одного обвиняемого избрана мера пресечения в виде домашнего ареста;

- 1 постановление об отказе в удовлетворении ходатайства о продлении срока содержания под стражей (оставлено без изменения).

Анализ данных судебной статистики и материалов изучения судебной практики свидетельствует о том, что суды области в основном соблюдают требования статей 106, 107, 108, 109 и 255 УПК РФ, разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19 декабря 2013 года «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», а также рекомендации Амурского областного суда.

Между тем имеют место случаи несоблюдения судьями области вышеуказанных положений закона.

Специфика заключения под стражу, как меры пресечения, состоит в том, что её применение связано с правом на личную свободу и неприкосновенность гражданина, гарантированным Конституцией Российской Федерации.

Заключение под стражу является самой строгой среди мер пресечения, поскольку в максимальных пределах ограничивает права, свободы и личную неприкосновенность человека и гражданина, поэтому применение данной меры пресечения возложена законодателем на суд, как орган правосудия.

Избрание меры пресечения в виде заключения под стражу подозреваемого или обвиняемого может иметь место только при подтверждении достаточными данными предусмотренных уголовно-процессуальным законом оснований.

В ходе проведения обобщения установлено, что допущенные судами нарушения, в частности, связаны со снижением уровня требований к качеству и объёму представляемых органами предварительного следствия материалов, некритическому отношению к неполноте представленных в суд доказательств, подтверждающих обоснованность подозрения в совершении преступления конкретного лица, а также с достоверностью подтверждающих обстоятельства, указанные в ч. 1 ст. 97 УПК РФ, а именно то, что обвиняемый, подозреваемый: скроется от дознания, предварительного следствия или суда; может продолжать заниматься преступной деятельностью; может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Судами не всегда с достаточной полнотой исследовались основания, подтверждающие необходимость применения такой меры пресечения, как заключение под стражу, в отношении лиц, подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений.

Согласно ст. 99 УПК РФ при решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления и определения её вида должны учитываться, в том числе, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

В соответствии со ст. 108 УПК РФ мера пресечения в виде заключения под стражу применяется при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

В силу закона, наличие обоснованного подозрения в том, что заключенное под стражу лицо совершило преступление, является необходимым условием для законности ареста. Вместе с тем такое подозрение не может являться единственным основанием для содержания под стражей. Должны существовать и иные обстоятельства, которые могли бы оправдать изоляцию лица от общества.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 года «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», к обстоятельствам, которые могли бы оправдать изоляцию лица от общества, в частности, может относиться возможность того, что подозреваемый может продолжить преступную деятельность, скрыться от предварительного следствия или суда, сфальсифицировать доказательства по уголовному делу, вступить в сговор со свидетелями, при этом указанные обстоятельства должны быть реальными, обоснованными, то есть подтверждаться достоверными сведениями.

Проведённое обобщение показало, что отдельные суды принимали решения об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и при отсутствии в материалах, представленных в обоснование заявленного ходатайства, достаточных данных, свидетельствующих о невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения.

Так, Октябрьский районный суд Амурской области (постановление от 24 марта 2015 года) при избрании в отношении подозреваемого Бабошина С.П. меры пресечения в виде заключения под стражу указал, что он подозревается в совершении тяжкого преступления в группе лиц против собственности, не имеет постоянного источника дохода и места жительства, характеризуется посредственно, неоднократно привлекался к административной ответственности, часть похищенного имущества не обнаружена, в связи чем может скрыться от следствия и суда, воспрепятствует производству по делу, не располагая источниками дохода, может продолжить преступную деятельность.

Судебная коллегия апелляционным постановлением от 16 апреля 2015 года постановление суда первой инстанции отменила, приняла по делу новое решение об отказе в удовлетворении ходатайства следователя, установив из представленных следователем к ходатайству материалов следующее.

Бабошин С.П. ранее не судим, является гражданином РФ, имеет регистрацию и проживает на территории Амурской области, имеет семью, трудоустроен, характеризуется по месту жительства удовлетворительно, по месту работы - положительно, жалоб на него не поступало, спиртным не злоупотребляет, на учёте врача нарколога и психиатра не состоит, административные правонарушения допускал только в области дорожного движения, правонарушений общественного порядка не допускал.

Какими-либо конкретными, реальными и обоснованными сведениями утверждения следователя о том, что Бабошин С.П., находясь на свободе, может скрыться от предварительного следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, уничтожить доказательства, иным путём воспрепятствовать производству по уголовному делу, не подтверждены. В постановлении суда не приведено убедительных выводов, из которых следовало бы, что избрание иной меры пресечения, не связанной с содержанием под стражей, не обеспечит явку Бабошина С.П. в органы следствия, а затем в судебное заседание при рассмотрении дела по существу.

Судебная коллегия указала, что сама по себе тяжесть преступления, в совершении которого подозревался Бабошин С.П. (п. «б» ч. 4 ст. 158 УК РФ), без учёта данных о личности, сведений о его семейном положении, факта его трудоустройства, не может служить достаточным основанием для избрания исключительной меры пресечения в виде заключения под стражу.

По аналогичным основаниям были отменены постановления Благовещенского городского суда в отношении Никифорова С.С., Филиппова В.В., Свободненского городского суда в отношении Федюкевича А.В., Магдагачинского районного суда в отношении Ильницкого А.В..

Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным. Таким признается постановление, вынесенное в соответствии с требованиями уголовного и уголовно-процессуального законов, основанное на материалах дела.

В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона выводы суда в судебном решении должны соответствовать фактическим обстоятельствам дела, установленным судом.

Однако не все судебные решения соответствуют данным требованиям закона.

Так, Завитинский районный суд (постановление от 3 февраля 2015 года), принимая решение об отказе в удовлетворении ходатайства следователя об избрани меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении обвиняемого Булочникова В.С., пришёл к выводу о том, что обстоятельств, указанных следователем в ходатайстве, позволяющих избрать в отношении обвиняемого меру пресечения в виде заключения под стражу, не установлено. При этом данный вывод суд мотивировал только отсутствием судимостей, наличием инвалидности, постоянного места жительства и дохода, проживанием совместно с сожительницей.

Вместе с тем, в ходе апелляционного рассмотрения 11 февраля 2015 года судебная коллегия установила, что судом не приняты во внимание тяжесть и обстоятельства совершения инкриминируемого обвиняемому преступления (ч. 1 ст. 111 УК РФ), данные о его личности, а именно наличие отрицательно характеризующего материала в отношении него, и пришла к выводу, что суд не учёл обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводы суда.

Судебная коллегия посчитала, что указанные нарушения являются существенными, однако могут быть устранены при рассмотрении дела в апелляционном порядке, приняла решение об отмене постановления суда первой инстанции и вынесла новое судебное решение об удовлетворении ходатайства следователя и избрании в отношении Булочникова В.С. меры пресечения в виде заключения под стражу.

Постановлением Райчихинского городского суда от 19 июня 2015 года продлён срок содержания под стражей в отношении Сигакова Б.Н., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 163 УК РФ. Отменяя постановление суда первой инстанции, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 30 июня 2015 года указала на то, что суд при принятии решения, помимо тяжести предъявленного Сигакову Б.Н. обвинения, отсутствия у него устойчивых социальных связей, учёл, в том числе, и данные о его личности. Вместе с тем, какие конкретно данные о личности судом были учтены, судом в постановлении не приведено, что могло повлиять на правильность выводов суда о необходимости дальнейшего применения к Сигакову Б.Н. меры пресечения в виде заключения под стражу. Апелляционная инстанция с учётом фактических обстоятельств инкриминируемых Сигакову Б.Н. деяний, их тяжести, данных о его личности, согласно которым он ранее неоднократно судим, по месту жительства характеризуется отрицательно, несмотря на установленный в отношении него административный надзор, обвиняется в совершении преступления в ночное время, пришла к выводу об отсутствии оснований для изменения Сигакову Б.Н. меры пресечения на более мягкую, и вынесла новое решение о продлении срока содержания Сигакова Б.Н. под стражей.

Как показало изучение судебной практики, во многих случаях основаниями изменения постановлений судов об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу или продления срока содержания под стражей послужило исключение каких-либо обстоятельств из описательно-мотивировочной части.

Так, Тындинский районный суд в постановлении от 19 февраля 2015 года, мотивируя решение о необходимости избрания в отношении подозреваемой Сенчишиной Е.А. меры пресечения в виде домашнего ареста, указал, что она в г. Тында вела аморальный образ жизни, злоупотребляла спиртными напитками, однако данное обстоятельство представленными к ходатайству материалами не подтверждено. Судебная коллегия апелляционным постановлением от 5 марта 2015 года данное указание суда исключила из описательно-мотивировочной части постановления.

Постановлением Благовещенского городского суда от 17 марта 2015 года избрана мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемого Заикина А.С.. Судебная коллегия апелляционным постановлением от 26 марта 2015 года исключила указание о том, что Заикин А.С. может оказать давление на участников уголовного судопроизводства, поскольку данный вывод суда не подтверждается и каких-либо сведений, указывающих на данное обстоятельство, не имеется.

По аналогичным основаниям были изменены постановления Благовещенского городского суда в отношении Кононенко А.В., Разуваева А.М., Улькова А.В., Бурейского районного суда в отношении Трофименко Н.Н., Завитинского районного суда в отношении Бабкова П.М., Свободненского городского суда в отношении Никишина В.А., Тындинского районного суда в отношении Думенко Р.В..

Обобщение показало, что не всегда судами области учитываются положения ч. 1 ст. 49 Конституции РФ о том, что каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда, а также разъяснения, содержащиеся в п.п. 2, 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», согласно которым в решении об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и её продлении не должно содержаться формулировок о виновности лица.

Так, Зейский районный суд (постановление от 19 марта 2015 года), избирая в отношении подозреваемого Климова Д.И. меру пресечения в виде заключения под стражу, проигнорировал то обстоятельство, что Климов Д.И. лишь подозревается органом предварительного следствия в совершении преступлений, и указал, что Климов Д.И. совершил преступления. Данное указание суда было исключено из постановления апелляционным постановлением судебной коллегии от 2 апреля 2015 года.

Аналогичные ошибки были допущены при избрании (продлении) меры пресечения в виде заключения под стражу Бурейским районным судом в отношении Трофименко Н.Н., Завитинским районным судом в отношении Бабкова П.М., Ивановским районным судом в отношении Воеводова Н.Н., Свободненским городским судом в отношении Горбатовского Ф.В., Ионова М.В., Тамбовским районным судом в отношении Медведева А.М., Тындинским районным судом в отношении Гурьянова Н.В., Малахова С.Ю..

В соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

В соответствии с данным требованием уголовно-процессуального закона, судья не вправе обосновывать своё решение об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу или её продлении обстоятельствами, не указанными в ходатайстве следователя.

Однако не все суды учитывают указанные требования закона при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и её продлении.

Так, Тындинский районный суд в постановлении от 24 апреля 2015 года в качестве одного из оснований для продления срока содержания под стражей обвиняемого Баранского И.С. указал, что он может продолжить заниматься преступной деятельностью, тогда как в ходатайстве следователя данное основание для продления меры пресечения не приведено, а конкретных доказательств и достоверных сведений, подтверждающих это обстоятельство, суд в постановлении не привёл. Апелляционным постановлением от 7 мая 2015 года данное указание было исключено из постановления.

Аналогичные ошибки при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и её продлении допустили Благовещенский городской суд в отношении Воспуковой Т.А., Улькова А.В., Благовещенский районный суд в отношении Романова А.С., Райчихинский городской суд в отношении Крюкова А.А., Свободненский городской суд в отношении Втюрина И.С., Тындинский районный суд в отношении Баринова Д.Л..

С учётом требований уголовно-процессуального закона и правовых
позиций Европейского Суда по правам человека, при рассмотрении вопроса о
продлении срока содержания обвиняемого под стражей суду необходимо
проверять наличие на момент рассмотрения данного вопроса предусмотренных ст. 97 УПК РФ оснований, подтверждающих необходимость сохранения этой
меры пресечения, простое повторение в постановлении оснований, по которым
в отношении обвиняемого была избрана указанная мера пресечения, на данной
стадии является недопустимым.

Вместе с тем, не исключены факты принятия отдельными судами решений о продлении срока содержания обвиняемого под стражей без тщательной
проверки доводов органов следствия о том, что обстоятельства, послужившие
основаниями избрания в отношении обвиняемого меры пресечения в виде
заключения под стражу, продолжают оставаться значимыми и интересы
правосудия не могут быть обеспечены иными, более мягкими мерами
пресечения, а также без учёта сведений о личности обвиняемого.

Так, Благовещенский городской суд (постановление от 4 июня 2015 года), продляя срок содержания под стражей в отношении Скибенко К.О., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 158 (4 факта), п.п. «а», «в» ч. 2 ст. 158 (3 факта), ч. 2 ст. 159 УК РФ, на 1 месяц, а всего до 4 месяцев 17 суток, обосновал принятое решение тем, что Скибенко К.О. обвиняется в совершении ряда умышленных преступлений средней тяжести, не имеет постоянного места работы и иного законного источника дохода, в браке не состоит, детей и иных иждивенцев не имеет, в связи с чем имеются основания полагать, что, находясь на свободе, он может скрыться от органов следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью.

Изменяя указанное постановление, судебная коллегия в апелляционном
постановлении от 18 июня 2015 года указала о необоснованности выводов суда о том, что иными мерами пресечения невозможно обеспечить надлежащее процессуальное поведение Скибенко К.О., поскольку обстоятельства, учитываемые ранее судами при избрании Скибенко К.О. меры пресечения в виде заключения под стражу и продлении срока её применения, изменились, перестав к настоящему времени быть столь же актуальными.

Как следует из представленных материалов, на моменты избрания в отношении Скибенко К.О. меры пресечения в виде заключения под стражу и последующих продлений срока её применения он обвинялся в совершении тяжкого преступления наряду с преступлениями средней тяжести, однако окончательное обвинение ему предъявлено в совершении преступлений только средней тяжести, совершение тяжких преступления ему не инкриминировано. Кроме того, к настоящему моменту предварительное расследование по делу завершено, со Скибенко К.О. заключено досудебное соглашение о сотрудничестве, при ознакомлении с материалами уголовного дела им заявлено ходатайство о его рассмотрении в особом порядке судебного разбирательства. Все инкриминированные обвиняемому преступления отнесены законом к категории преступлений средней тяжести, что не исключает при наличии определённых условий возможности прекращения производства по ним в связи с примирением с потерпевшим, а также применение к Скибенко К.О. акта амнистии. Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывал молодой возраст Скибенко К.О., отсутствие у него судимостей, его обучение в колледже, где он характеризуется положительно, то, что он проживает с родителями в полной благополучной семье, жалоб на него не поступало, в нарушении общественного порядка и злоупотреблении спиртными напитками не замечен.

При таких данных, судебная коллегия пришла к выводу, что продолжение содержания Скибенко К.О. под стражей является чрезмерным ограничением его права на свободу и личную неприкосновенность, и приняла решение о возможности обеспечения надлежащего производства по делу путём применения в отношении обвиняемого Скибенко К.О. меры пресечения в виде домашнего ареста.

В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до трех лет, суд вправе избрать меру пресечения в виде заключения под стражу только в исключительных случаях, при условии, что наряду с основаниями, предусмотренными ст. 97 УПК РФ, имеется одно из следующих обстоятельств: подозреваемый или обвиняемый не имеет постоянного места жительства на территории Российской Федерации; его личность не установлена; им нарушена ранее избранная мера пресечения; он скрылся от органов предварительного расследования или от суда.

Однако, как показало обобщение судебной практики, не все суды соблюдают данные требования закона.

Так, постановлением Свободненского городского суда от 8 июня 2015 года в отношении Крестинина Е.А., подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. При этом суд в постановлении признал исключительными обстоятельствами то, что Крестинин Е.А. ранее судим, имея непогашенные судимости, вновь подозревается в совершении преступления небольшой тяжести, является жителем г. Омск Омской области, пытаясь избежать наказания, пытался избавиться от наркотического средства.

Изменяя указанное постановление, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 18 июня 2015 года указала, что основания, приведённые судом в обоснование принятого решения об избрании в отношении Крестинина Е.А. меры пресечения в виде заключения под стражу, в силу ч. 1 ст. 108 УПК РФ не являются исключительными, и, как следует из представленных материалов, такие обстоятельства по данному делу отсутствуют: Крестинин Е.А. подозревается в совершении преступления небольшой тяжести, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до трёх лет, личность подозреваемого установлена, ранее избранной меры пресечения он не нарушал, от органов следствия и суда не скрывался, имеет место жительства и регистрации на территории Российской Федерации, с января 2015 года трудоустроен и проживает в вахтовом городке.

С учётом изложенного, судебная коллегия пришла к выводу, что достаточных оснований для применения в отношении подозреваемого Крестинина Е.А. меры пресечения в виде заключения под стражу у суда не имелось, отменила постановление суда, в удовлетворении ходатайства следователя отказала.

По аналогичным основаниям было отменено постановление Тындинского районного суда в отношении Зубенко В.Л..

Не все суды учитывают предусмотренные законом особенности применения меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Часть 1.1 ст. 108 УПК РФ устанавливает запрет на применение меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 159 - 159.6, 160, 165, если эти преступления совершены в сфере предпринимательской деятельности, а также ст.ст. 171 - 174, 174.1, 176 - 178, 180 - 183, 185 - 185.4, 190 - 199.2 УК РФ, при отсутствии обстоятельств, указанных в п.п. 1 – 4 ч. 1 ст. 108 УПК РФ.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.п. 7, 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога», при рассмотрении вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ст.ст. 159 - 159.6, 160 и 165 УК РФ, суд во всех случаях должен выяснить, в какой сфере деятельности совершено преступление. Для разрешения вопроса о предпринимательском характере деятельности судам надлежит руководствоваться п. 1 ст. 2 ГК РФ, в соответствии с которым предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг лицами, зарегистрированными в этом качестве в установленном законом порядке.

Постановлением Благовещенского городского суда от 20 марта 2015 года в отношении Воспуковой Т.А., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, то есть до 19 мая 2015 года.

Отменяя указанное постановление, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 21 апреля 2015 года указала, что в постановлении не приведено каких-либо мотивов, на основании которых суд пришёл к выводам о том, что инкриминируемое Воспуковой Т.А. деяние к сфере предпринимательской деятельности не относится.

По смыслу закона преступления, предусмотренные ст.ст. 159 - 159.6, 160 и 165 УК РФ, следует считать совершенными в сфере предпринимательской деятельности, если они совершены лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность самостоятельно или участвующим в предпринимательской деятельности, осуществляемой юридическим лицом, и эти преступления непосредственно связаны с указанной деятельностью.

Изучив представленные материалы, проанализировав предъявленное Воспуковой Т.А обвинение, судебная коллегия указала, что обвиняемая является индивидуальным предпринимателем и зарегистрирована в этом качестве, сферой её деятельности является оказание ею услуг по ведению бухгалтерского и налогового учёта, а также бизнеса в целом; доводы следователя о том, что Воспукову Т.А. и юридическое лицо связывали трудовые отношения на данном этапе производства по делу своего подтверждения не нашли; представленные суду материалы не опровергают доводы стороны защиты о том, что Воспукова Т.А. как индивидуальный предприниматель оказывала юридическому лицу бухгалтерские услуги с целью содействия в осуществлении им предпринимательской деятельности.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия пришла к выводу о том, что действия, в совершении которых обвиняется Воспукова Т.А. (с учётом материалов, представленных на данном этапе производства по делу), непосредственно связаны как с осуществляемой ею предпринимательской деятельностью, так и с предпринимательской деятельностью, осуществляемой юридическим лицом.

Обстоятельств, предусмотренных п.п. 1-4 ч. 1 ст. 108 УПК РФ, судебная коллегия не установила.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции посчитал невозможным избрание в отношении Воспуковой Т.А. меры пресечения в виде заключения под стражу. Учитывая характер инкриминированного Воспуковой Т.А. деяния и осуществляемой ею деятельности, её предшествующее поведение, интересы потерпевшего, связанные с минимизацией временной отсрочки возмещения вреда, а также позицию следователя, изложенную в ходатайстве, о невозможности избрания в отношении обвиняемой мер пресечения в виде залога и домашнего ареста, суд апелляционной инстанции не нашёл оснований для избрания в отношении Воспуковой Т.А. указанных мер пресечения и в удовлетворении ходатайства следователя об избрании в отношении Воспуковой Т.А. меры пресечения в виде заключения под стражу отказал.

Обобщение показало, что не всеми судами учитывают разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 41 о том, что в резолютивной части судебных решений об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и её продлении должно быть указано, на какой срок оно принято, а также дата окончания срока.

Так, Белогорский городской суд (постановление от 20 января 2015 года), продлевая срок содержания под стражей подсудимому Чухнюку А.В., не указал общий срок, на который продлил содержание подсудимого под стражей.

Согласно ст. 128 УПК РФ сроки, предусмотренные уголовно-
процессуальным законом, исчисляются часами, сутками, месяцами. Срок,
исчисляемый сутками, истекает в 24 часа последних суток. Срок, исчисляемый
месяцами, истекает в соответствующее число последнего месяца. При задержании срок исчисляется с момента фактического задержания.

По смыслу закона, исходя из положений ч. 2 ст. 107 УПК РФ течение срока домашнего ареста начинается в день вынесения судебного решения об избрании этой меры пресечения. В соответствии с п. 41 вышеуказанного постановления Пленума ВС РФ в постановлении об избрании меры пресечения в виде домашнего ареста необходимо указывать продолжительность срока и дату его окончания.

Вместе с тем не все суды правильно исчисляют сроки избрания и продления меры пресечения в виде заключения под стражу и домашнего ареста.

Так, постановлением Благовещенского городского суда от 18 марта 2015 года срок содержания под стражей обвиняемого Улькова А.В. продлён на 2 месяца 14 суток, а всего до 4 месяцев 14 суток, то есть по 12 июня 2015 года включительно.

Изменяя указанное постановление, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 2 апреля 2015 года указала, что Ульков А.В. был задержан в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ 29 января 2015 года. Постановлением суда от 31 января 2015 года в отношении него избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть до 29 марта 2015 года. Постановлением от 18 марта 2015 года срок содержания Улькова А.В. под стражей продлён на 2 месяца 14 суток, а всего до 4 месяцев 14 суток, то есть фактически до 12 июня 2015 года (до 24 часов 11 июня 2015 года). Таким образом, суд необоснованно продлил срок содержания обвиняемого под стражей по 12 июня 2015 года (то есть до 24 часов 12 июня 2015 года).

Постановлением Благовещенского городского суда от 18 февраля 2015 года продлён срок содержания под стражей в отношении обвиняемого Беляева А.С. на 1 месяц, а всего до 2 месяцев 29 суток, то есть до 19 марта 2015 года.

Апелляционным постановлением от 5 марта 2015 года указанное постановление было изменено. Судебная коллегия указала, что из материалов дела следует, что Беляев А.С. был задержан 22 декабря 2014 года, мера пресечения в виде заключения под стражу избиралась в отношении него на 2 месяца, то есть до 22 февраля 2015 года. Таким образом, суд, продлевая срок до 19 марта 2015 года, фактически продлил срок содержания Беляева А.С. под стражей на 25 суток, а всего до 2 месяцев 25 суток.

Постановлением Райчихинского городского суда от 23 января 2015 года в отношении Децык Р.Г. избрана мера пресечения в виде домашнего ареста на срок 1 месяц 25 суток, то есть до 26 марта 2015 года.

Судебная коллегия в апелляционном постановлении от 11 февраля 2015 года, изменяя постановление, указала, что, как следует из представленных материалов, Децык Р.Г. по подозрению в совершении преступления в порядке, предусмотренном ст. ст. 91, 92 УПК РФ, был задержан 26 января 2015 года. Принимая решение об избрании в отношении Децык Р.Г. меры пресечения в виде домашнего ареста на 1 месяц 25 суток, суд ошибочно указал об избрании меры пресечения до 26 марта 2015 года, тогда как фактически указанный срок был избран до 21 марта 2015 года.

По аналогичным основаниям были изменены постановления Благовещенского городского суда в отношении Злобина В.И., Петунина Ю.С., Толкачёва В.В., Белогорского городского суда в отношении обвиняемого Радченко А.П., Тамбовского районного суда в отношении Медведева А.М. (от 20 марта и 10 июня 2015 года).

В соответствии ст. 255 УПК РФ в ходе судебного разбирательства суд вправе избрать, изменить или отменить меру пресечения в отношении подсудимого. Если заключение под стражу избрано подсудимому в качестве меры пресечения, то срок его содержания под стражей со дня поступления
уголовного дела в суд и до вынесения приговора не может превышать 6 месяцев.

Согласно п. 34 вышеуказанного постановления Пленума ВС РФ в случае, когда на момент поступления уголовного дела в суд обвиняемый содержится под стражей, течение шестимесячного срока начинается в день поступления уголовного дела в суд, а не в день рассмотрения судом вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу или окончания срока содержания под стражей по предыдущему судебному решению.

Однако анализ судебной практики показал, что суды не всех случаях соблюдают данные требования закона.

Так, постановлением Ивановского районного суда от 21 апреля 2015 года в отношении Волкова Р.Р. оставлена без изменения мера пресечения в виде заключения под стражу, срок содержания под стражей продлён на 3 месяца, а всего до 8 месяцев, то есть по 10 августа 2015 года.

Изменяя указанное постановление, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 14 мая 2015 года указала, что уголовное дело в отношении Волкова Р.Р. поступило в суд 13 марта 2015 года, при поступлении уголовного дела в суд срок содержания Волкова Р.Р. под стражей был продлён на 1 месяц. Таким образом, с учётом требований ст. 255 УПК РФ, общий срок, на который Волкову Р.Р. было продлено заключение под стражу, составляет 4 месяца, а не 8, как указал суд в постановлении, и истекает он не 10 августа 2015 года, а 12 июля 2015 года.

По аналогичным основаниям было изменено постановление о продлении
меры пресечения в виде заключения под стражу Благовещенского городского суда в отношении Бережнова А.Г..

Не всегда суды учитывают разъяснения, содержащиеся в п. 33
постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2013 года № 41, согласно которым при повторном поступлении уголовного дела в суд в общий срок содержания лица под стражей, предусмотренный ч. 2 ст. 255 УПК РФ, засчитывается время содержания под стражей со дня первоначального поступления уголовного дела в суд до возвращения его прокурору.

Так, постановлением Бурейского районного суда от 30 марта 2015 года избранная в отношении Трофименко Н.Н. мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения, срок содержания его под стражей продлён на 3 месяца, а всего до 9 месяцев 12 суток, то есть до 6 июля 2015 года.

Изменяя указанное постановление, судебная коллегия в апелляционном постановлении от 16 апреля 2015 года указала, что уголовное дело в отношении Трофименко Н.Н. поступило в суд 21 июля 2014 года, при поступлении уголовного дела в суд срок содержания Трофименко Н.Н. под стражей был продлён на 4 месяца, то есть до 21 ноября 2014 года; постановлением суда от 12 ноября 2014 года уголовное дело возвращено прокурору, срок содержания Трофименко Н.Н. под стражей продлён на 3 месяца, то есть до 21 февраля 2015 года; 2 февраля 2015 года уголовное дело возвращено прокурору. Таким образом, уголовное дело находилось в суде 6 месяцев 12 суток. Повторно уголовное дело поступило в суд 16 марта 2015 года. Однако, принимая решение о продлении срока содержания подсудимого Трофименко Н.Н. под стражей на 3 месяца, а всего до 9 месяцев 12 суток, суд ошибочно указал о продлении срока до 6 июля 2015 года, тогда как фактически указанный срок был продлён до 15 июня 2015 года.

В соответствии с ч. 1 ст. 107 УПК РФ домашний арест в качестве меры
пресечения заключается в нахождении подозреваемого или обвиняемого в
полной либо частичной изоляции от общества в жилом помещении, в котором
он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных
основаниях, с возложением ограничений и (или) запретов и осуществлением за
ним контроля.

Принимая решение о полной либо частичной изоляции от общества, судом должны учитываться положения ст. 99 УПК РФ о тяжести преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

Однако не все суды соблюдают данные требования закона.

Так, апелляционным постановлением судебной коллегии от 31 марта 2015 года изменено постановление Благовещенского городского суда от 20 марта 2015 года о продлении меры пресечения в виде домашнего ареста в отношении обвиняемого Редькина А.В. в связи с тем, что суд, приняв решение о полной изоляции Редькина А.В. от общества, оставил без внимания и не дал в постановлении оценку совокупности обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, а именно не учёл сведения о личности обвиняемого, который имеет постоянное место жительства, проживает совместно с матерью, являющейся инвалидом 2-й группы, имеющей 3-ю степень ограничения способности к трудовой деятельности, которая самостоятельно себя обслуживать не может и нуждается в постороннем уходе; данные об условиях совместного проживания Редькина А.В. с матерью (проживание в отдалённом районе города; отсутствие других родственников, способных помочь Редькиной Т.Г.); а также влияние избранной меры пресечения в виде домашнего ареста, заключающейся в нахождении Редькина А.В. в полной изоляции от общества, на возможность самостоятельного жизнеобеспечения его матери.

Судебной коллегией постановление суда изменено, указание суда о продлении Редькину А.В. срока домашнего ареста, заключающегося в полной изоляции от общества в жилом помещении, заменено указанием о продлении Редькину А.В. срока домашнего ареста, заключающегося в частичной изоляции от общества в жилом помещении, с возложением запрета покидать жилое помещение, указанное в постановлении, в период времени с 11 часов 00 минут до 09 часов 00 минут следующего дня.

Не всегда суды учитывают разъяснения, содержащиеся в п. 40
постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2013 года № 41, согласно которым, запрещая подозреваемому или обвиняемому общение с определенными лицами или ограничивая его в общении, суд должен указать данные, позволяющие идентифицировать этих лиц.

Так, 19 февраля 2015 года Тындинский районный суд, избирая меру пресечения в виде домашнего ареста в отношении подозреваемой Сенчишиной Е.А., возложил на неё, в том числе, запрет общения с иными лицами, проходящими по делу в качестве подозреваемых, обвиняемых и свидетелей.

Апелляционным постановлением от 5 марта 2015 года судебная коллегия постановление суда изменила, исключила из резолютивной части постановления данное указание суда, указав о запрете общения с подозреваемыми Бариновым Д.Л., Гурьяновым Н.В., Ткачёвой А.В..

Допускаются некоторыми судами при вынесении постановлений об избрании или продлении мер пресечения указания ошибочных сведений о личности лиц, в отношении которых такие меры избираются или продляются, их процессуальном статусе, статье обвинения, тяжести преступлений, в совершении которых указанные лица подозреваются или обвиняются, и т.п.

По указанным основаниям были изменены постановления: Благовещенского городского суда в отношении Голуб А.А., Коренчука И.А., Мирзоярова М.М., Мосуновой М.В., Скибенко К.О., Бурейского районного суда в отношении Кучера С.Н., Завитинского районного суда в отношении Ештокина П.А., Райчихинского городского суда в отношении Децык Р.Г., Свободненского городского суда в отношении Балагурова Е.С., Лю Улун, Хлыстова А.В., Тамбовского районного суда в отношении Медведева А.М., Тындинского районного суда в отношении Шиляева В.С..

Проведённое обобщение применения судами области требований закона
при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и её продлении,
домашнего ареста и залога показало, что, несмотря на то, что обобщение судебной практики по данным вопросам проводится Амурским областным судом регулярно (не менее двух раз в год), а результаты обобщения доводятся до сведения судей, судьи продолжают допускать ряд типичных ошибок, невнимательность и небрежность.

В связи с этим, в целях устранения допущенных ошибок и обеспечения правильного применения уголовно-процессуального закона при рассмотрении ходатайств об избрании в отношении подозреваемых (обвиняемых) меры пресечения в виде заключения под стражу и её продлении, домашнего ареста и залога, следует признать необходимым более тщательное изучение судьями уголовно-процессуального законодательства, постановлений Пленума Верховного Суда РФ, позиции Конституционного Суда РФ, прецедентов Европейского Суда, обобщений судебной практики Амурского областного суда.

Необходимо исключить случаи формального подхода к разрешению соответствующих ходатайств, поскольку заключение под стражу является самой строгой мерой пресечения, ограничивающей права, свободы и личную неприкосновенность человека и гражданина.

Следует повысить требовательность к полноте представляемых органом предварительного расследования материалов, касающихся сведений о личности подозреваемых (обвиняемых), в отношении которых заявлено ходатайство о заключении под стражу и ее продлении, подтверждающих обоснованность заявленного ходатайства.

Тщательно исследовать в судебном заседании конкретные основания для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, заявленные в ходатайстве, оценивать их со ссылкой на соответствующие доказательства.

С целью исключения неопределённости при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и её продлении указывать в судебных решениях, до какой даты и на какой срок принято соответствующее решение.

По каждому конкретному ходатайству проверять обоснованность подозрения в причастности лица к совершенному преступлению, при этом не входить в обсуждение вопроса о виновности лица.

При рассмотрении ходатайств о применении в качестве меры пресечения заключения под стражу или о продлении срока ее действия в каждом конкретном случае обсуждать вопрос о возможности применения в отношении этого лица альтернативных мер пресечения в виде залога или домашнего ареста, с отражением результатов этого рассмотрения в постановлении.

При рассмотрении ходатайств о продлении меры пресечения в виде заключения под стражу исследовать вопрос, не изменились ли с течением времени обстоятельства, послужившие основанием для избрания меры пресечения, рассматривать возможность применения в отношении указанных лиц мер пресечения, не связанных с лишением свободы, - в виде залога или домашнего ареста.

В случае неэффективной организации предварительного расследования реагировать на выявленные нарушения путем вынесения частных постановлений.

Особое внимание обращать на ходатайства о заключении под стражу несовершеннолетних, а также женщин.

Принимать меры к надлежащему оформлению материалов, связанных с рассмотрением вопросов о применении мер пресечения, в суд апелляционной инстанции, соблюдать сроки направления таких материалов в суд апелляционной инстанции.

В целях повышения качества рассмотрения материалов указанной
категории председателям районных (городских) судов надлежит обеспечить
изучение судьями настоящего обобщения и учёт его положений в
правоприменительной деятельности.

Судебная коллегия по уголовным делам

Амурского областного суда


опубликовано 30.09.2015 08:23 (МСК)