Arms
 
развернуть
 
675000, г. Благовещенск, ул. Шевченко, д. 6
Тел.: (4162) 51-34-27
oblsud.amr@sudrf.ru
схема проезда
675000, г. Благовещенск, ул. Шевченко, д. 6Тел.: (4162) 51-34-27oblsud.amr@sudrf.ru
ДОКУМЕНТЫ СУДА
Обобщение судебной практики соблюдения судами Амурской области конституционных прав участников уголовного судопроизводства

Уголовно-процессуальный кодекс РФ является основанным на Конституции РФ основным нормативным актом, определяющим порядок уголовного судопроизводства.  Конституция имеет высшую юридическую силу и прямое действие при регулировании любых общественных отношений (ч. 1 ст. 15); признавая общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры РФ составной частью законодательства, регулирующего уголовное судопроизводство, только Конституция РФ позволяет признать международно-правовые нормы частью системы норм российского права.

Наряду с положениями Конституции РФ, УПК РФ,  важное значение для правильного осуществления уголовного судопроизводства имеют решения ЕСПЧ, а также решения Конституционного Суда РФ. Обязательными для применения в судебной практике являются руководящие разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, в т.ч.:

  • постановление от 5 марта 2004 г. № 1 «О применении судами норм уголовно-процессуального кодекса РФ;
  • от 5 декабря 2006 г. N 60 «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел»;
  •  от 22 декабря   2009 г. N 28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству».

Возбуждение уголовного дела является первой стадией уголовного процесса, цель которой  установить, имеются ли правовые основания для того, чтобы начать уголовное судопроизводство и осуществление процессуальных действий в полном объеме.

Согласно правовой позиции, высказанной Конституционным Судом РФ в постановлении от 14.01.2000 г. № 1-П, в соответствии с действующим уголовно - процессуальным законодательством возбуждение уголовного дела является начальной, самостоятельной стадией уголовного процесса, в ходе которой устанавливаются поводы и основания к возбуждению уголовного дела, в том числе достаточность данных, указывающих на признаки преступления, их юридическая квалификация, обстоятельства, исключающие возбуждение уголовного дела, а также принимаются меры по предотвращению или пресечению преступления, закреплению его следов, обеспечению последующего расследования и рассмотрения дел в соответствии с установленной законом подследственностью и подсудностью и т.п.

Актом возбуждения уголовного дела начинается публичное уголовное преследование от имени государства в связи с совершенным преступным деянием и создаются правовые основания для последующих процессуальных действий органов дознания, предварительного следствия и суда. В соответствии с этим правила о порядке возбуждения дела предваряют регулирование расследования, т.е. той досудебной стадии уголовного процесса, в ходе которой на специальные указанные в законе органы и должностных лиц возлагаются обязанности по раскрытию преступлений, изобличению виновных, формулированию обвинения и его обоснованию для того, чтобы уголовное дело могло быть передано в суд, разрешающий его по существу и тем самым осуществляющий правосудие.

 

Оставление судом без внимания и проверки обстоятельств и оснований возбуждения уголовного дела может повлечь постановление незаконного и необоснованного судебного решения.

Так, постановлением суда апелляционной инстанции Благовещенского городского суда от 15 декабря 2008 г. оставлен без изменения приговор мирового судьи Амурской по Благовещенскому городскому судебному участку № 2 от 20 октября 2008 года в отношении Д., осужденного по ч. 1 ст. 130 УК.

Однако, при вынесении решения судом апелляционной инстанции оставлены без учета следующие обстоятельства дела и положения закона.

В соответствии с ч. 2 ст. 20 УПК РФ уголовные дела о преступлении, предусмотренном ст. 130 УК РФ, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных ч. 4 ст. 20 УПК РФ

Согласно   ч.   4   ст.   20   УПК   РФ   руководитель   следственного   органа, следователь, а также с согласия прокурора дознаватель возбуждают уголовное дело частного обвинения и при отсутствии заявления потерпевшего или законного представителя, если данное преступление совершено в отношении лица, которое в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам не может защищать свои права и законные интересы.

В силу ч.ч. 1, 2 ст. 147 УПК РФ уголовные дела частного обвинения возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего или его законного представителя в отношении конкретного лица - в порядке, установленном ч.ч. 1, 2 ст. 318 УПК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 318 УПК РФ уголовные дела частного обвинении возбуждаются в отношении конкретного лица путем подачи потерпевшим или его законным представителем заявления в суд.

Как видно из материалов дела, потерпевшие Ст. и Св. обратились с заявлениями на имя начальника ОМ-1 УВД по г. Благовещенску, в которых  просили  привлечь  к  уголовной  ответственности  Д. за унижение их чести и достоинства в неприличной форме, при этом указали данные о месте его проживания.

Однако, постановлением дознавателя ОД ОМ-1 УВД по г. Благовещенску от 31 июля 2008 года (с согласия заместителя прокурора г. Благовещенска) по заявлению Ст. было возбуждено уголовное дело в отношении неустановленного лица по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 130 УК РФ. При этом, принимая решение о возбуждении уголовного дела, дознаватель указал, что по делу необходимо провести оперативно-розыскные мероприятия, направленные на установление иных свидетелей и очевидцев, а потерпевшая С. в силу закона не наделана такими полномочиями и потому не может в  полной  мере  осуществлять  свои  права. 

Иных оснований, дающих  дознавателю  право   возбудить   уголовное  дело  частного обвинения при наличии  заявления потерпевшей  о  привлечении  к уголовной ответственности конкретного лица, дознавателем в постановлении не приведено.

Суд  апелляционной   инстанции   оставил   указанные   обстоятельства   без внимания, законность возбуждения уголовного дела дознавателем и, соответственно, законность произведенного дознавателем   предварительного следования, а также законность придания делу частного обвинения публичного характера, не проверил.

Кроме того, как видно из материалов дела, по заявлению потерпевшей Св. решение о возбуждении уголовного дела о привлечении к уголовной ответственности Д. за унижение ее чести и достоинства в неприличной форме не принималось, однако это обстоятельство также оставлено судом апелляционной инстанции без внимания.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 10.02.2009 г. решение суда апелляционной инстанции отменено с направлением дела на новое апелляционное рассмотрение.

 

В практике судов Амурской области при рассмотрении уголовных дел встречаются затруднения при оценке имеющихся в деле решений следственных органов о прекращении уголовного преследования.

Согласно    правовым    позициям,    изложенным    в    постановлениях    и определениях Конституционного Суда РФ (от 14 января 2000 года № 1-П, от 14 января 2000 года № 1-П, от 23 марта 1999 года № 5-П, от 27 июня 2000 года № 11-П, от 21 октября 2008 года № 600-О-О), стадия возбуждения уголовного дела является обязательной; актом возбуждения уголовного дела начинается публичное уголовное преследование от имени государства в связи с совершенным преступным деянием, которое обеспечивает   последующие   процессуальные   действия   органов   дознания, предварительного следствия и суда.

Данные правовые позиции были конкретизированы в определениях Конституционного Суда РФ от 18 июля 2006 года № 343-О, от 21 декабря 2006 года № 533-О, от 21 октября 2008 года № 600-О-О и от 17.12.2009 года № 1636-О-О применительно к содержанию  статей 171 и 175 УПК РФ, регламентирующих привлечение лица в качестве обвиняемою и изменение и дополнение ранее предъявленного обвинения, при этом указано на то, что уголовно-процессуальный закон не содержит норм, позволяющих привлекать лицо в качестве подозреваемого или обвиняемого, а также изменять и дополнять ранее предъявленное обвинение в связи с совершением лицом преступления, по признакам которого уголовное не возбуждалось.   Напротив,   УПК  РФ   предполагает  необходимость соблюдения общих положений его статей 140, 146 и 153, в силу которых при наличии достаточных данных указывающих  на   признаки   преступления должно быть вынесено постановление о возбуждении уголовного дела, которое наличии   других   уголовных   дел   о   совершенных   тем   же   лицом преступлениях может быть соединено с ними в одном производстве.

Определение же того, являются ли инкриминируемые лицу действия составной частью преступления, по поводу которого было возбуждено уголовное дело, или они образуют самостоятельное преступление, относительно которого должно быть возбуждено новое уголовное дело, относится к ведению уполномоченных прокуроров и судов общей юрисдикции.

Таким образом, привлечение к уголовной ответственности по другой статье не исключается, если инкриминируемое деяние не является самостоятельным фактом.

О необходимости принятия самостоятельного акта о возбуждении уголовного дела, во всяком случае, должны свидетельствовать следующие обстоятельства: установление различных преступных деяний, образующих реальную совокупность преступлений; наличие неотмененного постановления о прекращении уголовного преследования без суждений о наличии в действиях обвиняемого иного состава преступления.

Порядок подготовки судебного разбирательства определяется нормами глав 33, 34 УПК РФ. При осуществлении подготовительных действий к судебному разбирательству судам надлежит руководствоваться нормами главы 33 УПК РФ, разъяснениями Пленума ВС РФ, в т.ч. изложенными в постановлениях: - от 22 декабря 2009 г. N 28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству»; -  от 5 декабря 2006 г. N 60 «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел».

Существенное значение при разрешении судом уголовного дела имеет оценка законности и полноты выполнения предписаний уголовно- процессуального закона об окончании предварительного следствия.

Положения норм главы 30  УПК, регламентирующих окончание предварительного следствия с обвинительным заключением, призваны обеспечить право участников процесса, заинтересованных в исходе дела (обвиняемого, его защитника и законного представителя, а также потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и их представителей), знать, в чем заключается существо обвинения и каковы его основания (подп. "a" п. 3 ст. 6 Конвенции о защите прав человека 1950 г.). Это право является важнейшим условием реализации указанными лицами своего права на судебную защиту, что было особо подчеркнуто КС РФ в Определении от 15.12.2000 N 239-О по делу о проверке конституционности ч. 2 ст. 53 и п. 1 ч. 2 ст. 120 УПК РСФСР.

Реализуя право на ознакомление с материалами уголовного дела, участник судопроизводства получает возможность проконтролировать ход и результаты предварительного расследования, выявить пробелы в доказательственной базе и нарушения, ущемляющие его права и законные интересы.

В соответствии с положениями ч. 4, 5 ст. 217 УПК РФ, по окончании ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела следователь выясняет, какие у них имеются ходатайства или иные заявления. При этом, следователь разъясняет обвиняемому его право ходатайствовать: 1) о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей - в случаях, предусмотренных пунктом 1 части третьей статьи 31 настоящего Кодекса. При этом следователь разъясняет особенности рассмотрения уголовного дела этим судом, права обвиняемого в судебном разбирательстве и порядок обжалования судебного решения. Если один или несколько обвиняемых отказываются от суда с участием присяжных заседателей, то следователь решает вопрос о выделении уголовных дел в отношении этих обвиняемых в отдельное производство. При невозможности выделения уголовного дела в отдельное производство уголовное дело в целом рассматривается судом с участием присяжных заседателей; 1.1) о рассмотрении уголовного дела коллегией из трех судей федерального суда общей юрисдикции - в случаях, предусмотренных пунктом 3 части второй статьи 30 настоящего Кодекса; 2) о применении особого порядка судебного разбирательства - в случаях, предусмотренных статьей 314 настоящего Кодекса; 3) о проведении предварительных слушаний - в случаях, предусмотренных статьей 229 настоящего Кодекса.

Правильность выполнения следственными органами вышеприведенных норм не всегда проверяется судами.

Так, определением судебной коллегии  по уголовным делам Амурского областного суда от 26.02.2009 г. отменен приговор Архаринского районного суда от 18.12.2009 г. в отношении З., осужденного по ч. 4 ст. 111 УК, в связи с тем, что, несмотря на заявленное обвиняемым ходатайство о рассмотрении его уголовного дела в составе коллегии из трех судей, суд вынес постановление от 10 ноября 2008 г. о назначении судебного заседания и рассмотрении уголовного дело единолично судьёй.

Как следует из протокола судебного заседания, З. не отказывался от ранее им заявленного ходатайства о коллегиальном рассмотрении его дела, а суд этот вопрос при назначении дела к слушанию у обвиняемого вообще не выяснял.

При этом, в соответствии с разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2009 г. N 28, исходя из норм, содержащихся в главах 33 и 34 УПК РФ, при подготовке уголовного дела к судебному заседанию судье надлежит, изучив материалы дела, выяснить, соблюдены ли органами дознания и предварительного следствия требования уголовно-процессуального закона, регулирующего досудебное производство, нет ли обстоятельств, препятствующих либо исключающих его рассмотрение судом, не имеется ли подлежащих разрешению ходатайств и жалоб сторон, оснований для проведения предварительного слушания. В том числе, судья, руководствуясь пунктом 4 статьи 228 УПК РФ, должен в отношении каждого из обвиняемых выяснить, подлежат ли удовлетворению заявленные ходатайства и поданные жалобы. При этом могут быть удовлетворены лишь обоснованные ходатайства, которые не требуют проверки (например, о рассмотрении уголовного дела коллегией из трех судей, об особом порядке судебного разбирательства в соответствии с главой 40 УПК РФ, о допуске к участию в деле защитника, о вызове в суд дополнительных свидетелей, об истребовании документов, о применении мер безопасности).

Вопреки приведенным требованиям закона, разъяснениям высшего судебного органа, в судебной практике встречаются случаи, ненадлежащего выполнения судами возложенных на них обязанностей при подготовке судебного заседания.

Так, постановлением президиума Амурского областного суда 12 января 2009 года отменен приговор Сковородинского районного суда Амурской области от 4 июня 2007 года в отношении К., осужденного по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ.

В обоснование своего вывода президиум указал, что в соответствии с п. 2 ч. 2 ст. 314, ч. 1 ст. 315 УПК РФ при решении вопроса о возможности применения особого порядка судебного разбирательства надлежит устанавливать, соблюдены ли необходимые для этого условия, в частности, заявление обвиняемым такого ходатайства после проведения консультаций с защитником и в его присутствии.

Из материалов дела усматривается, что в ходе предварительного следствия обвиняемый К. отказался от помощи защитника. При ознакомлении с материалами уголовного дела К. заявил ходатайство о применении особого порядка судебного разбирательства. Постановлением судьи от 22 мая 2007 года по делу было назначено судебное заседание в особом порядке судебного разбирательства. При этом судья указал об отсутствии обстоятельств, препятствующих разбирательству уголовного дела в особом порядке.

Кроме того, по указанному уголовному делу судом допущены и иные существенные нарушения уголовно-процессуального закона, в т.ч.: протоколы судебного заседания председательствующим и секретарем судебного заседания не подписаны;  вопрос о назначении подсудимому К. защитника судом не решался, что не соответствует требованиям ст. 51 УПК РФ.

 

Верховный Суд РФ неоднократно указывал (см. обзор кассационной практики судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ за первое полугодие 2009 г.), что общие правила принятия судом решений о мере пресечения в виде заключения под стражу, в том числе и на судебных стадиях, устанавливаются ст. ст. 108, 109 УПК РФ, согласно которым соответствующее решение принимается в ходе судебного заседания, проводимого с участием лица, в отношении которого решается этот вопрос, его защитника и прокурора.

В отсутствие обвиняемого разрешение вопроса о мере пресечения в виде заключения под стражу допускается лишь в случаях объявления обвиняемого в розыск, о продлении срока содержания - в случаях нахождения обвиняемого в стационаре для проведения судебно-психиатрической экспертизы и при наличии иных обстоятельств, исключающих возможность его доставления в суд, что должно быть подтверждено соответствующими документами.

Продлевая или не продлевая в постановлении о назначении судебного заседания ранее избранную в отношении обвиняемого меру пресечения в виде заключения под стражу, судья не просто соглашается или не соглашается с вынесенным ранее постановлением о заключении обвиняемого под стражу, а принимает соответствующее решение, исходя из анализа всего комплекса вопросов, связанных с переходом уголовного судопроизводства в стадию судебного разбирательства, что означает, в том числе, изменение процессуального статуса обвиняемого, а также возможное появление новых оснований для оставления без изменения и тем самым фактического продления меры пресечения в виде заключения под стражу.

Согласно правовым позициям Конституционного Суда РФ, изложенным в определении от 8 апреля 2004 г., п. 6 ч. 2 ст. 231 УПК РФ не может толковаться как допускающий пониженный уровень гарантий прав обвиняемого в процедуре принятия судом решения, влекущего продление меры пресечения в виде заключения под стражу на стадии подготовки к судебному разбирательству.

Одной из необходимых гарантий судебной защиты и справедливости судебного разбирательства является предоставляемая сторонам реальная возможность довести свою позицию относительно всех аспектов дела до сведения суда. Это означает, что лицу - вне зависимости от его уголовно-процессуального статуса (подозреваемый, обвиняемый, подсудимый) - во всяком случае должна быть предоставлена возможность довести до сведения суда свою точку зрения относительно столь важного для его судьбы вопроса, как продолжение пребывания под стражей.

Аналогичная позиция Конституционного Суда РФ выражена в определении от 24 января 2008 г. № 191-О-П, где указано, что рассматривая вопрос о конституционных гарантиях права на свободу и личную неприкосновенность при применении меры пресечения в виде заключения под стражу, в том числе на основании оспариваемых заявителем положений уголовно-процессуального закона, Конституционный Суд Российской Федерации пришел к выводу, что применение этой меры отвечает названным в статье 55 Конституции Российской Федерации целям, если оно осуществляется при наличии указанных в законе оснований и только по судебному решению, принимаемому в судебном заседании на основе исследования конкретных обстоятельств уголовного дела; принятие судом решения об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу или о продлении срока ее действия - вне зависимости от того, выносится оно в виде отдельного постановления (определения) или в качестве одной из составных частей итогового судебного акта, - возможно только по результатам рассмотрения данного вопроса в судебном заседании в условиях состязательности сторон и при обеспечении участникам судопроизводства возможности обосновать свою позицию по рассматриваемому вопросу (постановления от 13 июня 1996 года N 14-П и от 22 марта 2005 года N 4-П, определения от 8 октября 1999 года N 155-О, от 15 мая 2002 года N 164-О, от 27 мая 2004 года N 253-О и от 30 сентября 2004 года N 300-О).

 

При подготовке дел к судебному разбирательству следует учитывать и положения УПК, позицию Конституционного Суда РФ, разъяснения постановления Пленума Верховного Суда РФ о наличии у сторон права ознакомиться с материалами дела.

Согласно п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2009 г. N 28, в соответствии с частью 3 статьи 227 УПК РФ по просьбе стороны судья вправе предоставить ей возможность дополнительного ознакомления с материалами дела, определив разумные сроки для этого с учетом объема материалов дела, которые заявитель желает дополнительно изучить. Если подобное ходатайство заявлено в ходе предварительного слушания, оно подлежит рассмотрению, и в случае его удовлетворения заседание суда откладывается на определенный срок. При этом надлежит соблюдать сроки, установленные частью 3 статьи 227 и статьей 233 УПК РФ. О состоявшемся дополнительном ознакомлении с материалами дела у лица, заявившего ходатайство, отбирается расписка. Если судья отказал в удовлетворении ходатайства, в постановлении следует указать мотивы такого отказа.

В определении Конституционного Суда РФ от 17 ноября 2009 г. N 1529-О-О об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гр-на Булейко А.П. на нарушение его конституционных прав ч. 3 ст. 259 УПК РФ указано, что часть третья статьи 248 УПК Российской Федерации обязывает суд предоставить вновь вступившему в уголовное дело защитнику время для ознакомления с материалами уголовного дела и подготовки к участию в судебном разбирательстве.

 

Ч. 4 ст. 231 УПК устанавливает, что стороны должны быть извещены о месте, дате и времени судебного заседания не менее чем за 5 суток до его начала.

Приведенные предписания призваны обеспечить участникам судебного разбирательства право и возможность надлежащей подготовки к судебному процессу. Однако названные  положения уголовно-процессуального закона учитываются судами не в полной мере.

 

Так, постановлением мирового суда Сковородинского районного судебного участка № 1 уголовное дело по обвинению Ф. по ч. 1 ст. 116 УК прекращено   ввиду неявки потерпевшего.

Не согласившись с данным решением, потерпевшая С. обжаловала его в  апелляционном порядке. Постановлением Сковородинского районного суда Амурской области от 21 ноября 2008 года постановление мирового судьи от 2 октября 2008 года отменено, материал возвращен мировому судье для принятия решения по существу.

Однако, не согласившись с указанным решением обвиняемый Ф. принес кассационную жалобу, в которой указал, что постановление суда апелляционной инстанции вынесено с нарушением ст. 364 УПК РФ, не проверены причины его неявки в судебное заседание, не приняты меры к его вызову, что повлекло рассмотрение апелляционной жалобы С. в его отсутствие и лишило его возможности возражать против ее доводов, повестку и постановление о назначении судебного заседания судом апелляционной инстанции он не получал.

Судебная коллегия по уголовным делам Амурского областного суда определением от 10.02.2009 г. отменила постановление суда апелляционной инстанции по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 364 УПК РФ о месте, дате и времени рассмотрения уголовного дела судом апелляционной инстанции извещаются стороны.

Согласно ч. 3 ст. 15 УПК РФ на суд возложена обязанность по созданию необходимых условий для исполнения сторонами своих процессуальных обязанностей или осуществления предоставленных им прав.

Вместе с тем, судом возложенные на него обязанности по извещению заинтересованных лиц о рассмотрении апелляционной жалобы не выполнены.

Как видно из представленных материалов, до сведения Ф. не была доведена информация о дате, времени и месте рассмотрения судом апелляционной инстанции жалобы С., адресованный обвиняемому почтовый конверт возвращен в суд по истечении срока его хранения.

Кроме того, из протокола судебного заседания также следует, что вопрос  о причине неявки Ф. в судебное заседание судом не выяснялся.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия пришла к выводу, что Ф. не был извещен судом апелляционной инстанции о дате, времени  и месте судебного заседания, что привело к нарушению его права участвовать в судебном заседании, возражать против доводов частного обвинителя.

 

Магдагачинским районным судом неоднократно допускались ошибки при вынесении судебных решений о прекращении уголовных дел.

Так, определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 8 декабря 2009г. отменено постановление Магдагачинского районного суда Амурской области от 26 октября 2009г., которым постановление мирового судьи Амурской области по Магдагачинскому районному судебному участку № 1 от 16 сентября 2009г. о прекращении уголовного дела по обвинению Т. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24, ч. 3 ст. 249 УПК РФ, оставлено без изменения.

Основанием к отмене апелляционного решения послужили следующие обстоятельства.

В силу ч. 3 ст. 249 УПК РФ по уголовным делам частного обвинения неявка потерпевшего без уважительных причин влечет за собой прекращение уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 настоящего Кодекса.

По смыслу закона прекращение уголовного дела частного обвинения ввиду неявки потерпевшего возможно только в случае установления неуважительности причины такой неявки. Проверка уважительности причин неявки потерпевшего в судебное заседание возложена на суд, в производстве которого находится дело.

Однако, суд первой инстанции, при неизвестности причин неявки потерпевшего и без выяснения её причин, признал её неуважительной, указав, что потерпевший был извещен надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, о причинах неявки суду не сообщил, ходатайств об отложении судебного разбирательства не представил, не принял достаточных мер для своего участия в рассмотрении уголовного дела.

Суд апелляционной инстанции, оставляя постановление мирового судьи без изменения, сослался на то, что потерпевший получил лично судебную повестку, явился в судебное заседание на оглашение мировым судьей постановления, доказательств опоздания поезда в п. Магдагачи не представил.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции не дал оценке тому обстоятельству, что мировому судье на момент принятия решения о прекращении уголовного дела причина неявки потерпевшего М. в судебное заседание была неизвестна и не выяснялась. Кроме того, суд апелляционной инстанции признал установленным, что М. явился в судебное заседание  к мировому судье на оглашение постановления, то есть с опозданием.

Доводы потерпевшего об уважительности причины его неявки  в судебное заседание к мировому судье в связи с опозданием поезда и невозможности представить документальное подтверждение этому судом апелляционной инстанции надлежащим образом не проверены. 

Поскольку мировым судьей и судом апелляционной инстанции были приняты решения в нарушение требований уголовно-процессуального закона, судебная коллегия отменила их.

 

Наряду с вышеприведенными ошибками суды при подготовке судебного разбирательства не в полной мере используют возможности, предоставляемые нормами уголовно-процессуального законодательства, для оперативного и экономичного проведения судебного разбирательства.

Так, уголовное дело по обвинению С., обвиняемого по п. «а» ч. 2 ст. 115 УК РФ, 26.10.2009 г. поступило мировому судье Селемджинского районного судебного участка № 1  и в этот же день назначено в порядке предварительного слушания на 06.11.2009 г. Впоследствии предварительное слушание откладывалось на 19.11.2009 г. и на 27.11.2009 г. в связи с неявкой подсудимого и потерпевшего.

Постановлением мирового судьи от 27 ноября 2009 г. производство по уголовному делу приостановлено и объявлен розыск подсудимого на основании п. 1 ч. 1, ч. 2 ст. 238 УПК РФ, т.е. ввиду того, что подсудимый скрылся и местонахождение его неизвестно.

Вместе с тем, при принятии решения по делу не в полной мере учтены материалы дела и положения закона. Так, подсудимый С. направил мировому судье ходатайство о рассмотрении уголовного дела без его участия, указав сведения о своем местонахождении. Согласно материалам уголовного дела возможность участия в производстве по делу и уведомления обвиняемого С. по указанному им адресу имеется.

При таких условиях, суд, приостановив производство по делу, не в полной мере учел положения как п. 4 ч. 1 ст. 238 УПК РФ, устанавливающего основания приостановления производства по делу, так и положения ч. 4. ст. 247 УПК РФ о возможности проведения судебного разбирательства в отсутствие подсудимого в случае, если по уголовному делу о преступлении небольшой или средней тяжести подсудимый ходатайствует о рассмотрении данного уголовного дела в его отсутствие.

Кроме того, из материалов названного уголовного дела усматривается, что потерпевшим в адрес суда неоднократно направлялись ходатайства и заявления о прекращении уголовного дела в отношении С. за примирением сторон. Представляется, что указанное обстоятельство в совокупности с иными обстоятельствами дела и положениями ст. 25 УПК также не в полной мере учтены судом при принятии решения о необходимости приостановления производства по делу.

 

При рассмотрении вопросов подготовки судебного разбирательства с использованием предварительного слушания судам надлежит руководствоваться положениями главы 34 УПК, ст. 229 УПК.

Такая форма предварительного судебного разбирательства предоставляет судам достаточно широкие возможности для организации судебного процесса, в т.ч. часть 1 ст. 236 УПК устанавливает, что по результатам предварительного слушания судья принимает одно из следующих решений: 1) о направлении уголовного дела по подсудности в случае, предусмотренном частью пятой настоящей статьи; 2) о возвращении уголовного дела прокурору; 3) о приостановлении производства по уголовному делу; 4) о прекращении уголовного дела; 5) о назначении судебного заседания.

Выявленный в решениях Конституционного Суда РФ (см. определение от 20 октября 2005 г. N 404-О; от 30 сентября 2004 г. N 252-О; от 9 июня 2004 г. N 223-О) правовой смысл положений ст. 236 УПК, вызвал необходимость уточнения норм, ограничивавших ранее круг судебных решений, постановленных по итогам предварительного слушания и подлежащих обжалованию.

В соответствии с изменениями, внесенными в ч. 7 ст. 237 УПК РФ Федеральным законом от 30.10.2009 N 244-ФЗ, судебное решение, принятое по результатам предварительного слушания, может быть обжаловано, за исключением судебного решения о назначении судебного заседания в части разрешения вопросов, указанных в пунктах 1, 3 - 5 части второй статьи 231 настоящего Кодекса, т.е.: 1) о месте, дате и времени судебного заседания; 3) о назначении защитника в случаях, предусмотренных пунктами 2 - 7 части первой статьи 51 настоящего Кодекса; 4) о вызове в судебное заседание лиц по спискам, представленным сторонами; 5) о рассмотрении уголовного дела в закрытом судебном заседании в случаях, предусмотренных статьей 241 настоящего Кодекса.

Возможность безотлагательного обжалования и проверки принятого решения используется в деятельности судов Амурской области.

Так, неверное определение судом места совершения деяния и подсудности послужило основанием к ошибочному решению Белогорского районного суда Амурской области о направлении уголовного дела по подсудности в Благовещенский районный суд.

Постановлением судьи Белогорского районного суда от 20 января 2009 года уголовное дело по обвинению С. по ч. 3 ст 30, ч. 2 ст. 291, ч. 1 ст. 318 УК направлено по подсудности в Благовещенский районный суд.

Не согласившись с судебным решением, обвиняемый С. в кассационной жалобе просил отменить постановление судьи, обосновывая это тем, что действия, в совершении которых его обвиняют, происходили на территории Белогорского района в охотничьем хозяйстве «Киселеозерское», а не в Благовещенском районе.

Проверив представленные материалы в кассационном порядке, судебная коллегия нашла решение о направлении дела по подсудности незаконным по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 32 УПК РФ, уголовное дело подлежит рассмотрению в суде по месту совершения преступления.

Согласно обвинительному заключению, преступления, в совершении которых обвиняется С., совершены им в районе 99 километра левого берега р.Зея в районе с.Натальино Благовещенского района.  Как следует из протокола осмотра места происшествия от 22 августа 2008 года и прилагаемым к нему схемам, осматривался участок местности, расположенный на левом, то есть противоположном от с.Натальино Благовещенского района берегу р.Зея – 99 километр.

Согласно Закону Амурской области «Об установлении границ и наделении соответствующим статусом муниципального образования Благовещенского района и муниципальных образований в его составе» от 21 сентября 2005 года № 51 ФЗ, граница Благовещенского района в районе с. Натальино идет вниз по течению реки Зея по её фарватеру.

Таким образом, место фактического совершения С. преступлений, в совершении которых он обвиняется органами предварительного расследования - 99 километр левого берега р.Зея в районе с.Натальино, не расположено на территории Благовещенского района и находится за пределами его границ.

 Определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 05.03.2009 г. постановление судьи  Белогорского районного суда Амурской области от 20 января 2009 года отменено, уголовное дело направлено в Белогорский районный суд для разрешения вопросов, предусмотренных ст. 227 УПК РФ со стадии подготовки к судебному заседанию

 

Судам следует учитывать, что постановление судьи о назначении предварительного слушания, в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством обжалованию не подлежит (см. кассационное определение Верховного Суда РФ от 23 июня 2005 года по делу № 58-о05-26).

 

Статья 237 УПК РФ предусматривает основания для возвращения уголовного дела прокурору.

При этом часть первая статьи 237, поскольку содержащиеся в ней положения по своему конституционно-правовому смыслу в системе норм не исключают правомочие суда по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвратить дело прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом во всех случаях, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения закона, не устранимые в судебном производстве, если возвращение дела не связано с восполнением неполноты проведенного дознания или предварительного следствия, признана не противоречащей Конституции РФ Постановлением Конституционного Суда РФ от 08.12.2003 N 18-П.

Вместе с тем, нормы уголовно-процессуального законодательства, определяющие порядок и основания возвращения уголовного дела прокурору не всегда верно применяются судами.

Так, постановлением Тындинского районного суда от 20 января 2009 г. прокурору возвращено уголовное дело по обвинению К. по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК.

Органом предварительного следствия К. обвиняется в совершении кражи, то есть тайного хищения чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину.

Как указано в обвинительном заключении и в списке лиц, подлежащих вызову в суд, обвиняемый проживает в г. Тында Амурской области без определенного места жительства, в отношении него избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.  

Возвращая уголовное дело прокурору, суд в постановлении указал, что в обвинительном заключении отсутствуют сведения о месте жительства или нахождении обвиняемого, по которому суд может известить его о рассмотрении уголовного дела, эти сведения не указаны и в подписке о невыезде и надлежащем поведении.

Судебная коллегия по уголовным делам Амурского областного суда определением от 20 января 2009 года указанное постановление отменила.

Согласно ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении должны быть указаны фамилия, имя, отчество обвиняемого и данные о его личности. Кроме того, к обвинительному заключению прилагается список подлежащих вызову в судебное заседание лиц с указанием их места жительства и (или) места нахождения.

Как следует из обвинительного заключения по уголовному делу в отношении К. и списка лиц, подлежащих вызову в суд, следователь указал все установленные данные о личности обвиняемого, в том числе о том, что К., находящийся в г.Тында, постоянного места жительства не имеет.

Таким образом, требования ст.220 УПК РФ следователем выполнены в полном объеме.

Отсутствие же в обвинительном заключении указания на конкретное место жительство или нахождение обвиняемого (конкретный адрес), которое в данном случае обвиняемый не имеет, не предусмотрено в качестве основания возвращения уголовного дела прокурору.    

Аналогичная ошибка допущена Серышевским районным судом по уголовному делу по обвинению К. по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ. Указанное уголовное дело необоснованно возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, поскольку вопреки выводам суда первой инстанции в обвинительном заключении приведены необходимые и достаточные данные о потерпевшем. Судебное решение отменено в кассационном порядке определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 29.12.2009 г.

 

Характерными примерами являются ошибки, допущенные судами при возвращении прокурору уголовных дел по обвинению: Н., С., А. (соответственно Тындинский и Сковородинский районные суды).

Органом предварительного следствия Н. обвинялся в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Постановлением Тындинского районного суда от 23 декабря 2008 года уголовное дело по инициативе суда возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом. Возвращая дело прокурору, суд указал, что неустранимые нарушения, допущенные при составлении обвинительного заключения по данному делу, выразились в том, что фабула предъявленного Н. обвинения противоречит выводам заключения эксперта. При этом суд указал, что формулировка обвинения должна соответствовать в части описания характера и степени тяжести вреда заключению эксперта. Допущенное, по мнению суда, нарушение, исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Кроме того, основаниями возвращения уголовного дела прокурору послужило неуказание  в прилагаемом к обвинительному заключению списке подлежащих вызову в судебное заседание   лиц   допрошенного  в  качестве  свидетеля  обвинения  Н., а также неточности нумерации листов дела.

Определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 17.02.2009 г. постановление суда отменено по следующим основаниям.

Вопреки выводам суда, в обвинительном заключении в соответствии с требованиями ст.220 УПК РФ описана объективная сторона преступления, подробно и последовательно изложены действия Н., направленные на причинение тяжкого вреда здоровью З., и наступившие в результате этих действий последствия в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

Нельзя согласиться с выводами суда о том, что формулировка обвинения в части описания характера и степени тяжести телесных повреждений должна соответствовать заключению судебно-медицинского эксперта, поскольку обязанность осуществления уголовного преследования возложена на органы уголовного преследования, которые самостоятельно формулируют обвинение, суд же согласно ст. 15 УПК РФ не является органом уголовного преследования, и в соответствии со ст. 252 УПК РФ проводит судебное разбирательство лишь по предъявленному обвинению, вопрос о доказанности вины подсудимого в инкриминируемом преступлении подлежит исследованию судом непосредственно в судебном заседании.

Как следует из протокола выполнения требований ст. 217 УПК РФ, обвиняемый Н. и его защитник адвокат М. были ознакомлены с материалами  уголовного дела в полном объеме. Ошибки, допущенные следователем при нумерации листов, на что указывает в постановлении суд, не свидетельствуют о нарушении процессуальных прав обвиняемого и сами по себе не являются обстоятельством, препятствующим рассмотрению дела.

Вопреки выводу суда, неуказание  в прилагаемом к обвинительному заключению списке подлежащих вызову в судебное заседание лиц допрошенного в качестве  свидетеля обвинения Н., не является обстоятельством, препятствующим рассмотрению дела и которое суд не может устранить самостоятельно, поскольку при необходимости сторона обвинения вправе заявить ходатайство о допросе указанного свидетеля.

Поскольку каких-либо нарушений ст. 220 УПК РФ, являющихся препятствием для рассмотрения дела по существу, судом в постановлении не приведено, постановление суда первой инстанции отменено с направлением дела на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства.

 

Постановлением судьи Сковородинского районного суда Амурской области от 17 декабря 2008 года уголовное дело в отношении А., С. возвращено прокурору Сковородинского района для устранения препятствий его рассмотрения судом, предусмотренных п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Как указано в постановлении суда, основанием для возвращения уголовного дела прокурору явилось то, что в обвинительном заключении не верно отражены данные, имеющиеся в материалах дела, а именно: в приведенном перечне доказательств указано, что привлеченный  и допрошенный в качестве обвиняемого С. вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, не признал, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренном ст. 51 Конституции РФ, тогда как из протокола допроса обвиняемого С. усматривается, что обвиняемый от дачи показаний не отказывался, давал показания по существу предъявленного ему обвинения.    

Допущенные при составлении обвинительного заключения нарушения уголовно-процессуального кодекса, по мнению суда, являются существенными, препятствующими рассмотрению уголовного дела и исключающими возможность принятия судом решения по существу.

Судебная коллегия по уголовным делам Амурского областного суда определением от 03 марта 2009 г.   постановление суда отменила, указав следующее.

В обвинительном заключении неточно изложены показания обвиняемого С. по существу предъявленного обвинения. Однако, в ходе судебного заседания у суда имеется возможность допросить С., исследовать доказательства, имеющиеся в материалах дела, и выяснить отношение С. к предъявленному обвинению. При таких обстоятельствах судебная коллегия сочла необоснованным вывод суда, что допущенное в обвинительном заключении неверное изложение показаний С., исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного обвинительного заключения.

 

Институт обеспечения права на защиту является одним из основополагающих в системе уголовного судопроизводства.

Статья 48 Конституции РФ устанавливает, что каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. В случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается бесплатно. Каждый задержанный, заключенный под стражу, обвиняемый в совершении преступления имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения.

Статьей 16 УПК конституционные предписания дополнены указаниями о том, что подозреваемому и обвиняемому обеспечивается право на защиту, которое они могут осуществлять лично либо с помощью защитника и (или) законного представителя. Суд, прокурор, следователь и дознаватель разъясняют подозреваемому и обвиняемому их права и обеспечивают им возможность защищаться всеми не запрещенными настоящим Кодексом способами и средствами. В случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, обязательное участие защитника и (или) законного представителя подозреваемого или обвиняемого обеспечивается должностными лицами, осуществляющими производство по уголовному делу.

Правильное применение и толкование предписаний ст. 46, 47, 49, 50, 51, 52 УПК, иных норм УПК, обеспечивающих право на защиту обвиняемого, служит гарантией постановления законного и обоснованного судебного решения.

Существенное значение для правильного использования указанных норм имеют правовые позиции Конституционного Суда РФ.

Постановление Конституционного Суда РФ от 27 июня 2000 г. N 11-П по делу о проверке конституционности положений ч. 1 ст. 47 и ч. 2 ст. 51 УПК РФ в связи с жалобой Маслова В.И. демонстрирует принципы правовой оценки норм уголовно-процессуального законодательства.

 

Поскольку конституционное право на помощь адвоката (защитника) не может быть ограничено федеральным законом, то применительно к его обеспечению понятия "задержанный", "обвиняемый", "предъявление обвинения" должны толковаться в их конституционно - правовом, а не в придаваемом им Уголовно - процессуальным кодексом РСФСР более узком смысле. В целях реализации названного конституционного права необходимо учитывать не только формальное процессуальное, но и фактическое положение лица, в отношении которого осуществляется публичное уголовное преследование. При этом факт уголовного преследования и, следовательно, направленная против конкретного лица обвинительная деятельность могут подтверждаться актом о возбуждении в отношении данного лица уголовного дела, проведением в отношении него следственных действий (обыска, опознания, допроса и др.) и иными мерами, предпринимаемыми в целях его изобличения или свидетельствующими о наличии подозрений против него (в частности, разъяснением в соответствии со статьей 51 (часть 1) Конституции Российской Федерации права не давать показаний против себя самого). Поскольку такие действия направлены на выявление уличающих лицо, в отношении которого ведется уголовное преследование, фактов и обстоятельств, ему должна быть безотлагательно предоставлена возможность обратиться за помощью к адвокату (защитнику). Тем самым обеспечиваются условия, позволяющие этому лицу получить должное представление о своих правах и обязанностях, о выдвигаемом против него обвинении и, следовательно, эффективно защищаться, и гарантирующие в дальнейшем от признания недопустимыми полученных в ходе расследования доказательств (статья 50, часть 2, Конституции Российской Федерации).

В практике судов Амурской области имеют место примеры невыполнения прямых предписаний уголовно-процессуального закона, обеспечивающих право на защиту.

По уголовному делу  по обвинению Н. по ч. 2 ст. 228 УК, осужденного приговором Серышевского районного суда Амурской области от 31 августа 2009 года, право на защиту подсудимого нарушено ввиду несоответствия позиции его защитника в прениях защитной позиции подсудимого.

Из материалов дела усматривается, что на стадии предварительного следствия и в судебном заседании осужденный Н. виновным себя в совершении преступления не признал.

В соответствии с ч. 7 ст. 49 УПК РФ, пунктами 3 и 6 ч. 4 ст. 6 Федерального закона № 63-ФЗ от 31 мая 2002 года «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», а также п. 2 ч. 1 ст. 9 и ч. 2 ст. 13 Кодекса профессиональной этики адвоката адвокат, принявший в порядке назначения или по соглашению поручение на защиту по уголовному делу, не вправе отказаться от принятой на себя защиты обвиняемого. При этом адвокат не вправе занимать по делу позицию и действовать вопреки воле подзащитного.

Вместе с тем, защитник осужденного Н. - адвокат А. позицию своего подзащитного не поддержала, в прениях просила суд при назначении наказания учесть, что ее подзащитный вину признал полностью, снизить размер наказания.

При указанных обстоятельствах суд, в нарушение указанных требований закона, не принял мер к обеспечению права обвиняемого пользоваться помощью защитника и соблюдению принципа состязательности сторон, что повлияло на законность постановленного приговора, который отменен определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 27.10.2009 г.

По уголовному делу по обвинению Х., осужденного приговором Свободненского городского суда Амурской области от 14 апреля 2009 года, судом было удовлетворено ходатайство Х. о  допуске в качестве защитника Б. наряду с адвокатом, о чем вынесено постановление от 25 августа 2008 года. Между тем, как видно из материалов дела, защитник Б. не извещалась о дате, времени и месте судебного разбирательства по делу, судом также не решался вопрос о возможности продолжения рассмотрения дела в её отсутствие. Дело рассмотрено в отсутствие Б..

При таких обстоятельствах, судебная коллегия по уголовным делам Амурского областного суда определением от 16 июня 2009 года отменила указанный приговор указав, что судом допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем несоблюдения процедуры судопроизводства повлияли на постановление законного, обоснованного приговора.

Не в полной мере выполняются судами и требования уголовно-процессуального закона, регламентирующие порядок судебного разбирательства.

 

По уголовному делу по обвинению К., осужденного приговором Селемджинского районного суда 20 марта 2009 г., установлено, что допрос подсудимого осуществлен без разъяснения положений ст. 51 Конституции, 49 УПК о праве обвиняемого не давать показания,  подсудимый не предупрежден о возможном использовании показаний в дальнейшем при отказе от показаний.

        

Изучение судебной практики показывает, что судами Амурской области и по иным делам не всегда соблюдаются нормы, обеспечивающие принцип состязательности в ходе судебного разбирательства уголовного дела.

В силу ст. 15 УПК, уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон. Функции обвинения, защиты и разрешения уголовного дела отделены друг от друга и не могут быть возложены на один и тот же орган или одно и то же должностное лицо. Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Стороны обвинения и защиты равноправны перед судом.

Вопреки установлениям уголовно-процессуального законодательства суды не всегда обеспечивают проведение судебного разбирательства в режиме состязательности сторон обвинения и защиты.

Согласно ст. 274 УПК, очередность исследования доказательств определяется стороной, представляющей доказательства суду. Первой представляет доказательства сторона обвинения. После исследования доказательств, представленных стороной обвинения, исследуются доказательства, представленные стороной защиты. 

При рассмотрении Селемджинским районным судом уголовного дела по обвинению С. (приговор от 24 августа 2009 г.) при решении вопроса о порядке исследования доказательств государственный обвинитель предложил допросить первым подсудимого, а затем исследовать остальные доказательства.

Суд, в целом согласившись с предложенным порядком, определил, что первым подлежит допросу потерпевший, после него подсудимый, после чего должны быть исследованы доказательства обвинения.

При рассмотрении Селемджинским районным судом уголовного дела по обвинению несовершеннолетнего подсудимого Ч., право допрашивать подсудимого первым суд предоставил государственному обвинителю. По названному уголовному делу не выполнены и требования ст. 292 УПК РФ, устанавливающей, что последовательность выступлений участников прений сторон устанавливается судом. При этом первым во всех случаях выступает обвинитель, а последними - подсудимый и его защитник.

Вопреки приведенным предписаниям суд принял решение о выступлении в прениях потерпевшей после подсудимого и его законного представителя.

 

К числу нарушений уголовно-процессуального закона, способных повлечь отмену приговора, следует отнести оставление судом без разрешения заявленных ходатайств.

Так, согласно материалам дела по обвинению Х., рассмотренных Свободненским городским судом, подсудимым были поданы письменные ходатайства о признании недопустимыми доказательств, а именно: ксерокопии денежных купюр, показаний свидетелей Ч., Х., К.. Однако судом названные ходатайства осужденного остались без оценки, по названным ходатайствам решение в установленном законом порядке не принято.

 

Существенными нарушениями уголовно-процессуального законодательства обусловлены решения суда кассационной инстанции об отмене приговоров в отношении М. и др. лиц; С.

Судебная коллегия по уголовным делам Амурского областного суда определением от 10 марта 2009 года отменила приговор Константиновского районного суда Амурской области от 20 декабря 2008 года в отношении М., Ф., С., П. по следующим основаниям.

В соответствии со ст.310 УПК после подписания приговора суд возвращается в зал судебного заседания и председательствующий провозглашает приговор.

По смыслу закона после провозглашения приговора он становится официальным актом, все изменения в который могут быть внесены только в установленном законом порядке.

В силу п.4 ч.1 ст.29 УПК РФ только суд, правомочен отменить или изменить решение, принятое  нижестоящим судом.

Как следует из протокола судебного заседания, приговор в отношении К., Ф., П., С., М. был  провозглашен 21 декабря 2008 года.

30 декабря 2008 года копии приговора были направлены заместителю прокурора Константиновского района, начальнику учреждения ФБУ ИЗ-28/1 УФСИН России по Амурской области  для вручения осужденным К., Ф., П., С., М., а также для вложения в их личные дела.

Как следует из копии приговора, приобщенной государственным обвинителем к кассационному представлению,  в описательно-мотивировочной части приговора суд квалифицировал действия П. по факту сбыта наркотического средства 06 февраля 2007 года по ч.2 ст.228 УК РФ как незаконный сбыт наркотических средств, совершенный в особо крупном размере, в резолютивной части приговора суд квалифицировал действия П. по данному факту п.«г» ч.3 ст.228.1 УК РФ, а наказание назначил по п. «г» ч.3 ст.30 УК РФ.

11 января 2009 года государственным обвинителем было принесено кассационное представление, в котором он указал на то, что суд квалифицировал действия П. по факту сбыта 06 февраля 2007 года наркотического средства - гашиша по ч.2 ст.228 УК РФ, в то время как органами предварительного следствия действия П. по данному факту были квалифицированы по  п. «г» ч.3 ст.228.1 УК РФ.

В этот же день в адрес прокурора Константиновского района  и начальника учреждения ФБУ ИЗ-28/1 УФСИН России по Амурской области судом  вновь были направлены копии приговора. При этом в сопроводительном письме на имя начальника учреждения ФБУ ИЗ-28/1 УФСИН России по Амурской области было указано, что копия приговора направляется для вложения в личное дело П., поскольку в ранее направленной копии приговора была обнаружена техническая ошибка, не влияющая на срок наказания, предыдущую копию приговора предлагалось аннулировать.   

Из копии приговора, направленной в адрес прокурора Константиновского района, приобщенной государственным обвинителем к кассационному представлению,  следует, что действия П. по факту сбыта наркотического средства гашиша 06 февраля 2007 года как в описательно-мотивировочной, так и в резолютивной частях приговора были квалифицированы судом  по п. «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ как незаконный сбыт наркотических средств, совершенный в особо крупном размере, по данной же статье П. было назначено наказание.

Данная копия соответствует приговору, имеющемуся в материалах уголовного дела.

Таким образом, судебной коллегией установлено, что после провозглашения приговора в приговор  были внесены изменения, что является грубым нарушением требований уголовно-процессуального законодательства, повлекшим отмену приговора.

Изложенное свидетельствует о необходимости усиления внимания судов к вопросам соблюдения процедуры уголовного судопроизводства, понимания и правильного применения норм уголовно-процессуального закона в точном соответствии с их конституционно-правовым смыслом.

 

Судебная коллегия по уголовным делам

Амурского областного суда.

опубликовано 25.03.2010 08:58 (МСК)