Arms
 
развернуть
 
675000, г. Благовещенск, ул. Шевченко, д. 6
Тел.: (4162) 51-34-27
oblsud.amr@sudrf.ru
схема проезда
675000, г. Благовещенск, ул. Шевченко, д. 6Тел.: (4162) 51-34-27oblsud.amr@sudrf.ru
ДОКУМЕНТЫ СУДА
Обзор кассационной практики судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда за первое полугодие 2009 года

За первое полугодие 2009 года в кассационном порядке рассмотрено 973 дела в отношении 1073 лиц, за аналогичный период прошлого года - 1148 дел в отношении 1351 лиц, то есть количество дел, рассмотренных в кассационном порядке, по сравнению с аналогичным периодом 2008 года  уменьшилось на 175 дел или 15,2%.

Возвращено без рассмотрения  59 дел (в первом полугодии 2008 года 49 дел).

На дооформление в  районные (городские) суды было возвращено 30 дел:  в Благовещенский городской - 8,  Бурейский районный – 5, Белогорский, Свободненский городские – по 2, Михайловский, Завитинский районные - по 2, Ивановский, Белогорский, Тамбовский, Архаринский, Тындинский, Магдагачинский, Серышевский, Мазановский, Ромненский районные  - по одному делу.

 

 Дела  снимались с рассмотрения и  возвращались в суды  по следующим основаниям:

  • неознакомление с материалами дела, протоколом судебного заседания и нерассмотрение  поданных на него  замечаний – 13;
  • подача жалоб и представлений по истечении установленного законом срока на обжалование – 12;
  • несоответствие жалоб требованиям закона – 3;
  • отсутствие сведений о вручении копии приговора – 2.

С участием лиц, находящихся под стражей, рассмотрено в кассационном порядке 270 дел (в первом полугодии 2008 года - 424).

15 человек освобождены из – под стражи кассационной инстанцией (в первом полугодии 2008 года - 30).

 

Судебной коллегией при рассмотрении дел в кассационном порядке вынесено 8 частных определений (1 п/г 2008 года – 19),   из которых:

  • 4 вынесены в адрес судов: Константиновского районного (1), Благовещенского городского (2), Свободненского городского (1),  в связи с грубыми  нарушениями  процессуального законодательства, допущенными  при рассмотрении   дел; 
  • 4 - на  волокиту, безосновательное многократное отложение рассмотрения дел, в том числе: три  -  в адрес Тындинского районного суда, одно - в адрес Белогорского городского суда.

 

  Количество обжалованных приговоров  за  первое полугодие 2009 года по сравнению с  аналогичным периодом прошлого года сократилось на 140  (с 566 до 426) или 24,7%.

 

 Из 426 обжалованных приговоров в отношении 499 лиц:

  •  оставлены без изменения приговоры в отношении 371 лица, стабильность составила 74,3% (в первом полугодии 2008 года этот показатель составлял 73,1%);
  •  отменены приговоры в отношении 48 лиц  или 9,6 %,
  •  изменены  - в отношении 80 лиц или  16%.

Из рассмотренных оправдательных приговоров в отношении 5 лиц  отменен  приговор  в отношении 1 лица,  стабильность составляет 80% (1 полугодие 2008 года -75%).

Выше среднеобластного показателя стабильность приговоров, постановленных  Белогорским районным судом – 87,5%, Райчихинским городским – 85,7%, Благовещенским городским -84,5%,  Сковородинским районным -  83,3%, Михайловским, Тындинским, Свободненским районными судами - 80%.

 Значительно ниже среднеобластного показателя стабильность в Константиновском - 34,6%,   Мазановском – 40%, Магдагачинском – 42,9%, Шимановском – 55,6% районных судах.

 

Приговоры отменялись и изменялись по следующим основаниям:

  • неправильное применение закона – в отношении 80 лиц,
  • несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела – в отношении 20 лиц,
  • нарушение уголовно – процессуального законодательства – в отношении 20 лиц,
  • несправедливость приговора – в отношении 4 лиц.

 

Несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела

 

Приговором мирового судьи Амурской области по Благовещенскому городскому судебному участку № 9 П. признан виновным и осужден по ч. 1 ст. 167 УК РФ за умышленное повреждение чужого имущества - двух автомобильных колёс, стоимостью 13 000 рублей, причинившее значительный ущерб З., к  6   месяцам   лишения  свободы  условно  с  испытательным  сроком  6 месяцев. Взыскано с П. в пользу З. в счет возмещения материального ущерба 13 000 рублей.

       Приговором суда апелляционной инстанции – Благовещенского городского суда от 10 апреля 2009 года указанный приговор мирового судьи изменен. П. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 167 УК РФ, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 6000 рублей. Взыскано с П. в пользу потерпевшего в возмещение причиненного материального вреда 8000 рублей. В остальной части указанный приговор мирового судьи оставлен без изменения.

        Осуждённый П. подал кассационную жалобу, в которой указал на свою невиновность в совершении преступления.

        Прокурор в  кассационном представлении, считая приговор незаконным, так как выводы суда о размере ущерба, причиненного действиями П., содержат существенные противоречия; при установлении размера причиненного преступлением  ущерба суд принял во внимание затраты потерпевшего З. на приобретение новых взамен поврежденных двух автомобильных шин в сумме 13 000 рублей, в то же время при разрешении иска суд исходил из того, что вред З. был причинен в размере 8 000 рублей; при установлении размера ущерба суд должен был исходить из стоимости поврежденных, а не новых приобретенных автошин.

Судебная коллегия  своим кассационным определением от 18 июня 2009 года приговор отменила, дело направила на новое апелляционное рассмотрение по следующим основаниям.

       В соответствии со ст. 361 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам и представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора мирового судьи.

       Однако суд апелляционной инстанции не в полной мере выполнил указанное требование закона.

       Согласно приговору, мировой судья признал, что повреждено имущество потерпевшего З., стоимостью 13000 рублей. При этом суд исходил из показаний потерпевшего о том, что он затратил на приобретение новых автомобильных шин 13000 рублей, и документов, подтверждающих факт приобретения шин за указанную сумму.

       Вместе с тем, согласно ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию, в том числе, характер и размер вреда, причиненного преступлением.

       По смыслу закона, по делам о преступлениях, связанных с посягательством на чужую собственность, к обстоятельствам, подлежащим доказыванию, относится установление размера ущерба, причиненного преступлением. При этом размер ущерба определяется исходя из его фактической стоимости на момент совершения преступления. В то же время размер ущерба, подлежащего возмещению по гражданскому иску, определяется исходя из его стоимости на момент рассмотрения дела.

       Суд апелляционной инстанции, рассматривая дело по апелляционной жалобе осужденного П. и признавая выводы мирового судьи о размере ущерба, причиненного повреждением чужого имущества, правильными, не учел указанных обстоятельств. При этом суд апелляционной инстанции уменьшил размер ущерба, подлежащего возмещению, с 13000 рублей до 8000 рублей, указав, что исковые требования истца в данной сумме подтверждены представленными документами, в том числе, заключением экспертизы о средней рыночной стоимости автомобильных шин, что свидетельствует о противоречивости приговора Благовещенского городского суда.

       Кроме того, суд апелляционной инстанции оставил без внимания то обстоятельство, что по заключению экспертизы 8000 рублей – это средняя рыночная стоимость двух новых автомобильных шин, а согласно показаниям эксперта поврежденные шины, принадлежащие потерпевшему, были изношенные, что ставит под сомнение правильность установления размера причиненного преступлением ущерба.

       Изложенное свидетельствует о том, что судом апелляционной инстанции действительный (реальный) ущерб на момент совершения преступления не установлен, что является основанием для отмены апелляционного приговора.  

 

Нарушение уголовно -  процессуального законодательства

 

Рассмотрение уголовного дела незаконным составом суда

 

Приговором Сковородинского районного суда В. осуждён по ч.1 ст.228, ч.2 ст.228 УК РФ за незаконные действия с наркотическими средствами.

Приговор был обжалован в кассационном порядке осуждённым, его защитником и государственным обвинителем.

 Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам приговор отменён, дело направлено на новое судебное рассмотрение по следующим основаниям.

 Как следует из материалов дела, постановлением судьи Сковородинского районного суда  по делу было назначено предварительное слушание, в ходе которого обвиняемый заявил ходатайство о рассмотрении уголовного дела коллегией из трёх судей федерального суда общей юрисдикции.

Отклоняя ходатайство обвиняемого, суд указал, что ходатайство о рассмотрении уголовного дела коллегией из трёх судей федерального суда общей юрисдикции должно быть заявлено при выполнении ст.217 УПК РФ, то есть  до назначения судебного заседания, однако при выполнении требований ст.217 УПК РФ  обвиняемый такого ходатайства не заявлял.

 Вывод суда противоречит требованиям закона.

 Конституцией РФ каждому гарантировано право на рассмотрение его дела в том суде и тем судьёй, к подсудности которых оно отнесено законом (ч.1 ст.47).

Согласно п.3 ч.2 ст.30 УПК РФ, коллегия из трёх судей федерального суда общей юрисдикции рассматривает уголовные дела о тяжких и особо тяжких преступлениях при наличии ходатайства обвиняемого, заявленного до назначения судебного заседания в соответствии со ст.231 УПК РФ.

 Органами предварительного следствия В. обвиняется в совершение двух преступлений, одно из которых, предусмотренное  ч.2 ст.228  УКРФ,  в соответствии со ст.15 УК РФ относится к категории тяжких.

 Ходатайство о рассмотрении уголовного дела коллегией из трёх судей федерального суда общей юрисдикции обвиняемый В. заявил в ходе предварительного слушания, то есть до назначения дела к рассмотрению.

 При таких обстоятельствах решение суда об отказе в удовлетворении  указанного ходатайства не соответствует требованиям закона.

 

Нарушение процедуры рассмотрения уголовного дела

 

Приговором Свободненского городского суда от 14 апреля 2009 года Х. осуждён по ч.3 ст.30 – п. «б» ч.2 ст.228.1, ч.1 ст.228.1, ч.2 ст.228 УК РФ.

 Рассмотрев дело по кассационным жалобам осуждённого, его защитника и кассационному представлению государственного обвинителя, судебная коллегия приговор отменила, дело направила на новое судебное рассмотрение ввиду допущенных судом  нарушений уголовно – процессуального законодательства, которые путем лишения и ограничения гарантированных УПК РФ прав участников судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства повлияли на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора.

Согласно ст. 265 УПК РФ в подготовительной части судебного заседания председательствующий устанавливает личность подсудимого, выясняя его фамилию, имя, отчество, год, месяц, день и место рождения, выясняет, владеет ли он языком, на котором ведется уголовное судопроизводство, место жительства подсудимого, место работы, род занятий, образование, семейное положение и другие данные, касающиеся его личности. Затем председательствующий выясняет, вручена ли подсудимому и когда именно копия обвинительного заключения.

В силу ст. 267 УПК РФ председательствующий обязан разъяснить подсудимому его права, предусмотренные ст. 47 УПК РФ.

В соответствии со ст. 273 УПК РФ судебное следствие начинается с изложения государственным обвинителем предъявленного подсудимому обвинения, председательствующий опрашивает подсудимого, понятно ли ему обвинение, признает ли он себя виновным и желает ли он или его защитник выразить свое отношение к предъявленному обвинению.

Статьей 274 УПК РФ определен порядок исследования доказательств, представленных стороной обвинения и стороной защиты.

Как видно из протокола судебного заседания, указанные требования уголовно-процессуального закона судом не выполнены: председательствующим не установлена личность подсудимого и своевременность вручения ему копии обвинительного заключения,    подсудимому его права в судебном разбирательстве, предусмотренные законом, не разъяснены, стороны о наличие у них ходатайств не опрошены.

Кроме того, не перейдя к судебному следствию и не предоставив право стороне обвинения изложить предъявленное подсудимому обвинение, не выяснив у подсудимого его отношение к предъявленному обвинению, председательствующий поставил на разрешение сторон вопрос о возможности продолжить судебное следствие, при этом, в нарушение требований уголовно-процессуального закона о порядке исследования доказательств, по собственной инициативе перешел к допросу свидетелей стороны обвинения, чем нарушил принцип равенства и состязательности сторон в судебном заседании.

Как следует из материалов дела, подсудимый Х. письменно ходатайствовал о признании недопустимыми доказательствами ксерокопий денежных купюр, показаний свидетелей Ч., Х., К.. Однако судом данное ходатайство осужденного  не рассмотрено, решение в установленном законом порядке по нему не принято.

Кроме того, судом было удовлетворено ходатайство Х. о  допуске в качестве защитника Б. наряду с адвокатом, о чем вынесено  соответствующее постановление.

Между тем, как видно из материалов дела, защитник Б. не извещалась о дате, времени и месте судебного разбирательства по делу, судом также не решался вопрос о возможности продолжения рассмотрения дела в её отсутствие.

Согласно ч. 3 ст. 240 УПК РФ приговор суда может быть основан лишь на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании.

Согласно приговору, суд в подтверждение выводов о виновности осужденного  Х. в совершении преступлений, выразившихся в незаконном обороте наркотических средств, сослался  на акт проведения ОРМ «проверочная закупка» от 25 апреля 2008 года, справки об  исследовании представленных вещества, заключения эксперта  (по каждому факту незаконных действий с наркотическим средствами), данные, содержащиеся в  протоколах осмотров предметов, протоколе личного досмотра Д. от 29 апреля 2008 года, протоколе обыска от 05 июня 2008 года.

Однако, согласно протоколу судебного заседания, указанные доказательства в судебном заседании не исследовались.

 Содержание приведённых в приговоре  показаний свидетелей: Ч. об обстоятельствах личного досмотра Д. 29 апреля 2008 года; Ц. и Б. об обстоятельствах обыска по месту проживания Х. 5 июня 2008 года существенно отличается от их показаний,  отражённых в протоколе судебного заседания.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ в приговоре необходимо провести всесторонний анализ доказательств, на которых суд основывал выводы, при этом должны получить оценку все доказательства, как уличающие,  так и оправдывающие подсудимого.

Как следует из протокола судебного заседания, в суде по ходатайству стороны защиты была допрошена свидетель К., однако данные показания в приговоре не отражены, какой-либо оценки им не дано.

 

 Несоблюдение требований ст.307 УПК РФ

 

Приговором Тындинского районного суда К. осуждён по ч.4 ст.111 УК РФ к 7 годам лишения свободы, а на основании ч.5 ст.69 УК РФ к 8 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

 Судебная коллегия по уголовным делам, рассмотрев дело по жалобам осужденного, его защитника и кассационному представлению государственного обвинителя, своим определением от  16 июня 2009 года  приговор отменила, дело направила на новое судебное рассмотрение.

 Согласно приговору, К. осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное  группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Согласно требованиям ст.ст. 75, 88 УПК РФ суд должен при постановлении приговора оценить доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

В соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления; доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

В силу ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

Однако судом указанные требования уголовно процессуального закона выполнены ненадлежащим образом.

      

 В качестве одного из доказательств  совершения К. преступления, суд сослался на показания  несовершеннолетнего обвиняемого С., 06.10.1991 г.р.,  данные в  ходе предварительного следствия  11 сентября 2007 года, и его показания в ходе очной ставки со свидетелем Куч. от 28 сентября 2007 года. Однако, при этом  суд не учел, что в соответствии с ч.3 ст.425 УПК РФ в допросе несовершеннолетнего обвиняемого, не достигшего возраста 16 лет, участие педагога или психолога обязательно, и не дал оценки тому обстоятельству, что педагог или психолог при выполнении указанных следственных действий участия не принимали, что могло повлиять на выводы суда о доказанности вины К. в инкриминируемом ему преступлении.

 

Кроме того,  в обоснование виновности К. суд сослался на его показания в ходе очной ставки со свидетелем Куч..

Вместе с тем, судом не учтено, что в силу ст.426 УПК РФ при допросе несовершеннолетнего обвиняемого участвует законный представитель, который допускается к участию в уголовном деле на основании постановления следователя с момента первого допроса несовершеннолетнего в качестве подозреваемого или обвиняемого.

Как видно из материалов уголовного дела, после задержания К. был допрошен в качестве подозреваемого в присутствии адвоката и своей матери К., допущенной в качестве законного представителя несовершеннолетнего подозреваемого.

Однако в дальнейшем при выполнении следственных действий с обвиняемым К. участвовала Г., она же знакомилась с материалами уголовного дела. При этом полномочия Г. в качестве законного представителя документально не подтверждены.

Между тем, постановления об отстранении К. от участия в уголовном деле и  допуске Г. к участию в деле в качестве законного представителя несовершеннолетнего в материалах уголовного дела нет. Впоследствии в судебном заседании мать подсудимого участвовала в деле в качестве законного представителя. Суд не проверил обстоятельства, в силу которых мать подсудимого на предварительном следствии  была отстранена от участия в деле в качестве законного представителя,  что может свидетельствовать о нарушении права К. на защиту, и не  дал  ему надлежащей оценки.

 

Приговором Тындинского районного суда С. осуждён по ч.1 ст. 105 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Проверив материалы дела по кассационной жалобе осуждённого и кассационному представлению государственного обвинителя, судебная коллегия  приговор отменила ввиду существенного нарушения уголовно – процессуального законодательства.

В соответствии с п.2 ст. 307 УПК РФ описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Однако указанные требования закона судом выполнены ненадлежащим образом.

В судебном заседании С. утверждал, что  потерпевший М, пришел в нетрезвом состоянии, за что он стал ругать его,  тогда М. налетел на него, взял со стола бутылку и нанес ею удар ему по голове, после которого он не помнит обстоятельства дела. От удара он потерял сознание, а когда пришел в себя, то М. уже лежал мертвый. Если бы он не убил М., то потерпевший убил бы его.   

Суд, признавая С. виновным в умышленном причинении смерти М.,  сослался на показания  свидетеля  Л. о том, что 31 декабря 2007 года в ходе спровоцированного С. конфликта, М. нанес С. два удара рукой в лоб, взял в руки нож, который она забрала, после чего конфликт прекратился. Утром 1 января 2008 года М. ушел. Примерно в 12 часов она решила прилечь, а С. остался  на  кухне, в которой под столом стояла пустая бутылка из-под спиртного. Она  слышала,  как вернулся М., что-то сказал С., который в ответ стал нецензурно выражаться в адрес М., раздался грохот. Она вошла в кухню и увидела М., который лежал на полу. С. сидел за столо;          

данные заключения судебно – медицинской  экспертизы, согласно которым обнаруженные у С. повреждения в виде раны в теменной области слева, кровоподтека в межлопаточном пространстве, ушиба мягких тканей в проекции копчика являются результатом тупой травмы и могли образоваться во время и при указанных С. обстоятельствах.

 Вопреки требованиям закона суд не дал оценку доводам, приведённым С. в свою  защиту,  не оценил показания  С. о  нанесении  ему   М. удара бутылкой по голове в совокупности с показаниями свидетеля Л. о наличии бутылки на месте происшествия,  заключением эксперта о возможности получения С. повреждений при указанных им обстоятельствах.

 

По смыслу закона, приговор должен быть четким и ясным и не может содержать противоречивых выводов, каким-либо образом ставящих по сомнение виновность подсудимого в совершении преступления.   

Суд, давая оценку исследованным доказательствам, пришел к выводу о том, что С. умышленно причинил смерть М., при этом он не находился в состоянии необходимой обороны или превышении ее пределов.

Вместе с тем, суд положил в основу приговора показания С. о причинении ему потерпевшим телесных повреждений, противоправное поведение которого 1 января 2008 года признано смягчающим наказание обстоятельством.

Таким образом, выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия.

 

Кроме того, признавая поведение М., имевшее место 1 января 2008 года перед совершением преступления, противоправным, суд фактически указанные обстоятельства не установил и не выяснил, что послужило причиной такого поведения потерпевшего,  когда именно имело место такое поведение, несмотря на то, что указанные обстоятельства могли существенно повлиять на выводы суда.

Поскольку допущенные судом нарушения уголовно-процессуального закона могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора, судебная коллегия отменила приговор и направила дело на новое судебное рассмотрение.

 

 

Несоблюдение закона  при рассмотрении дела в особом порядке

 

Приговором  Благовещенского городского суда Б. осужден по ч. 1 ст. 161  УК РФ  к 1 году 6 месяцам лишения свободы  с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

            Дело рассмотрено в особом порядке судебного разбирательства, установленном главой 40 УПК РФ.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам от 16 апреля 2009 года приговор отменён  в связи с тем, что при рассмотрении дела допущены нарушения уголовно – процессуального законодательства, которые могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора.

Согласно ч. 7 ст. 316 УПК РФ суд постановляет обвинительный приговор без проведения судебного разбирательства при условии, если придет к выводу, что обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно и подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу.

Как следует из материалов дела,  Б. было предъявлено обвинение в совершении оконченного преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 161 УК РФ -  грабеж,  то есть открытое  хищение чужого имущества.

По смыслу уголовного закона грабеж считается оконченным, если имущество изъято и виновный имеет реальную возможность им пользоваться или распоряжаться по своему усмотрению (например, обратить похищенное имущество в свою пользу или в пользу других лиц, распорядиться им с корыстной целью иным образом).

Суд признал предъявленное Б. обвинение обоснованным, подтвержденным доказательствами, собранными по уголовному делу, и квалифицировал  его действия   по указанной норме закона.

Вместе  тем, из показаний обвиняемого  Б. следует, что, вырвав сумку из рук потерпевшей, он положил ее под куртку и побежал за здание столовой, но там не было прохода; увидев   патрульный  автомобиль, он развернулся и побежал в противоположную сторону. Пробегая мимо потерпевшей, он услышал, что  она кричала о помощи, а затем  побежала за ним.  Забежав  за гаражный массив,  он увидел, что за ним едет патрульная машина, освещая его фарами. Из машины выбежал сотрудник милиции и  задержал его, забрал сумку, которую он похитил у потерпевшей. После чего его доставили в отделение милиции.

Аналогичные обстоятельства задержания Б. содержат  показания потерпевшей, а также свидетелей  О. и К.

Приведенные доказательства ставят под сомнение обоснованность обвинения Б. в оконченном грабеже.

Для разрешения вопроса о правильности или неправильности такой юридической оценки действий Б. требовалось исследование в суде доказательств, собранных по делу, что при рассмотрении дела в особом порядке невозможно.

Суд же указанные обстоятельства оставил без внимания, что свидетельствует о несоблюдении судом условий постановления приговора без проведения судебного разбирательства и является основанием для отмены приговора.

 

Неправильное применение закона при назначении наказания

 

Приговором  Шимановского районного суда  от 3 марта 2009 года Я. осуждён по п. «г» ч.2 ст. 161 УК РФ к 2 годам лишения свободы;

   В силу ч. 5 ст. 74 УК РФ условное осуждение по приговору Шимановского районного суда Амурской области от 20 ноября 2007 года в отношении Я. отменено.

   На основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения к назначенному наказанию не отбытого наказания по приговору Шимановского районного суда Амурской области от 20 ноября 2007 года окончательно назначено осужденному Я. три года лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. 

 

 Государственный обвинитель принёс кассационное представление, в котором поставил вопрос об отмене приговора ввиду неправильного применения уголовного закона, так как суд  окончательное наказание назначил в нарушение требований ч. 4 ст. 70 УК РФ меньше неотбытого наказания по предыдущему приговору.

Судебная коллегия признала доводы кассационного представления обоснованными,   своим определением от 28 апреля 2009 года приговор суда  отменила, дело направила на новое судебное рассмотрение по следующим основаниям.

В соответствии ч.5 ст. 74 УК РФ в случае совершения условно осужденным в течение испытательного срока умышленного тяжкого преступления суд отменяет условное осуждение и назначает ему наказание по правилам, предусмотренным статьей 70 УК РФ.

В силу ч.1 ст. 70 УК РФ при назначении наказания по совокупности приговоров к наказанию, назначенному по последнему приговору суда, частично или полностью присоединяется неотбытая часть наказания по предыдущему приговору.

  В соответствии с ч. 4  ст. 70 УК РФ окончательное наказание по совокупности приговоров должно быть больше как наказания, назначенного за вновь совершенное преступление, так и не отбытой части наказания по предыдущему приговору суда.

Как следует из представленных материалов, при назначении наказания Я. суд пришел к выводу о необходимости отмены  условного осуждения, назначенного ему по приговору от 20 ноября 2007 года, и о назначении ему окончательного наказания в соответствии с требованиями ст. 70 УК РФ.

Обжалуемым приговором Я. осужден по п. «а» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 2 годам лишения свободы.

 Предыдущим приговором от 20 ноября 2007 года Я. был осужден по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к 3 годам 2 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года.

Поскольку наказание по приговору Шимановского районного суда от 20 ноября 2007 года было назначено Я. условно, то не отбытым сроком является весь срок наказания, назначенный этим приговором, то есть 3 года 2 месяца.

При таких обстоятельствах, учитывая требования ч. 4 ст. 70 УК РФ, окончательное наказание, назначаемое Я., должно превышать 3 года 2 месяца лишения свободы. Суд же, вопреки  указанным положениям закона, назначил ему 3 года лишения свободы.

 

Приговором Белогорского районного суда от 10 февраля 2009 года Ш. осужден: по ч. 3 ст. 30 - ч. 1 ст. 166 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы; по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы; по ч. 2 ст. 325 УК РФ к 6 месяцам исправительных работ с удержанием 10% в бюджет государства; по ч. 1 ст. 325 УК РФ к 1 году лишения свободы; по  п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы.          На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем поглощения менее строго наказания более строгим, окончательно назначено Ш. наказание в виде 2 лет 6 месяцев лишения свободы. В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 2 года.

 

Судебная коллегия по уголовным делам, проверив дело по кассационному представлению  государственного обвинителя, своим определением от 24 марта 2009 года приговор изменила.

Как видно из материалов дела,  дело рассмотрено в особом порядке, установленном главой 40 УПК РФ.

Назначив осужденному Ш., имевшему на момент постановления приговора основное место работы, по ч. 2 ст. 325 УК РФ наказание в виде исправительных работ на срок 6 месяцев с удержанием 10 % в бюджет государства, суд не учел положения ч. 1 ст.50 УК РФ,  согласно которой исправительные работы назначаются осуждённому, не  имеющему основного места работы.

С учетом того, что санкция ч. 2 ст. 325 УК РФ предусматривает, помимо исправительных работ, иные виды наказания, судебная коллегия приговор в отношении Ш. изменила, назначив  ему наказание в виде штрафа.

 

 При назначении Ш. наказания  за преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 325 УК РФ,  суд не выполнил требование п. 7 ст. 316 УПК РФ о том, что максимальное наказание, назначенное приговором, постановленным в особом порядке, не может превышать две трети максимального размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенные преступления.

Санкция ч. 1 ст. 325 УК РФ предусматривает наиболее строгое наказание в виде 1 года лишения свободы,  в связи с чем суд не вправе был назначать ему наказание более 8 месяцев.

 Исходя из изложенного, судебная коллегия снизила размер наказания, назначенного за указанное преступление.

 

 Неправильное применение закона при квалификации действий осуждённых

 

Приговором  Архаринского районного суда Амурской области  Г. осужден по
ч.3 ст. 30, п.«г» ч.3 ст.228.1 УК РФ (по факту от 27 июня 2008 года), по ч.3 ст.30, п. «г» ч.3 ст.228.1 УК РФ (по фактам от 10 и 21 июля 2008 года),ст. ст.69,70 УК РФ к 6 годам лишения свободы.

Рассмотрев 12 февраля 2009 года дело по кассационному представлению государственного обвинителя, судебная коллегия  приговор изменила ввиду неправильного применения закона.

Как видно из материалов уголовного дела, 27 июня, 10 и 21  июля 2008 года оперативно-розыскные мероприятия производились в отношении    Г. в связи с имевшейся оперативной информацией о том, что  он сбывает наркотические средства.

Из установленных судом обстоятельств совершения Г. преступления следует, что 25 июня 2008 года он, имея умысел на сбыт наркотических средств,  нарвал марихуану; 27 июня 2008 года  из части марихуаны изготовил наркотическое средство - гашишное масло, которое в этот же день сбыл гражданину под псевдонимом «Дмитрий» за 200 рублей,  оставшуюся марихуану Г. также сбыл Д. 10 и 21  июля 2008 года.

По смыслу закона в случае, когда лицо, имея умысел на сбыт наркотических средств в крупном или особо крупном размере, совершило такие действия в несколько приемов, все содеянное им подлежит квалификации как совершение одного продолжаемого преступления, связанного с незаконным сбытом наркотического средства в крупном или особо крупном размере.

Приведенные  в приговоре обстоятельства свидетельствуют о том, что во всех случаях  Г. действовал с единым умыслом, направленным на незаконный сбыт имевшегося у него наркотического средства в особо крупном размере. Исходя из изложенного, судебная коллегия приговор изменила, признав, что действия Г. образуют единое продолжаемое преступление,  предусмотренное ч.3 ст. 30, п."г" ч.3 ст.228.1 УК РФ.

 

Приговором  Благовещенского городского суда от 17 февраля 2009 года Ж. осужден по ч. 2 ст. 228 УК РФ к 3 годам лишения свободы. В соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ ему отменено условное осуждение по приговору Тамбовского районного суда от 17 ноября 2008 года. В соответствии со ст. 70 УК РФ путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору Тамбовского районного суда от 17 ноября 2008 года окончательно назначено 3 года 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

 

            Ж. осужден за незаконные приобретение, хранение и перевозку без цели сбыта наркотических средств в особо крупном размере.

       В кассационном представлении прокурор просил исключить осуждение Ж. за незаконную перевозку без цели сбыта наркотических средств в особо крупном размере.

       Судебная коллегия по уголовным делам  удовлетворила кассационное представление, приговор изменила по следующим основаниям.

       Действия Ж. в части незаконных приобретения и хранения без цели сбыта наркотических средств в особо крупном размере правильно квалифицированы судом по ч. 2 ст. 228 УК РФ.

      Однако осуждение Ж. за незаконную перевозку без цели сбыта наркотических средств в особо крупном размере не соответствует требованиям закона.

       По смыслу уголовного закона, под незаконной  перевозкой следует понимать умышленные действия лица, которое перемещает без цели сбыта наркотические средства из одного места в другое, совершенные с использованием любого вида транспорта, применяемого в виде перевозочного средства, а также в нарушение общего порядка перевозки указанных средств, установленного статьей 21 ФЗ «О наркотических средствах и психотропных веществах».

       Вопрос о наличии в действиях лица состава преступления – незаконной перевозки без цели сбыта и об отграничении указанного состава преступления от незаконного хранения без цели сбыта наркотического средства во время поездки должен решаться судом в каждом конкретном случае с учетом направленности умысла, фактических обстоятельств перевозки, количества, размера, объема наркотического средства, места их нахождения, а также других обстоятельств дела.

       Как следует из материалов дела, Ж., храня при себе (в кармане надетой на нем куртки) наркотическое средство – гашиш общей массой 32 грамма, 14 декабря  2008  года  поехал  на попутном автомобиле  из с. Толстовка Тамбовского района Амурской области в г. Благовещенск по месту своего жительства, но на КПМ-1 г. Благовещенска данный автомобиль был остановлен сотрудниками милиции, и в ходе осмотра транспортного средства перевозимое Ж. наркотическое средство было обнаружено и изъято.

       Приведенные фактические обстоятельства перемещения Ж. наркотического средства, его количество (32 грамма гашиша), место нахождения (в кармане его одежды), свидетельствуют о незаконном хранении Ж. наркотического средства во время поездки.

       При таких обстоятельствах судебная коллегия исключила из  приговора  осуждение Ж. за незаконную перевозку без цели сбыта наркотических средств в особо крупном размере, в связи с чем снизила  назначенное Ж. наказание.

 

 Необоснованное возвращение уголовных дел  прокурору

 

За первое полугодие 2009 года  в кассационном порядке были обжалованы постановления о возвращении уголовных дел прокурору в отношении 27 лиц, из них отменены - в отношении  12 лиц, что составляет 44,4%.

Во многих случаях суды, принимая решение о возвращении дела прокурору, не учитывают, что такое решение суд вправе принять, когда нарушения закона, допущенные при составлении обвинительного заключения, препятствуют  его рассмотрению судом.

           Постановлением Тындинского районного суда Амурской области  уголовное дело в отношении Н., обвиняемого  в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 111 УК РФ, возвращено прокурору.

Органом предварительного следствия Н. предъявлено обвинение в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, при следующих обстоятельствах.

25 сентября 2008 года около 23.00 часов в городе Тынде Амурской области Н., находясь в гараже, расположенном по улице Нестерова, 18, в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений,  имея  умысел  на  причинение  тяжкого  вреда  здоровью З., осознавая общественную опасность о противоправный характер своих действий, предвидя неизбежность причинения в результате таких действий тяжкого вреда здоровью и желая наступления этих последствий, умышленно нанес потерпевшему З. один удар обухом топора в область головы, причинив, согласно заключению судебно-медицинской экспертизы, закрытую черепно-мозговую травму, закрытый перелом лобной кости справа, ушиб головного мозга со сдавлением вещества головного мозга, подострой эпидуральной гематомой справа, относящуюся  к категории тяжких, опасных для жизни, отчего наступила смерть потерпевшего.

Возвращая дело прокурору, суд указал, что неустранимые нарушения, допущенные при составлении обвинительного заключения по данному делу, выразились в том, что фабула предъявленного Н. обвинения противоречит выводам заключения эксперта, согласно которым обнаруженные у потерпевшего телесные повреждения могли образоваться как от трех ударов твердыми тупыми предметами, так и от ударов о таковые, при падении с высоты собственного роста как с приданым телу ускорением, так и без такового. При этом суд указал, что формулировка обвинения в части описания характера и степени тяжести причинённого  вреда должна соответствовать заключению эксперта. Кроме того,  суд признал, что основаниями возвращения уголовного дела прокурору  являются также неуказание  в прилагаемом к обвинительному заключению списке подлежащих вызову в судебное заседание   лиц   допрошенного  в  качестве  свидетеля  обвинения  Нед. и  неточности нумерации листов дела.

 Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам от 17 февраля 2009 года, рассмотревшей дело по кассационному представления прокурора, постановление суда отменено как незаконное  по следующим основаниям.

В соответствии с п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований Уголовно-процессуального кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

По смыслу закона, существенным процессуальным нарушением является такое нарушение, которое  препятствует рассмотрению дела и которое суд не может устранить самостоятельно, которое как повлекшее лишение или стеснение гарантируемых законом прав участников уголовного судопроизводства исключает возможность постановления законного и обоснованного приговора или вынесения иного решения и фактически не позволяет суду реализовать возложенную на него Конституцией Российской Федерации функцию осуществления правосудия.

В соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении должны быть указаны, в том числе, существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

Вопреки выводам суда, в обвинительном заключении в соответствии с требованиями ст.220 УПК РФ описаны объективная и субъективная стороны преступления, подробно и последовательно изложены действия Н., направленные на причинения тяжкого вреда здоровью З., и наступившие в результате этих действий последствия в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего.

 Указание суда на то, что формулировка обвинения в части описания характера и степени тяжести телесных повреждений должна соответствовать заключению судебно-медицинского эксперта, несостоятельно, поскольку обязанность осуществления уголовного преследования возложена на органы уголовного преследования, которые самостоятельно формулируют обвинение. Суд, согласно ст. 15 УПК РФ, не является органом уголовного преследования и в соответствии со ст. 252 УПК РФ проводит судебное разбирательство лишь по предъявленному обвинению, вопрос о доказанности вины подсудимого в инкриминируемом преступлении подлежит исследованию судом непосредственно в судебном заседании.

Как следует из протокола выполнения требований ст. 217 УПК РФ, обвиняемый Н. и его защитник были ознакомлены с материалами  уголовного дела в полном объеме. Ошибки, допущенные следователем при нумерации листов, на что указывает в постановлении суд, не свидетельствуют о нарушении процессуальных прав обвиняемого и сами по себе не являются обстоятельством, препятствующим рассмотрению дела.

Вопреки выводу суда, неуказание  в прилагаемом к обвинительному заключению списке подлежащих вызову в судебное заседание лиц  допрошенного в качестве  свидетеля обвинения Нед., не является обстоятельством, препятствующим рассмотрению дела,   поскольку при необходимости сторона обвинения в судебном заседании вправе заявить ходатайство о допросе указанного свидетеля.

Поскольку каких-либо нарушений ст.220 УПК РФ, являющихся препятствием для рассмотрения дела по существу, судом в постановлении не приведено,  судебная коллегия указанное постановление  отменила, дело   направила на новое судебное рассмотрение.

 

Избрание меры пресечения в виде ареста и её продление

 

 За анализируемый период в кассационном порядке было обжаловано:

 75 постановлений об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, из которых отменено 2;

10 постановлений об отказе в удовлетворении ходатайств об избрании указанной меры пресечения, отменено  - 3;

105 постановлений о продлении срока содержания под стражей, отменено - 4,

6 постановлений об отказе в удовлетворении ходатайств о продлении срока содержания под стражей, отменено – 2.

 По – прежнему, в некоторых случаях суды при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу исходят из одной лишь тяжести совершённого преступления.

 Так, постановлением Благовещенского городского  суда от 4 апреля 2009 года в отношении К.,  подозреваемой в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.290 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, при этом судья в постановлении, сославшись лишь на  тяжесть совершённого преступления, не дал оценки доводам, приведённым в ходатайстве следователя, не установил других оснований, предусмотренных ст.97 УК РФ.

 Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам от 16 апреля 2009 года постановление было отменено, ходатайство следователя направлено на новое судебное рассмотрение.

 В других случаях при наличии оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу  суды отказывают в этом.

 29 апреля 2009 года следователь с согласия руководителя следственного отдела по Сковородинскому району СУ СК при прокуратуре РФ по  Амурской области  обратился в суд с ходатайством об избрании в отношении С., подозреваемого в  умышленном причинении смерти другому человеку, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ.

 Постановлением судьи от 29 апреля 2009 года в удовлетворении этого ходатайства отказано.

 Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам от 19 мая 2009 года постановление суда отменено,  ходатайство направлено на новое судебное рассмотрение по следующим основаниям.

Отказывая в избрании в отношении С. меры пресечения в виде заключения под стражу, судья указал, что следователь не представил суду доказательств, подтверждающих, что С. может скрыться от органов следствия,  а также оказать воздействие на свидетеля с целью изменения им своих показаний в его пользу и тем самым воспрепятствовать производству по уголовному делу.

 Однако  вывод суда не соответствует фактическим обстоятельствам, поскольку в представленных материалах имеются два рапорта сотрудников милиции, согласно которым С.  после осмотра места происшествия предпринял попытку к бегству, но был задержан сотрудниками милиции; свидетель Ш. дал показания о том, что С. требовал никому не рассказывать о происшедшем, очевидцем которого он являлся,  и предложил свою версию об обстоятельствах лишения жизни потерпевшего, и он, опасаясь расправы, впоследствии рассказал следователю то, о чём просил С., а не то, что было на самом деле.

Представленные материалы надлежащим образом не исследованы, указанным обстоятельствам, имеющим существенное значение для принятия законного и обоснованного решения,  суд оценки в постановлении не дал,  что  в соответствии со ст.ст.379,380 УПК РФ является основанием для отмены постановления.

 

Решение  вопросов в порядке исполнения приговора

 

Не всегда суды при решении вопросов, связанных с отменой условного осуждения, проверяют наличие обстоятельств для этого.

        Приговором Октябрьского районного суда от 20 июня 2007 года Б. осужден по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 4 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года, на него возложены обязанности: не нарушать общественный порядок, не злоупотреблять спиртными напитками, не менять место жительства без уведомления специализированного государственного органа.

Постановлением Октябрьского районного суда Амурской области от 21 мая 2009 года в отношении Б. представление уголовно-исполнительной инспекции об отмене условного осуждения удовлетворено: условное осуждение по приговору Октябрьского районного суда Амурской области от 20 июня 2007 года отменено, Б. направлен для отбывания назначенного наказания в виде 4 лет лишения свободы в исправительную колонию общего режима.

Судебная коллегия по уголовным делам, рассмотрев дело по кассационной жалобе осуждённого, постановление суда отменила, указав следующее.

       В соответствии с ч. 3 ст. 74 УК РФ в случае систематического или злостного неисполнения условно осужденным в течение испытательного срока возложенных на него судом обязанностей, суд по представлению уголовно-исполнительной инспекции может постановить об отмене условного осуждения и исполнении наказания, назначенного приговором суда. При этом под систематичностью следует понимать совершение запрещенных или невыполнение предписанных условно осужденному действий более двух раз в течение года либо продолжительное (более 30 дней) неисполнение обязанностей, возложенных на него судом, а под злостностью – неисполнение этих обязанностей после сделанного контролирующим органом предупреждения в письменной форме о недопустимости повторного нарушения установленного порядка отбывания условного осуждения (статья 190 УИК РФ).

       По смыслу закона при решении вопроса об отмене условного осуждения по причине нарушения условно осужденным общественного порядка суд должен проверить законность и обоснованность применения к осужденному меры административного взыскания за проступок, состоящий в нарушении общественного порядка.

       Отменяя Б. условное осуждение по тем основаниям, что он злостно и систематически не исполняет в течение испытательного срока обязанности, возложенные на него приговором суда, совершил три административных правонарушения: 01.12.2008 г., 16.04.2009 г. и 17.04.2009 г., за что подвергался административным взысканиям по ст.20.21 КоАП РФ в виде штрафа, суд указал, что данные обстоятельства подтверждаются постановлениями об административном правонарушении, которые Б. не обжаловались, вступили в законную силу.

       Вместе с тем, ссылаясь на данные обстоятельства, суд не учел сведений, содержащихся в объяснениях Б., данных им 5 мая 2009 года по поводу правонарушений 16 и 17 апреля 2009 года, в которых он, не отрицая, что находился в состоянии алкогольного опьянения, выразил несогласие с протоколом от 16.04.2009 г., ссылаясь, что он не шел (не передвигался по тротуару), а стоял и разговаривал, и замечаний ему не делалось, а протокол был составлен двумя днями позже; а также выразил частичное несогласие с протоколом от 17.04.2009 г., указывая, что он не мешал гражданам проходить, шел по своим делам на кладбище, и в этот момент его пригласили на беседу и составили сразу два протокола, в том числе за 16.04.2009 г..

       Суд оставил указанные объяснения Б. без внимания, хотя содержащиеся в них сведения могли повлиять на выводы суда о злостном и систематическом неисполнении Б. возложенных на него приговором суда обязанностей.

       Других фактов (кроме административного правонарушения 01.12.2008 г.) неисполнения возложенных на Б. обязанностей в представлении уголовно-исполнительной инспекции и в постановлении суда не приведено.

       Кроме того, по смыслу закона, условное осуждение отменяется в случае невозможности его сохранения, когда представленные суду сведения свидетельствуют о том, что условно осужденный не желает встать на путь исправления, при этом суд учитывает, в том числе, поведение условно осужденного и другие данные, характеризующие его личность.

       Как видно из постановления, суд сослался на то, что по месту жительства Б. характеризуется положительно. Вместе с тем, суд оставил без внимания другие данные о личности условно осужденного, в частности, то, что в период испытательного срока Б. работал, по месту работы характеризовался положительно, проживал с семьей, каких-либо жалоб и заявлений на него не поступало, регулярно являлся на регистрацию в УИИ, на профилактические беседы реагировал положительно.

       Приведенные данные о личности осужденного Б., имеющие значение для принятия решения о необходимости отмены Б. условного осуждения и исполнении назначенного ему приговором суда наказания, оценки суда не получили.

       Согласно закону, при уклонении условно осужденного от исполнения возложенных на него судом обязанностей уголовно-исполнительная инспекция объявляет ему в письменной форме предупреждение о возможности отмены условного осуждения. А если неисполнение обязанностей продолжается и после этого, инспекция входит в суд с представлением об отмене условного осуждения.

       Уголовно-исполнительная инспекция заняла две противоположные позиции в отношении условно осужденного Б.. Так, решением инспекции от 5 мая 2009 года Б. за совершение им административных правонарушений 16 и 17 апреля 2009 года было объявлено предупреждение о возможности отмены условного осуждения, что свидетельствует о том, что инспекция приняла решение о предупреждении Б.. Однако, в тот же день инспекция  обратилась в суд с представлением об отмене Б. условного осуждения.

 Поскольку суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на его выводы, судебная коллегия постановление суда отменила, направила ходатайство начальника уголовно – исполнительной инспекции на новое судебное рассмотрение.

 

Отказывая в удовлетворении ходатайств об условно – досрочном освобождении от наказания и о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания суды зачастую ссылаются на обстоятельства, не предусмотренные законом.

Постановлением судьи Ивановского районного суда Амурской области от 22 апреля 2009 года отказано в удовлетворении ходатайство об условно – досрочном освобождении П., отбывающему наказание по приговору Благовещенского  городского  суда от 2 ноября 2004 год, которым он осуждён  по ч.4 ст. 111 УК РФ к 7 годам лишения свободы.

 Судебная коллегия по уголовным делам, проверив представленные материалы по кассационной жалобе осуждённого, постановление отменил по следующим основаниям.

       В силу ч. 4 ст. 7 УПК РФ определения суда, постановления судьи должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Мотивированность  постановления означает, что все принятые судом решения должны содержать обоснование сформулированных в нем выводов ссылками на положения закона и конкретные исследованные в ходе судебного заседания материалы дела. 

Названный принцип уголовного судопроизводства  при рассмотрении ходатайства осуждённого не соблюдён.

Согласно ст. 79 УК РФ, лицо, отбывающее лишение свободы,  может быть освобождено условно-досрочно после отбытия определённого законом срока наказания, если суд признает, что для своего исправления это лицо не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания.

По смыслу приведенного выше положения закона, вывод суда о том, что осужденный для своего исправления не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания, должен быть основан на всестороннем учете данных о его поведении за весь период отбывания наказания, а также с учетом мнения представителя исправительного учреждения и прокурора о наличии либо отсутствии оснований для признания лица не нуждающимся в дальнейшем отбывании наказания.

Вместе с тем, суд, отказывая в удовлетворении ходатайства осужденного об условно-досрочном освобождении, учёл нестабильное поведение П. и мнение прокурора, заявившего о нецелесообразности условно-досрочного освобождения осужденного. При этом суд не указал, почему он не принимает доводы, приведенные администрацией учреждения в характеристике на П. и поддержанные в судебном заседании представителем исправительного учреждения  о том, что осужденный не нуждается в дальнейшем отбытии наказания.

Кроме того, обосновывая свое решение об отказе в условно - досрочном освобождении, суд в описательно-мотивировочной части постановления сослался на тяжесть совершенного П. преступления, характер наступивших последствий, способ совершения деяния и умышленную форму вины.

Однако, по смыслу закона, суд не вправе отказать осужденному в условно-досрочном освобождении от наказания по основаниям, не указанным в законе (наличие прежних судимостей, мягкость назначенного наказания, непризнание осужденным своей вины и другие).

С учётом изложенного, суд не вправе был учитывать тяжесть совершенного П. преступления, характер наступивших последствий, поскольку уголовный закон не предусматривает данные обстоятельства в качестве обстоятельств, влияющих на принятие судом решения об условно-досрочном освобождении.

 

Постановлением Свободненского городского суда от 18 марта 2009 года  в удовлетворении ходатайства Ш., отбывающего наказание по приговору Благовещенского городского суда от 10 января 2008 года, которым он осужден  за совершение семи преступлений, предусмотренных ч.2 ст.167 УК РФ, к 4 годам 6 месяцам лишения свободы, об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания отказано.

     Осуждённый обжаловал постановление суда в кассационном порядке.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам постановление суда признано незаконным по следующим основаниям.

В соответствии с ч.3 ст. 79 УК РФ условно-досрочное освобождение от отбывания наказания может быть применено только к тем осуждённым, которые, отбыв предусмотренную законом часть наказания, доказали, что для своего исправления не нуждаются в полном отбывании назначенного судом наказания.  

Суд при исчислении предусмотренной законом части наказания, которую отбыл Ш., правильно исходил из приговора Благовещенского городского суда от 10 января 2008 года, согласно которому срок наказания осуждённому исчислен с 21 сентября 2007 года, и верно установил, что по состоянию на 18 марта 2009 года осуждённый не отбыл предусмотренную законом часть наказания.

 

По смыслу уголовного и уголовно-процессуального законодательства, осуждённый может подлежать условно-досрочному освобождению при наличии необходимых условий после фактического отбытия предусмотренной законом части наказания.

Таким образом, если осуждённый  обратился  в суд с ходатайством ранее срока, установленного законом, не отбыв предусмотренную законом часть наказания, его ходатайство об условно-досрочном освобождении рассмотрению в порядке ст.79 УК РФ и главы 47 УПК РФ не подлежит, в связи с чем  в принятии такого ходатайства должно быть отказано.

Принимая решение об отказе в удовлетворении ходатайства   Ш. об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания, суд не учел требований ст.175 УИК РФ о том, что в случае отказа суда в условно-досрочном освобождении от отбывания наказания повторное обращение в суд с данным ходатайством может иметь место не ранее чем по истечении шести месяцев со дня вынесения постановления суда об отказе в удовлетворении ходатайства.

Учитывая, что принятое судом решение об отказе в удовлетворении ходатайства осуждённого об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания в связи с тем, что Ш. не отбыл предусмотренную законом часть наказания, лишает его права на повторное обращение в суд с данным ходатайством  до истечения шести месяцев со дня вынесения постановления, но после отбытия предусмотренной законом части наказания, судебная коллегия отменила постановление суда в связи с неправильным применением закона и прекратила производство по ходатайству осуждённого.

 

Обзор кассационной практики предлагается направить в районные (городские) суды и мировым судьям Амурской области для использования в работе.


 

Судебная коллегия по уголовным делам

Амурского областного  суда  

опубликовано 25.03.2010 08:58 (МСК)