Arms
 
развернуть
 
675000, г. Благовещенск, ул. Шевченко, д. 6
Тел.: (4162) 51-34-27
oblsud.amr@sudrf.ru
схема проезда
675000, г. Благовещенск, ул. Шевченко, д. 6Тел.: (4162) 51-34-27oblsud.amr@sudrf.ru
ДОКУМЕНТЫ СУДА
Обобщение практики применения судами амурской области норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих возвращение уголовных дел прокурору для устранения препятствий их рассмотрения судом

Судебной коллегией по уголовным делам Амурского областного суда проведено обобщение практики применения районными (городскими) судами и мировыми судьями Амурской области в 2008 году норм УПК РФ, регулирующих возвращение уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

 

В 2008 году судами области возвращено прокурору 217 уголовных дел в отношении 309 лиц, что на 5,3% больше, чем в 2007 году, когда было возвращено 206 дел в отношении 294 лиц.


В 2008 году судебной коллегией по уголовным делам Амурского областного суда по кассационным жалобам и представлениям были проверены судебные решения о возвращении уголовных дел прокурору в отношении 93 лиц. При этом решения в отношении 64 лиц отменены.


Эти статистические сведения и данные проведенного обобщения свидетельствуют о том, что судьи области испытывают затруднения при применении положений ст. 237 УПК РФ. Этим и обусловлена необходимость настоящего обобщения.

 

После введения в действие УПК РФ применение ст. 237 корректировалось в связи с решениями Конституционного Суда РФ. В итоге, в 2008 году, претерпел изменения и сам закон.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 8 декабря 2003 года № 18-П было признано, что положения ч. 1 ст. 237 УПК РФ не исключают правомочие суда возвратить дело прокурору для устранения препятствий к его рассмотрению судом не только в связи с несоответствием самого обвинительного заключения требованиям закона, но и во всех случаях, когда в досудебном производстве были допущены существенные нарушения закона, не устранимые в судебном производстве, но при условии, если возвращение дела не связано с восполнением неполноты предварительного расследования. Этим же постановлением была признана не соответствующей Конституции РФ ч. 4 ст. 237 УПК РФ, запрещающей по возвращенному делу производство следственных или иных процессуальных действий, не предусмотренных этой статьей. Производство по проверке конституционности частей 2 и 5 ст. 237 УПК РФ было прекращено, поскольку их значение предопределено положениями частей 1 и 4 этой статьи, конституционность которых проверена.

В определении от 2 февраля 2006 года № 57-О Конституционный Суд РФ указал, что на случаи возвращения дела прокурору по основанию, связанному с необходимостью устранения существенных неустранимых в судебном производстве нарушений закона, требование о соблюдении установленного ч. 2 ст. 237 УПК РФ пятидневного срока распространяться не может. При этом Конституционный Суд вновь отметил, что возвращение дела прокурору с последующим проведением по нему необходимых процессуальных действий не должно быть связано с восполнением неполноты расследования в качестве самостоятельной задачи.

Федеральным законом от 2 декабря 2008 года № 226-ФЗ (вступившим в силу 16 декабря 2008 года) части 2, 4 и 5 ст. 237 УПК РФ признаны утратившими силу.

Таким образом, изменения закона были обусловлены правовыми позициями Конституционного Суда РФ. С учетом этих позиций, изменения, внесенные в ст. 237 УПК РФ, не свидетельствуют, что в процессе устранения нарушений закона по возвращенному судом делу могут производиться процессуальные действия, направленные на восполнение неполноты расследования.

 

Разъяснения по применению положений ст. 237 УПК РФ даны в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 5 марта 2004 года №1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса РФ».

Затронуты вопросы возвращения дел прокурору и в некоторых других постановлениях Пленума, например, в постановлении от 5 декабря 2006 года №60 «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел», постановлении от 23 декабря 2008 года №28 «О применении норм УПК РФ, регулирующих производство в судах апелляционной и кассационной инстанций», а также в постановлениях по отдельным категориям дел: постановлении от 28 декабря 2006 года №64 «О практике применения судами уголовного законодательства об ответственности за налоговые преступления», постановлении от 9 декабря 2008 года №25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения».

 

Данные обобщения свидетельствуют о том, что по основаниям, предусмотренным п. п. 2-5 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, возвращено небольшое количество дел.

Так, в связи с невручением обвиняемому копии обвинительного заключения или обвинительного акта (п. 2 ч. 1 ст. 237 УПК РФ) возвращено 6 уголовных дел, что составляет 2,76 % от общего количества дел, возвращенных прокурору.

Ввиду наличия оснований для соединения уголовных дел (п. 4 ч. 1 ст. 237 УПК РФ) возвращено 9 уголовных дел, что составляет 4,15% от общего количества дел, возвращенных прокурору.

В связи с необходимостью составления обвинительного заключения или обвинительного акта по уголовному делу, направленному в суд с постановлением о применении принудительной меры медицинского характера (п. 3 ч. 1 ст. 237 УПК РФ), и ввиду неразъяснения обвиняемому при ознакомлении с материалами уголовного дела прав, предусмотренных ч. 5 ст. 217 УПК РФ (п. 5 ч. 1 ст. 237 УПК РФ), возвращено по одному уголовному делу соответственно.

 

Подавляющее большинство уголовных дел – 200 (92,17%) возвращено по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, - ввиду составления обвинительного заключения или обвинительного акта с нарушениями требований УПК РФ, исключающими возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения или акта.

Соответственно, затруднения у судей вызывает применение именно этого положения Закона.

 

Анализ положений ст. 237 УПК РФ, правовых позиций Конституционного Суда РФ и разъяснений Пленума Верховного Суда РФ позволяет сформулировать критерии нарушений закона, влекущих возвращение дел прокурору: 

- основанием для возвращения дела являются лишь существенные, не устранимые в судебном заседании, нарушения закона, неисправление которых исключает возможность постановления законного и обоснованного судебного решения по делу и фактически не позволяет суду реализовать возложенную на него Конституцией РФ функцию осуществления правосудия;

- с учетом назначения института возвращения дела прокурору (устранения выявленных нарушений в целях последующего направления дела в суд для рассмотрения по существу и принятия законного, обоснованного и справедливого решения), основанием для этого могут быть только устранимые нарушения закона;

- устранение допущенных нарушений не должно быть связано с восполнением неполноты предварительного расследования.

 

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 14 указанного постановления от 5 марта 2004 года, к числу нарушений закона при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта, исключающих возможность вынесения судебного решения, относятся случаи, когда обвинение, изложенное в обвинительном заключении или обвинительном акте, не соответствует обвинению, изложенному в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого; когда обвинительное заключение или обвинительный акт не подписан следователем, дознавателем либо не утвержден прокурором; когда в обвинительном заключении или обвинительном акте отсутствуют указание на прошлые судимости обвиняемого, данные о месте нахождения обвиняемого, данные о потерпевшем, если он был установлен по делу.

 

Данные проведенного обобщения свидетельствуют о том, что значительная часть уголовных дел возвращена прокурору по мотиву ненадлежащего описания существенных обстоятельств преступления в обвинительных документах.

 

Так, уголовное дело в отношении П., обвиняемого по ч. 2 ст. 264 УК РФ, возвращено прокурору в связи с тем, что в обвинительных документах не указано субъективное отношение обвиняемого к смерти потерпевшего.

Судебная коллегия постановление суда оставила без изменения, указав следующее. По смыслу п. 3 ч. 1 ст. 220 УПК РФ описание преступного деяния в обвинительном заключении должно содержать все существенные обстоятельства преступления, вмененного в вину обвиняемому, - что является необходимым условием судебного рассмотрения дела по существу. Согласно закону обязательным признаком преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 264 УК РФ, является неосторожная форма вины по отношению к общественно опасному последствию – смерти потерпевшего. Таким образом, с учетом приведенных положений закона, по делам этой категории описание преступного деяния в обвинительном заключении обязательно должно содержать указание на субъективное отношение обвиняемого к смерти потерпевшего (описание неосторожной формы вины). Вопреки этому, в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении не указано субъективное отношение П. к смерти потерпевшего (Завитинский районный суд).

 

Уголовное дело в отношении С., обвиняемой по ч. 1 ст. 327 УК РФ (подделка официального документа), и Б., обвиняемого по ч. 3 ст. 327 УК РФ (использование заведомо ложного документа), возвращено прокурору по следующим основаниям. В обвинительных документах не указано, в чем именно выразилась подделка С. документов, поскольку не отражено, какие конкретно сведения в этих документах являются ложными; в чем именно содержание документов, представленных Б. в банк, не соответствует действительности (Завитинский районный суд).

 

Уголовное дело в отношении М., обвиняемого по ч. 1 ст. 161 УК РФ, возвращено прокурору в связи с тем, что в обвинительных документах ненадлежащим образом описан процесс хищения чужого имущества (денег). Следователь указал лишь на то, что М. «вырвал из рук Т. полиэтиленовый пакет, вследствие чего присвоил похищенные деньги в сумме 160 рублей» (Райчихинский городской суд).

 

Уголовное дело в отношении В. и А., обвиняемых по п. «а» ч. 3 ст. 163 УК РФ, возвращено прокурору в связи с тем, что в обвинительных документах не указано, в чем именно заключалась угроза применения насилия со стороны обвиняемых в отношении потерпевшего, тогда как такая угроза является обязательным признаком вымогательства (Райчихинский городской суд).

 

Г. обвинялся по ст. 319 УК РФ – в том, что 16 августа 2008 года около 17 часов совершил административное правонарушение, предусмотренное ст. 20.21 КоАП РФ. За совершение указанного деяния он был доставлен в дежурную часть милиции для отобрания объяснений, составления административного протокола, личного досмотра и освидетельствования. Во время проведения этих действий он публично оскорбил представителей власти С., Р. и В.

Суд возвратил дело прокурору в связи с тем, что в обвинительных документах указано время совершения Г. административного правонарушения, но не время преступления, в совершении которого он обвиняется.

Судебная коллегия постановление суда оставила без изменения (Тындинский районный суд). 

 

Уголовное дело в отношении П., обвиняемой по ч. 2 ст. 228 УК РФ, возвращено прокурору в связи с тем, что описание преступного деяния в обвинительном заключении не соответствует описанию, изложенному в постановлении о привлечении в качестве обвиняемой, в части периода времени, в течение которого П. приобрела и хранила наркотическое средство (Завитинский районный суд).

 

В указанных случаях суды правильно признали, что описание обстоятельств преступления в обвинительных документах не соответствует требованиям закона и исключает возможность принятия судом решения по существу дела.

 

Вместе с тем в ряде случаев суды ошибочно признавали, что обстоятельства преступления в обвинительных документах приведены с такими нарушениями закона, которые препятствуют рассмотрению дела по существу и влекут возвращение дела прокурору.

 

Так, возвращая прокурору уголовное дело в отношении Ф., обвиняемого по ч. 1 ст. 161 УК РФ, суд сослался на следующее. В нарушение требований ст. 220 УПК РФ в обвинительном заключении при описании действий Ф. указано, что он взял сотовый телефон и пульт дистанционного управления, чем причинил потерпевшему материальный ущерб. Таким образом, органы предварительного следствия не в полной мере установили способ хищения имущества, поскольку слово «взял» не означает безвозмездное изъятие имущества, и описание преступного деяния не содержит сведения о возможности обвиняемого пользоваться и распоряжаться имуществом потерпевшего по своему усмотрению, а также об обращении им имущества в свою пользу или пользу других лиц. Данные обстоятельства суд признал препятствующими рассмотрению дела.

Судебная коллегия отменила постановление суда, указав следующее. Использование при описании действий Ф., направленных на открытое хищение чужого имущества, слова «взял» не свидетельствует о несоответствии обвинительного заключения требованиям закона, поскольку при описании преступного деяния следователь указал, что Ф., увидев чужие вещи – телефон и пульт дистанционного управления, решил совершить их хищение и взял их именно с этой целью, реализуя умысел на открытое хищение чужого имущества, при этом осознавая, что действует открыто, в присутствии собственника имущества. Отсутствие в описании преступного деяния сведений о возможности Ф. пользоваться и распоряжаться имуществом потерпевшего по своему усмотрению, об обращении его в свою пользу или пользу других лиц не препятствует суду на основе данного обвинительного заключения постановить приговор или вынести иное решение, поскольку в случае, если суд установит, что виновный не получил реальной возможности пользоваться или распоряжаться похищенным имуществом по своему усмотрению, он вправе переквалифицировать его действия как покушение на хищение (Тындинский районный суд).


Уголовное дело в отношении Б., обвиняемого по ч. 1 ст. 222 УК РФ (в незаконных приобретении, хранении и ношении основных частей огнестрельного оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ), суд возвратил прокурору, сославшись на недостаточно точное описание следственными органами времени совершения преступления.

Судебная коллегия отменила постановление суда, указав следующее. Оценка необходимой и достаточной конкретизации приведения в обвинении обстоятельств преступления зависит от характера предъявленного обвинения, в том числе от фактических обстоятельств содеянного, уголовного закона, подлежащего (по мнению следственных органов) применению. В предъявленном Б. обвинении указан период, в который были начаты и продолжались незаконные действия с названными предметами (соответственно, с августа 2000 года и с июня 2005 года, а также момент пресечения этих действий -12 июля 2008 года). При таких обстоятельствах, когда в обвинении отражен период, не позднее которого были начаты незаконные действия Б., суд (при условии доказанности обвинения и на основе исследованных доказательств) вправе самостоятельно определить момент начала совершения преступления без нарушения требований уголовно-процессуального закона, в том числе о пределах судебного разбирательства (Завитинский районный суд).

 

Ц. обвиняется в том, что 16 сентября 2008 года, имея умысел на сбыт наркотических средств, путем сбора дикорастущей конопли незаконно приобрел наркотическое средство – марихуану в количестве 1494 грамма, то есть в особо крупном размере. Данное наркотическое средство он перенес в усадьбу своего дома и спрятал там в огороде, таким образом, незаконно хранил его с целью сбыта. 18 сентября 2008 года данное наркотическое средство у него было обнаружено и изъято сотрудниками правоохранительного органа.

Указанные действия Ц. следствием квалифицированы по ч. 3 ст. 30 и п. «г» ч. 3 ст. 228-1 УК РФ – покушение на незаконный сбыт наркотического средства в особо крупном размере.

Суд возвратил уголовное дело в отношении Ц. прокурору, сославшись на следующее. Следователь не указал способ совершения преступления, его цель и мотив, недостаточно конкретизировал преступные действия и иные обстоятельства, имеющие значение для правильной правовой оценки содеянного. Из существа обвинения суд усмотрел, что действия Ц., в зависимости от доказанности, содержат признаки самостоятельных преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 30 и ч. 2 ст. 228-1 УК РФ или ч. 2 ст. 228 УК РФ.

Судебная коллегия отменила постановление суда, указав следующее.

Выводы суда о составлении обвинительного заключения с нарушением требований закона  не основаны на материалах уголовного дела.

В постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении указано существо предъявленного Ц. обвинения: место и время совершения преступления, его способ, мотивы, цели и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, в том числе подробно описаны действия обвиняемого, направленные на сбыт наркотических средств.

Ссылки суда на наличие в действиях Ц. признаков преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 30 и ч. 2 ст. 228-1 УК РФ или ч. 2 ст. 228 УК РФ, не являются основанием для возвращения дела прокурору, поскольку в случае несогласия с квалификацией следствием действий обвиняемого суд вправе квалифицировать его действия по другой статье уголовного закона, предусматривающей ответственность за менее тяжкое преступление (Завитинский районный суд).

 

В ряде случаев суды, признавая описание обстоятельств преступления не соответствующим требованиям закона и возвращая дела прокурору, не учитывали правовую позицию Конституционного Суда РФ, согласно которой возвращение дела прокурору с последующим проведением по нему соответствующих процессуальных действий не должно быть связано с восполнением неполноты предварительного расследования.

 

Во избежание ошибок при применении положений ст. 237 УПК РФ необходимо иметь в виду, что под неполнотой предварительного расследования понимается неустановление существенных обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, для выяснения которых требуется проведение следственных действий, связанных с собиранием новых доказательств или установлением других лиц, причастных к совершению преступления.

 

В практике судов области имели место случаи возвращения дел прокурору в связи с неполнотой расследования, что не основано на законе.

 

Так, уголовное дело в отношении У., обвиняемого по ч. 2 ст. 264 УК РФ, возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Судебная коллегия отменила постановление суда, указав следующее.

Суд как на основание возвращения дела прокурору сослался на то, что, указывая, что скорость не обеспечивала У. возможность контроля за движением автомобиля, что привело к аварии, органы предварительного следствия не установили, с какой именно скоростью двигался автомобиль под управлением обвиняемого непосредственно перед совершением ДТП, а, следовательно, какая скорость движения его автомобиля в данной дорожно-транспортной ситуации оказалась недостаточной для обеспечения водителю возможности постоянного контроля за движением. Таким образом, суд в качестве основания для возвращения дела прокурору указал на неполноту произведенного предварительного следствия, - что не основано на законе и правовой позиции Конституционного Суда РФ (Благовещенский городской суд).

 

Судебной коллегией отменено и постановление суда о возвращении прокурору уголовного дела в отношении Н., обвиняемого по ч. 1 ст. 228 УК РФ, - по следующим основаниям.

Возвращая дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения, суд сослался, в частности, на то, что в обвинительном акте не указаны время, место и другие обстоятельства приобретения Н. наркотических средств. Однако суд не учел, что для установления времени, места и других обстоятельств приобретения Н. наркотических средств необходимо выполнение следственных действий, направленных на восполнение неполноты проведенного дознания, что противоречит смыслу ст. 237 УПК РФ (Благовещенский районный суд).

 

М. обвинялся в том, что незаконно изготовил без цели сбыта наркотическое средство – масло каннабиса в количестве более 0,5 грамма. После этого он в течение недели употребил неустановленную часть данного наркотического средства, а оставшуюся его часть в количестве 0,5 грамма незаконно хранил до момента изъятия.

Суд возвратил дело прокурору, указав в постановлении, что в описании преступного деяния не конкретизировано количество наркотического средства, изготовленного обвиняемым, что препятствует рассмотрению дела по существу.

Таким образом, судом фактически поставлен вопрос о восполнении неполноты предварительного расследования, что не основано на законе. Кроме того, описание преступного деяния свидетельствует о том, что данная неполнота невосполнима вообще (Белогорский районный суд).

 

Согласно п. п. 5 и 6 ч. 1 ст. 220 УПК РФ обвинительное заключение должно содержать перечень доказательств, подтверждающих обвинение, а также доказательств, на которые ссылается сторона защиты.

 

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 13 Постановления от 5 марта 2004 года № 1, под таким перечнем доказательств понимается не только ссылка в обвинительном заключении на источники доказательств, но и приведение в обвинительном заключении или обвинительном акте краткого содержания доказательств.

 

Таким образом, указание в обвинительном заключении только ссылок на источники доказательств без приведения их краткого содержания – не соответствует требованиям закона и, поскольку нарушает права участников производство по делу (в том числе право обвиняемого на защиту), - влечет возвращение дела прокурору.

 

Так, суд возвратил прокурору уголовное дело в отношении Б. и К., в том числе, в связи с тем, что в обвинительном заключении перечислены источники доказательств, но не изложено, даже кратко, содержание этих доказательств.

Судебная коллегия постановление суда оставила без изменения (Сковородинский районный суд).

 

Вместе с тем следует иметь в виду, что включение или невключение того или иного конкретного доказательства в обвинительное заключение – это прерогатива следователя, и суд не вправе давать такого рода указания следственному органу.

 

Пример ошибочного возвращения дела прокурору.

Уголовное дело в отношении С., обвиняемого по п. п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, возвращено прокурору по следующим основаниям. В обвинительном заключении не приведены полностью доказательства, а именно – показания обвиняемого в двух протоколах допроса, где он признавал вину частично, а также акт ревизии. Суд признал, что это нарушает право обвиняемого на защиту.

Судебная коллегия отменила постановление суда, указав следующее. Ссылка суда на неприведение в обвинительном заключении показаний обвиняемого в двух протоколах допроса – не может служить основанием для возвращения дела. Как следует из этих протоколов, С. при данных допросах лишь констатировал признание им вины в совершении кражи частично, других сведений протоколы не содержат. Неуказание в обвинительном заключении акта ревизии также не является основанием для возвращения дела, поскольку в соответствии со ст. 291 УПК РФ сторона обвинения может заявить ходатайство об исследовании в судебном заседании дополнительных доказательств, в том числе акта ревизии, имеющегося в материалах дела (Сковородинский районный суд).

 

Судами не всегда учитывалось, что не всякий недостаток обвинительного заключения (а только отвечающий указанным критериям) влечет возвращение дела прокурору.

 

Так, уголовное дело в отношении Л. возвращено прокурору в связи с тем, что в вводной части обвинительного заключения неверно указано имя обвиняемого – Евгений вместо Дмитрий. Суд признал, что обвинительное заключение составлено в отношении не обвиняемого, а иного лица.

Судебная коллегия отменила постановление суда, указав следующее. Вывод суда о том, что обвинительное заключение составлено в отношении не обвиняемого, а иного лица, ошибочен и не основан на материалах дела. В постановлении о возбуждении уголовного дела, постановлении о применении меры пресечения, постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и протоколе допроса в качестве обвиняемого указано имя обвиняемого – Дмитрий. Такие же сведения содержатся в копии документа, удостоверяющего личность обвиняемого. Согласно обвинительному заключению оно составлено в отношении обвиняемого по имени Дмитрий. В тексте заключения фамилия и инициалы обвиняемого указаны правильно. В списке лиц, подлежащих вызову в судебное заседание, указано имя обвиняемого – Дмитрий. И лишь только в приведенных в обвинительном заключении сведениях о личности обвиняемого его имя указано как Евгений. Согласно протоколу судебного заседания судом установлена личность подсудимого, в том числе его имя – Дмитрий, а также другие сведения о его личности – дата и место рождения, образование, место жительства, наличие судимости, и эти сведения соответствуют данным, приведенным в обвинительном заключении (Благовещенский районный суд).

 

Уголовное дело в отношении Б. возвращено прокурору, в том числе, в связи с тем, что в обвинительном заключении неверно указано место рождения обвиняемой.

Судебная коллегия отменила постановление суда, указав, что данная ошибка была устранена в судебном заседании самим судом при установлении личности подсудимой, и достоверно установлено место ее рождения – г. Есиль (Ивановский районный суд).

 

Уголовное дело в отношении С. и Д. возвращено прокурору, в том числе, в связи с тем, что в справке, приложенной к обвинительному заключению, не указаны соответствующие листы уголовного дела. Данное обстоятельство, с учетом объема уголовного дела, количества потерпевших, свидетелей, подсудимых, фактов преступлений, - суд признал препятствующим рассмотрению дела.

Судебная коллегия отменила постановление суда, указав, что данное нарушение не является существенным, способным воспрепятствовать рассмотрению дела, ограничить права участников производства по нему и исключить возможность постановления законного и обоснованного приговора (Свободненский городской суд).

 

Уголовное дело в отношении Н. возвращено прокурору, в том числе, в связи с тем, что в приложенном к обвинительному заключению списке лиц, подлежащих вызову в судебное заседание, не указан допрошенный по делу в качестве свидетеля обвинения Н.И., а также имеются неточности в нумерации листов дела.

Судебная коллегия отменила постановление суда по следующим основаниям.

Допущенные следователем ошибки при нумерации листов дела не свидетельствуют о нарушении прав участников процесса и не препятствуют рассмотрению дела судом.

Неуказание в названном списке свидетеля обвинения Н.И. также не препятствует рассмотрению дела, поскольку при необходимости сторона обвинения может заявить ходатайство о допросе этого свидетеля (Тындинский районный суд).

 

Мировой судья возвратил прокурору уголовное дело в отношении В., сославшись на то, что свидетели, допрошенные в ходе дознания по ходатайству стороны защиты, в приложенном к обвинительному акту списке лиц, подлежащих вызову в судебное заседание, указаны в качестве свидетелей обвинения. Как указал судья, данное нарушение не позволило в полной мере и верно определить порядок допроса свидетелей по данному делу, что может повлечь нарушение прав подсудимого и потерпевшего при разрешении дела. Это решение судья принял после нескольких дней судебного разбирательства, в ходе которого были допрошены около 20 свидетелей, в том числе те, на которых указано в постановлении о возвращении дела.

Суд апелляционной инстанции отменил постановление и направил дело на новое судебное разбирательство.

Судебная коллегия оставила без изменения постановление суда апелляционной инстанции, указав следующее.

По смыслу закона надлежащая подготовка уголовного дела к судебному разбирательству, обеспечение установленной законом процедуры судебного следствия, в том числе создание сторонам необходимых условий для осуществления их права представлять суду доказательства в предусмотренном законом порядке – возложены на председательствующего. Из материалов дела видно, какие именно свидетели допрошены в ходе дознания по инициативе стороны обвинения (дознавателя), а какие – по ходатайству защиты. Стороны с материалами дела ознакомлены, и указанное обстоятельство им известно. В обвинительном акте указаны доказательства (в том числе свидетельские показания), на которые ссылается сторона защиты, и приведено их содержание. При таких данных указание в списке к обвинительному акту свидетелей защиты как свидетелей обвинения не лишает сторону защиты возможности в судебном заседании указать эти доказательства (показания данных свидетелей) и определить очередность их исследования, а суд – возможности соблюсти надлежащую процедуру судебного следствия, в том числе обеспечить сторонам право допросить этих свидетелей в установленном законом порядке. С учетом изложенного приведенное указание в списке к обвинительному акту не может быть признано таким нарушением уголовно-процессуального закона, которое не устранимо в судебном разбирательстве и исключает возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного обвинительного акта (мировой судья Благовещенского городского судебного участка №7).

 

Согласно правовой позиции, выраженной в постановлении Конституционного Суда РФ от 8 декабря 2003 года № 18-П, если на досудебных стадиях производства по уголовному делу имели место существенные, не устранимые в судебном разбирательстве, нарушения норм уголовно-процессуального закона, в том числе нарушения прав участников процесса, то обвинительное заключение не может считаться составленным в соответствии с требованиями УПК РФ, что влечет возвращение дела прокурору.

 

Результаты обобщения свидетельствуют о том, что уголовные дела правильно возвращались прокурору в связи со следующими нарушениями.

 

Нарушение закона при возбуждении уголовного дела.

 

Уголовное дело в отношении З., обвиняемой по ч. 1 ст. 175 УК РФ, возвращено прокурору по следующим основаниям.

Согласно п. 11 ч. 1 ст. 448 УПК РФ решение о возбуждении уголовного дела в отношении депутата выборного органа местного самоуправления либо о привлечении его в качестве обвиняемого, если уголовное дело было возбуждено в отношении других лиц или по факту совершения деяния, содержащего признаки преступления, принимается руководителем следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по субъекту РФ.

З. является депутатом сельского Совета. Решения же о возбуждении уголовного дела в отношении нее и о привлечении ее в качестве обвиняемой приняты следователем органа внутренних дел (Мазановский районный суд).

 

Нарушение правил подследственности.

 

Уголовное дело в отношении Г., обвиняемого по п. «в» ч. 2 ст. 231 УК РФ, возвращено прокурору по следующим основаниям.

Согласно п. 5 ч. 2 ст. 151 УПК РФ предварительное следствие по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных ч. 2 ст. 231 УК РФ, производится следователями органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ.

Настоящее же дело возбуждено и расследовано следователем органа внутренних дел (Зейский районный суд).

 

Нарушение права обвиняемого на защиту.

 

Уголовное дело в отношении С. и П., обвиняемых по ч. 4 ст. 111 УК РФ, возвращено прокурору по следующим основаниям.

При производстве предварительного расследования один и тот же адвокат вначале защищал интересы С., а затем стал осуществлять защиту интересов П. Допрошенные на предварительном следствии С. и П. давали противоречащие друг другу показания об обстоятельствах преступления, в том числе действиях каждого из них при его совершении. Таким образом, их интересы противоречат друг другу. Согласно же п. 3 ч. 1 ст. 72 УПК РФ защитник не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он оказывает или ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им подозреваемого, обвиняемого.

Судебная коллегия постановление суда оставила без изменения (Селемджинский районный суд).

 

Нарушение права участников процесса на ознакомление с материалами уголовного дела по окончании предварительного расследования.

 

Уголовное дело в отношении К. возвращено прокурору в связи с нарушением права обвиняемого на ознакомление со всеми материалами дела (п. 12 ч. 1 ст. 47 УПК РФ).

Как видно из материалов дела, обвиняемый К. был ознакомлен с ними 25 мая 2008 года. В тот же день обвинительный акт был утвержден руководителем органа дознания и с уголовным делом направлен прокурору для утверждения. После утверждения обвинительного акта к материалам дела вместо другого документа был приобщен документ, датированный 26 мая 2008 года (Ивановский районный суд).

 

По уголовному делу в отношении В. аналогичным образом было нарушено право потерпевшего на ознакомление со всеми материалами дела (п. 12 ч. 2 ст. 42 УПК РФ).

Судом удовлетворено ходатайство потерпевшего о возвращении дела прокурору в связи с указанным нарушением (Ивановский районный суд).

 

В практике судов области имели место случаи правильного повторного возвращения дела прокурору в связи с ненадлежащим исполнением ранее принятого решения о возвращении дела, препятствующим его рассмотрению по существу.

 

Так, 21 февраля 2008 года суд возвратил прокурору уголовное дело в отношении Д., обвиняемого по ч. 1 ст. 105, ч. 1 ст. 119 и ч. 1 ст. 115 УК РФ, по следующим основаниям.

Ранее, 24 декабря 2007 года, данное дело было возвращено судом прокурору в связи с нарушениями закона, допущенными при предъявлении Д. обвинения и при составлении обвинительного заключения.

В соответствии с указаниями суда по делу было пересоставлено обвинительное заключение, однако обвинение Д. не перепредъявлено.

Таким образом, обвинение, изложенное в обвинительном заключении, не соответствует тому, которое приведено в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого. Данное обстоятельство исключает возможность рассмотрения дела по существу (Райчихинский городской суд).

 

Следует отметить, что повторное возвращение дела прокурору в подобных случаях ведет к затягиванию производства по делу, откладывает его рассмотрение по существу, а также увеличивает срок содержания обвиняемого под стражей до судебного разбирательства (в приведенном примере Д. содержался под стражей с 6 апреля 2007 года). Поэтому в каждом таком случае суду надлежит в соответствии с ч. 4 ст. 29 УПК РФ обсуждать вопрос о вынесении частного определения (постановления), в котором обращать внимание соответствующих должностных лиц на ненадлежащее исполнение ранее принятого судом решения о возвращении дела, в целях недопущения впредь указанных нарушений.

 

Вместе с тем судами не всегда учитывалось, что не любое нарушение закона в ходе досудебного производства и не каждый недостаток предварительного расследования влечет возвращение дела прокурору.

 

Так, суд возвратил прокурору уголовное дело в отношении Б., указав, что данные о личности обвиняемой, приведенные в обвинительном заключении, не соответствуют материалам дела, в которых отсутствуют данные о личности Б.: характеристика, сведения о судимости, доказательства изменения фамилии обвиняемой с Д. на Б.

Судебная коллегия отменила постановление суда, указав следующее. Выводы суда не соответствуют материалам дела. Как следует из постановления об установлении обстоятельств, подлежащих доказыванию, в ходе предварительного следствия обвиняемая Д. заключила брак и изменила фамилию на Б. В материалах дела имеются копии паспортов на имя Д. и Б., из которых следует, что это одно и то же лицо. В копии паспорта на имя Б. указано, что она 13 октября 2007 года (через семь месяцев после совершения преступления) вступила в брак. В деле имеется характеристика на имя Д. с указанием ее места работы и должности. При установлении личности подсудимой Б. в судебном заседании выяснены ее место работы и должность – те же, которые указаны в характеристике на имя Д. В деле имеются требования о судимости на имя Д., которые относятся к Б., поскольку, как установлено, Д. и Б. – одно и то же лицо (Зейский районный суд).

 

Уголовное дело в отношении А. и Р., обвиняемых по ч. 4 ст. 111 УК РФ, возвращено прокурору по мотиву нарушения прав потерпевшего на предварительном следствии. В обоснование этого суд указал, что при наличии у погибшего детей следователь признал потерпевшим представителя органа социальной защиты населения.

Судебная коллегия отменила постановление суда по следующим основаниям.

Вывод суда о несоблюдении следствием положений ч. 8 ст. 42 УПК РФ является верным.

Вместе с тем суд, установив, что у погибшего имеются дети, в соответствии с ч. 1 ст. 42 УПК РФ вправе принять решение о признании потерпевшим одного или каждого из них и создать условия для реализации ими прав потерпевшего, в том числе права на предъявление гражданского иска.

Таким образом, допущенное нарушение устранимо в судебном разбирательстве.

Кроме того, по данному делу никто из близких родственников погибшего не заявлял о нарушении его прав в ходе досудебного производства. Ходатайство же о возвращении дела прокурору по мотиву нарушения прав потерпевшего было заявлено в суде адвокатами подсудимых, хотя это не входит в полномочия защитника (Зейский районный суд).

 

Уголовное дело в отношении К., обвиняемого по ч. 2 ст. 264 УК РФ, возвращено прокурору, в том числе, в связи с тем, что следователь не рассмотрел ходатайство потерпевшей о прекращении уголовного дела в отношении К. за примирением сторон. Данное обстоятельство суд признал нарушением прав потерпевшей и обвиняемого.

Судебная коллегия отменила постановление суда по следующим основаниям.

Согласно ст. 25 УПК РФ уголовное дело за примирением сторон может быть прекращено не только следователем, но и судом.

Таким образом, нерассмотрение следователем ходатайства потерпевшей не является существенным нарушением уголовно-процессуального закона и не исключает возможность рассмотрения дела судом по существу (Мазановский районный суд).

 

В ряде случаев решения судов о возвращении дела прокурору не отвечали предписаниям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, согласно которым определения и постановления суда должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

С учетом приведенных требований закона, решение суда о возвращении дела прокурору (по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ) обязательно должно содержать мотивированные выводы суда о том, какие именно нарушения закона допущены в досудебном производстве по уголовному делу, почему эти нарушения существенны, не устранимы в судебном разбирательстве и исключают возможность рассмотрения дела по существу.

 

Так, возвращая прокурору уголовное дело в отношении М. и Б., суд в обоснование принятого решения ограничился лишь указанием на то, что обвинительное заключение исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения (Райчихинский городской суд).

 

Подобные нарушения были допущены и по другим уголовным делам: по делу в отношении Б. (Благовещенский городской суд), по делу в отношении Б. (Свободненский городской суд), по делам в отношении Б. и С. (мировой судья Завитинского районного судебного участка).

 

Кроме того, возвращая дело прокурору, суд не вправе делать выводов о совершении обвиняемым преступления, поскольку это противоречит конституционному принципу презумпции невиновности (ст. 49 Конституции РФ).

 

Решения судов о возвращении дела прокурору не во всех случаях соответствовали данному требованию закона.

 

Так, в приведенном примере Райчихинский городской суд указал в постановлении о возвращении дела прокурору, что обвиняемый М. совершил грабеж, а обвиняемый Б. нанес побои потерпевшему С.

 

Возвращая прокурору уголовное дело в отношении Г., обвиняемой по ч. 1 ст. 127 УК РФ, суд указал в постановлении, что Г. умышленно незаконно лишила человека свободы.

В обоснование принятого решения суд сослался на то, что в процессе рассмотрения уголовного дела не установлен способ совершения преступления, место изоляции и время лишения свободы потерпевшей, что ставит под сомнение вину подсудимой в совершении преступления.

Такое обоснование возвращения дела прокурору не основано на законе, поскольку неустранимые сомнения в виновности обвиняемого влекут не возвращение дела, а другие юридические последствия (постановление оправдательного приговора либо признание обвиняемого виновным в части обвинения, доказанность которой не вызывает сомнение) (мировой судья Бурейского районного судебного участка №1).

 

Ряд решений судов о возвращении дела прокурору содержат сведения, не имеющие отношения к существу принятого судом решения.

 

Так, уголовное дело в отношении Д., обвиняемого по ч. 2 ст. 199-1 УК РФ, возвращено прокурору в связи с ненадлежащим описанием обстоятельств преступления в обвинительных документах, а также нарушением права обвиняемого на ознакомление с материалами дела по окончании предварительного расследования  и неразъяснением ему прав, предусмотренных ч. 5 ст. 217 УПК РФ.

Вместе с тем в постановлении суда на десяти листах подробно приведены доказательства, исследованные в судебном заседании, в том числе показания подсудимого, свидетелей, заключения экспертов и специалистов, хотя они не имеют отношения к основаниям, по которым дело возвращено прокурору (Бурейский районный суд).

 

Подобная ошибка допущена Свободненским городским судом по уголовному делу в отношении Б., обвиняемой по ч. 1 ст. 290 УК РФ.  

 

Анализ допущенных судами ошибок свидетельствует о необходимости дальнейшего постоянного и глубокого изучения судьями действующего законодательства и решений Конституционного Суда РФ, регулярного обращения к судебной практике вышестоящих судов, повышения профессионального уровня судей.

 

Ответы на вопросы, поступившие из судов области.

 

Вопрос 1: является ли основанием для возвращения дела прокурору непривлечение законного представителя несовершеннолетнего обвиняемого к участию в досудебном производстве по уголовному делу?

Ответ: по смыслу закона (ст. 426 УПК РФ) несовершеннолетний обвиняемый имеет право на участие в досудебном производстве по уголовному делу его законного представителя, который должен быть допущен к участию в деле следователем, дознавателем. Поэтому недопущение законного представителя к участию в досудебном производстве по уголовному делу следует рассматривать как существенное нарушение прав несовершеннолетнего обвиняемого, влекущее возвращение дела прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

 

Вопрос 2: является ли основанием для возвращения дела прокурору проведение дополнительного расследования после возвращения дела судом при отсутствии постановления прокурора о направлении дела на дополнительное расследование?

Ответ: согласно ст. 237 УПК РФ уголовное дело для устранения препятствий его рассмотрения возвращается судом прокурору. В силу ст. 221 УПК РФ прокурор по поступившему уголовному делу принимает одно из предусмотренных законом решений, в том числе (при наличии к тому оснований) выносит мотивированное постановление о возвращении дела следователю для производства дополнительного следствия, изменения объема обвинения либо квалификации действий обвиняемых или пересоставления обвинительного заключения и устранения выявленных недостатков со своими письменными указаниями. Анализ приведенных положений закона свидетельствует о том, что в случае, когда уголовное дело возвращено судом прокурору для устранения нарушений закона, допущенных в стадиях, предшествовавших выполнению требований ст. ст. 215-217 УПК РФ, и для их устранения требуется проведение следственных и иных процессуальных действий, прокурором должно быть вынесено мотивированное постановление о направлении дела следователю для производства следственных и иных процессуальных действий, направленных на устранение выявленных нарушений. Отсутствие такого постановления прокурора свидетельствует о несоблюдении процедуры производства по уголовному делу и влечет его возвращение прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

 

Вопрос 3: является ли основанием для возвращения дела прокурору отсутствие согласия руководителя следственного органа на направление следователем прокурору уголовного дела с обвинительным заключением (ч. 6 ст. 220 УПК РФ) и в какой форме должно быть выражено такое согласие?

Ответ: согласно ч. 6 ст. 220 УПК РФ (в редакции Федерального закона от 2 декабря 2008 года № 226-ФЗ) после подписания следователем обвинительного заключения уголовное дело с согласия руководителя следственного органа направляется прокурору. В силу ст. 221 УПК РФ прокурор по поступившему от следователя уголовному делу (при отсутствии оснований для принятия другого решения) утверждает обвинительное заключение и направляет дело в суд. Анализ приведенных положений закона свидетельствует о том, что обвинительное заключение приобретает юридическую силу после его подписания следователем, получения согласия руководителя следственного органа на направление дела с обвинительным заключением прокурору и утверждения этого заключения прокурором. Такое согласие руководителя следственного органа должно быть выражено в письменной форме (непосредственно в тексте обвинительного заключения либо в виде отдельного документа). С учетом изложенного, отсутствие письменного согласия руководителя следственного органа на направление дела с обвинительным заключением прокурору свидетельствует о несоответствии обвинительного заключения требованиям уголовно-процессуального закона и является основанием для возвращения дела прокурору (п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ).

Вместе с тем следует иметь в виду, что согласно ст. 4 УПК РФ при производстве по уголовному делу применяется уголовно-процессуальный закон, действующий во время производства соответствующего процессуального действия или принятия процессуального решения, если иное не установлено УПК РФ. Поэтому согласие руководителя следственного органа на направление следователем прокурору уголовного дела с обвинительным заключением обязательно в случаях, когда соответствующее процессуальное действие (направление дела с обвинительным заключением прокурору) произведено после внесения изменения в ч. 6 ст. 220 УПК РФ указанным Федеральным законом от 2 декабря 2008 года, то есть с 16 декабря 2008 года.

 

Вопрос 4: возможно ли возвращение дела прокурору, когда государственный обвинитель в прениях сторон заявил ходатайство об этом?

Ответ: как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 14 постановления №1 от 5 марта 2004 года, в тех случаях, когда существенное нарушение закона, допущенное в досудебной стадии и являющееся препятствием к рассмотрению уголовного дела, выявлено при судебном разбирательстве, суд, если он не может устранить такое нарушение самостоятельно, по ходатайству сторон или по своей инициативе возвращает дело прокурору для устранения указанного нарушения.

Заявление и разрешение ходатайств в прениях сторон положениями главы 38 УПК РФ не предусмотрено.

Согласно ст. 294 УПК РФ, если участники прений сторон или подсудимый в последнем слове сообщат о новых обстоятельствах, имеющих значение для уголовного дела, то суд вправе возобновить судебное следствие.

С учетом изложенного, в случае, если после окончания судебного следствия суд придет к выводу о необходимости рассмотреть вопрос о возвращении дела прокурору, он должен возобновить судебное следствие, заслушать мнения сторон по указанному вопросу и принять соответствующее решение.

 

Вопрос 5: каков порядок продления срока содержания обвиняемого под стражей на основании ч. 3 ст. 237 УПК РФ (в редакции Федерального закона от 2 декабря 2008 года № 226-ФЗ)?

Ответ: указанным Федеральным законом в ч. 3 ст. 237 УПК РФ внесено дополнение, согласно которому при необходимости судья продлевает срок содержания обвиняемого под стражей для производства следственных и иных процессуальных действий с учетом сроков, предусмотренных ст. 109 УПК РФ.

Из содержания приведенной нормы Закона следует, что в данном случае речь идет о сроке содержания обвиняемого под стражей в период досудебного производства по делу, поэтому исчисление указанного срока производится по правилам, предусмотренным ст. 109 УПК РФ. Этот срок исчисляется с момента, указанного в ч. ч. 9 и 10 ст. 109 УПК РФ, до момента поступления дела в суд и с момента поступления дела в следственный орган в соответствии с решением суда для устранения допущенных нарушений.

В этот срок не засчитывается время содержания обвиняемого под стражей с момента поступления дела в суд и до момента его поступления в следственный орган (исчисление и продление данного срока осуществляется в порядке, предусмотренном ст. 255 УПК РФ).

Продолжительность срока содержания обвиняемого под стражей при возвращении дела прокурору определяется судом в каждом конкретном случае с учетом обстоятельств дела, в том числе объема процессуальных действий, необходимых для устранения допущенных нарушений. Этот срок должен быть разумным и достаточным для устранения допущенных нарушений и, вместе с тем, не приводить к неоправданно длительному содержанию обвиняемого под стражей. При этом должны учитываться положения ст. 109 УПК РФ о предельных сроках содержания обвиняемых под стражей (в зависимости от категории преступления). Дату, до которой продлевается содержание обвиняемого под стражей, в решении суда о возвращении дела прокурору указывать не следует, поскольку на момент принятия этого решения не известна дата поступления дела в следственный орган для устранения нарушений.

Продление указанного срока может быть осуществлено как по ходатайству стороны, так и по инициативе суда.

Например, Иванов, обвиняемый по п.п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, содержится под стражей, и срок содержания его под стражей с момента задержания до момента поступления дела в суд составляет два месяца. Суд принял решение возвратить дело в отношении него прокурору, признав, что для устранения допущенных нарушений достаточно десяти суток, и не усмотрев оснований для изменения ему меры пресечения. В этом случае решение о мере пресечения обвиняемого в резолютивной части постановления суда должно быть изложено следующим образом: «Меру пресечения обвиняемому Иванову оставить прежнюю – содержание под стражей и продлить срок содержания его под стражей для производства следственных и иных процессуальных действий на десять суток со дня поступления дела в следственный орган, а всего до двух месяцев десяти суток».

Дальнейшее продление срока содержания обвиняемого под стражей в период досудебного производства по делу (при наличии к тому оснований) осуществляется в порядке, предусмотренном ст. 109 УПК РФ, и с учетом Постановления Конституционного Суда РФ от 22 марта 2005 года № 4-П.

 

Вопрос 6: вправе ли прокурор направить в суд уголовное дело в отношении обвиняемого, содержащегося под стражей, без приложения сведений о вручении ему копии обвинительного заключения, и как в этом случае должен поступить судья? При невозможности вручения обвиняемому копии обвинительного заключения должен ли прокурор, кроме соответствующего сообщения, представить суду доказательства, подтверждающие невозможность вручения копии обвинительного заключения? Должен ли суд сам вручить обвиняемому копию обвинительного заключения, если обязанность такого вручения прокурором не выполнена либо если обвиняемый отказался получить обвинительное заключение от прокурора, но согласился получить его в суде?

Ответ: согласно ч. ч. 1 и 3 ст. 222 УПК РФ после утверждения обвинительного заключения прокурор направляет уголовное дело в суд. В случае, если обвиняемый содержится под стражей, копия обвинительного заключения с приложениями вручается ему по поручению прокурора администрацией места содержания под стражей под расписку, которая представляется в суд с указанием даты и времени вручения. По смыслу приведенных положений закона прокурор обязан принять меры к вручению копии обвинительного заключения обвиняемому, содержащемуся под стражей, после чего направить дело в суд с распиской обвиняемого о получении им копии обвинительного заключения. В случае невыполнения прокурором этой обязанности (при отсутствии в поступившем в суд деле расписки обвиняемого о получении обвинительного заключения и при отсутствии обстоятельств, указанных в ч. 4 ст. 222 УПК РФ) судье надлежит назначить предварительное слушание для решения вопроса о возвращении дела прокурору по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 237 УПК РФ.

Согласно ст. 222 УПК РФ вручение обвиняемому копии обвинительного заключения является обязанностью прокурора, а не суда. Неисполнение прокурором этой обязанности является основанием для возвращения дела судом прокурору (п. 2 ч. 1 ст. 237 УПК РФ). Вместе с тем не исключается возможность устранения стороной обвинения допущенного нарушения в стадии досудебного производства по уголовному делу, например, путем вручения прокурором обвиняемому копии обвинительного заключения на предварительном слушании (см. Определение Конституционного Суда РФ от 21 декабря 2004 года № 389-О).

Согласно ч. 4 ст. 222 УПК РФ, если обвиняемый отказался от получения копии обвинительного заключения либо не явился по вызову или иным образом уклонился от получения копии обвинительного заключения, то прокурор направляет уголовное дело в суд с указанием причин, по которым копия обвинительного заключения не была вручена обвиняемому. В силу п. 2 ч. 1 ст. 237 УПК РФ невручение обвиняемому копии обвинительного заключения влечет возвращение дела прокурору, за исключением случаев, если суд признает законным и обоснованным решение прокурора, принятое им в порядке, установленном ч. 4 ст. 222 УПК РФ. С учетом приведенных требований закона, прокурор обязан не только сообщить суду причины невозможности вручения обвиняемому копии обвинительного заключения, но и представить суду конкретные фактические данные, свидетельствующие о наличии таких причин. В противном случае решение прокурора, указанное в ч. 4 ст. 222 УПК РФ, не может быть признано законным и обоснованным.

Уголовно-процессуальный закон не исключает возможности вручения копии обвинительного заключения обвиняемому, ранее отказавшемуся от ее получения, в стадии судебного производства по уголовному делу по просьбе самого обвиняемого.

 

Судебная коллегия по уголовным делам

Амурского областного суда.

опубликовано 25.03.2010 08:58 (МСК)