Arms
 
развернуть
 
675000, г. Благовещенск, ул. Шевченко, д. 6
Тел.: (4162) 51-34-27
oblsud.amr@sudrf.ru
схема проезда
675000, г. Благовещенск, ул. Шевченко, д. 6Тел.: (4162) 51-34-27oblsud.amr@sudrf.ru
ДОКУМЕНТЫ СУДА
Обзор апелляционной практики за 2015 год

Рассмотрено президиумом

Амурского областного суда

15 марта 2015 года

ОБОБЩЕНИЕ

апелляционной практики судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда за 2015 год

1. Общие сведения

1.1. Анализ деятельности судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда (статистические данные)

В 2015 году в судебную коллегию по уголовным делам Амурского областного суда поступило для рассмотрения по апелляционным жалобам и представлениям на не вступившие в законную силу судебные решения 2194 дела, что на 234 или 11,9% больше, чем в 2014 году (в 2014 году для рассмотрения в судебную коллегию по уголовным делам Амурского областного суда поступило 1960 дел).

Судебной коллегией рассмотрено в апелляционном порядке по жалобам и представлениям 2120 дел в отношении 2256 лиц (что на 221 дело или 11,6% больше, чем в 2014 году, когда было рассмотрено 1899 дел в отношении 2030 лиц).

Возвращено в суды без рассмотрения по различным основаниям 70 дел (в 2014 году 54 дела).

Направлено на дооформление 46 дел (в 2014 году 32 дела).

Дела возвращались на дооформление в 12 судов: в Белогорский городской суд – 13 дел, Свободненский городской суд – 8 дел, Благовещенский городской суд – 6 дел, Шимановский районный суд – 3 дела, Ивановский, Тамбовский, Сковородинский районные суды – по 2 дела, Райчихинский городской, Архаринский, Бурейский, Завитинский, Константиновский, Магдагачинский, Михайловский, Октябрьский, Селемджинский, Тындинский районные суды – по 1 делу.

Дела возвращались в суды ввиду ненадлежащего выполнения требований ст. 389.6, 389.7 УПК РФ, связанных с принятием жалоб, соблюдением прав участников процесса.

56 человек освобождены из-под стражи в апелляционной инстанции (в 2014 году – 17).

За отчётный период судебной коллегией вынесено 10 частных определений (постановлений).

Средняя нагрузка на одного судью в апелляционной инстанции за 2015 год составила 78,2 дела (в 2014 год 65,1 дела).

В течение 2015 года президиумом Амурского областного суда отменено (изменено) 8 определений (постановлений) суда апелляционной инстанции (в 2014 году – 11).

Стабильность решений суда апелляционной инстанции составляет 99,6% (в 2014 году – 99,4%).

Дела в апелляционном порядке назначались к рассмотрению в установленный законом срок.

1.2. Стабильность приговоров (иных решений по существу дела) районных судов, постановлений районных судов и областного суда, обжалованных в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Амурского областного суда

В 2015 году в апелляционном порядке обжаловано 698 приговоров (и других решений по существу дела) в отношении 802 лиц, что на 43 приговора (иных судебных решений) или 6,6% больше, чем в предыдущем году (в 2014 году обжаловано 655 приговоров (и других решений по существу дела) в отношении 765 лиц).

Оставлено без изменения 495 приговоров и других решений по существу дела в отношении 554 лиц, т.е. стабильность составила 70,9% (в делах) и 69,1% (в лицах) (в 2014 году оставлены без изменения 476 приговоров и других решений по существу дела в отношении 533 лиц, соответственно, стабильность составляла 72,7% (в делах) и 69,7% (в лицах)).

Отменено 45 приговоров (иных решений по существу дела) в отношении 57 лиц, т.е. 6,4% (в делах) и 7,1% (в лицах) (в 2014 году отменено 39 приговоров (иных решений по существу дела) в отношении 58 лиц, соответственно 5,6% и 7,6%).

Изменено 158 приговоров (иных решений по существу дела) в отношении 191 лица, т.е. 22,6% (в делах) и 23,8% (в лицах) (в 2014 году изменено 140 приговоров (иных решений по существу дела) в отношении 174 лиц, соответственно, 21,4% и 22,7%).

В 2015 году в апелляционном порядке не изменялись и не отменялись приговоры (иные решения по существу дела), постановленные Благовещенским районным судом (показатель стабильности 100%).

Выше среднеобластного показатель стабильности обжалованных в апелляционном порядке приговоров (иных решений по существу дела) в Ивановском и Октябрьском районных судах – 83,3%, Зейском районном суде – 82,6%, Константиновском районном суде – 81,8%, Завитинском районном и Райчихинском городском судах – 80%, Благовещенском городском суде – 75,6%, Магдагачинском районном суде – 75%, Тамбовском районном суде – 74,1%.

Значительно ниже среднеобластного показателя стабильность в Ромненском районном суде – 37,5%, Архаринском районном суде – 47,6%, Шимановском районном суде – 47,8%, Бурейском районном суде – 53,3%, Мазановском районном суде – 58,3%.

Обжаловано в апелляционном порядке 1443 постановления районных судов и областного суда в отношении 1477 лиц, что на 199 постановлений или 16 % больше, чем в 2014 году (в 2014 году рассмотрено 1244 постановления в отношении 1265 лиц).

Оставлено без изменения 1226 постановлений в отношении 1244 лиц, стабильность составила 86,2% (в делах) и 85,5% (в лицах) (в 2014 году – 87,9% (в делах) и 87,5 % (в лицах)).

2. Основания отмены (изменения) приговоров, иных решений районных судов и областного суда, обжалованных в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Амурского областного суда

2.1 Вопросы уголовного права

Вопросы квалификации

2.1.1 Действия должностного лица, которое из корыстной или иной личной заинтересованности совершает входящие в круг его должностных полномочий действия при отсутствии обязательных условий или оснований для их совершения, инициируя выдачу водительского удостоверения лицам, не сдавшим обязательный экзамен, квалифицируются как злоупотребление должностными полномочиями

Приговором Благовещенского городского суда Амурской области от 6 апреля 2015 года С. осуждён по ч. 1 ст. 286 УК РФ, ч. 1 ст. 286 УК РФ, ч. 1 ст. 286 УК РФ, ч. 1 ст. 286 УК РФ, ч. 1 ст. 286 УК РФ, ч. 1 ст. 286 УК РФ, с применением ч. 2 ст. 69 и ст. 73 УК РФ УК РФ к пяти годам лишения свободы условно с испытательными сроком три года.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Амурской области от 2 июля 2015 года приговор в отношении С. отменён, уголовное дело возвращено прокурору г. Благовещенска для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Основанием для принятия вышеуказанного решения послужило следующее.

Как следует из приговора, С. признан виновным и осуждён за превышение должностных полномочий (шесть преступлений), то есть за совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов государства.

Судом установлено, что С. признан виновным в том, что 24 февраля, 19-20 июля, 2-3 августа, 29 сентября, 27-28 декабря 2012 года, являясь старшим государственным инспектором безопасности дорожного движения отделения приёма квалификационных экзаменов межрайонного экзаменационного отдела государственной инспекции безопасности дорожного движения УМВД России по Амурской области, приступив к исполнению своих должностных обязанностей, достоверно зная, что Б.С.В., Г., Б.П.В., О., Р., И, значившиеся в списках учащихся учебных групп как прошедшие обучение, для сдачи экзамена не явились, несмотря на их отсутствие на экзамене, не проверив их знания в установленном порядке путём приёма у данных лиц теоретического и двух этапов практического экзаменов, в нарушение требований действующего законодательства, намеренно указал в официальных документах - бланке экзаменационного листа и в экзаменационных листах заведомо ложные сведения о том, что вышеуказанные лица успешно сдали теоретический и два этапа практических экзаменов, что в последующем послужило основанием для выдачи указанным лицам водительских удостоверений на право управления транспортным средством. В результате умышленного превышения должностных полномочий старшим государственным инспектором безопасности дорожного движения УГИБДД УМВД России по Амурской области капитаном полиции С. были существенно нарушены права и законные интересы граждан, так как это создало угрозу участникам дорожного движения со стороны лица, управляющего транспортным средством без теоретических знаний и практических навыков, нарушило право на безопасные условия движения по дорогам РФ, а также охраняемые законом интересы МВД РФ.

Давая юридическую оценку действиям С., суд указал, что С., являясь должностным лицом, совершил действия, явно выходящие за пределы его полномочий, которые никто и ни при каких обстоятельствах не вправе совершать.

Однако такой вывод суда противоречит установленным в судебном заседании фактическим обстоятельствам дела, из которых следует, что С. в силу своих должностных полномочий не только был вправе, но и обязан был осуществлять приём квалификационных экзаменов у кандидатов в водители при выполнении кандидатами обязательных условий, необходимых для их допуска к экзамену.

Согласно п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16 октября 2009 года № 19 действия должностного лица, которое из корыстной или иной личной заинтересованности совершает входящие в круг его должностных полномочий действия при отсутствии обязательных условий или оснований для их совершения (например, выдача водительского удостоверения лицам, не сдавшим обязательный экзамен; приём на работу лиц, которые фактически трудовые обязанности не исполняют; освобождение командирами (начальниками) подчиненных от исполнения возложенных на них должностных обязанностей с направлением для работы в коммерческие организации либо для обустройства личного домовладения должностного лица) должны квалифицироваться как злоупотребление должностными полномочиями.

По смыслу ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, изменение обвинения допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

С учётом данной нормы права суд не вправе вносить уточнения, выходя за рамки указанного в обвинительном заключении существа обвинения.

Учитывая, что такие же противоречия (несоответствие фактических обстоятельств совершения преступления С. юридической оценке его действий) допущены органами следствия при вынесении постановления о привлечении в качестве обвиняемого и составлении обвинительного заключения, судебная коллегия пришла к выводу о том, что постановление о привлечении в качестве обвиняемого и обвинительное заключение по данному уголовному делу составлены с нарушением требований УПК РФ, исключающим возможность постановления приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Апелляционное постановление № 22-1057/15 от 2 июля 2015 года

2.1.2 Лицо незаконно осуждено за хранение и сбыт патронов к гражданскому огнестрельному гладкоствольному длинноствольному оружию

Приговором Благовещенского городского суда Амурской области от 15 декабря 2014 года Ж. осуждён по п. «а» ч. 3 ст. 226 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к трём годам лишения свободы, по ч. 2 ст. 222 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года № 162-ФЗ) с применением ст. 64 УК РФ к одному году лишения свободы.

Окончательное наказание Ж. назначено в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенных наказаний, - в виде трёх лет шести месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Этим же приговором осуждены М. и Р.: М. по п. «а» ч. 3 ст. 226 УК РФ, ч. 5 ст. 69 УК РФ к трём годам шести месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима; Р. по п. «а» ч. 3 ст. 226 УК РФ, ч. 2 ст. 222 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года № 162-ФЗ), ч. 3 ст. 69 УК РФ, ч. 5 ст. 74 УК РФ, ст. 70 УК РФ к трём годам девяти месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Ж., Р. и М. признаны виновными и осуждены за хищение огнестрельного оружия – среднествольного гладкоствольного огнестрельного ружья 12 калибра «Сайга-12К» и боеприпасов – 27 патронов 12 калибра, ручной гранаты РГ-42 с взрывателем УЗРГМ, группой лиц по предварительному сговору.

Ж и Р., кроме того, признаны виновными и осуждены за незаконные хранение и сбыт огнестрельного оружия – среднествольного гладкоствольного огнестрельного ружья 12 калибра «Сайга-12К» и боеприпасов – 27 патронов 12 калибра, а также за незаконное хранение ручной гранаты РГ-42 с взрывателем УЗРГМ, группой лиц по предварительному сговору.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 24 февраля 2015 года приговор в отношении Ж. изменён, в том числе, в связи с незаконным его осуждением по ч. 2 ст. 222 УК РФ за незаконные хранение и сбыт патронов к гражданскому огнестрельному гладкоствольному длинноствольному оружию.

В обоснование принятого решения судебная коллегия указала следующее.

Как следует из приговора, Ж. осуждён по ч. 2 ст. 222 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года № 162-ФЗ), в том числе, за незаконные хранение и сбыт боеприпасов – 27 патронов 12 калибра.

Согласно заключению комплексной химической и баллистической экспертизы, представленные на экспертизу патроны относятся к боеприпасам к гражданскому гладкоствольному длинноствольному оружию 12 калибра.

Федеральным законом «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации» от 21 июля 2004 года № 73-ФЗ в часть 1 статьи 222 УК РФ внесены изменения, согласно которым исключена уголовная ответственность за незаконные приобретение, передачу, сбыт, хранение, перевозку или ношение боеприпасов к гражданскому гладкоствольному оружию.

Кроме этого, на основе анализа приведённых в приговоре доказательств судебная коллегия пришла к выводу о том, что действия по незаконному хранению и сбыту ружья и патронов совершал один Ж.

Учитывая изложенное, а также в связи с добровольной выдачей Ж. ручной гранаты РГ-42 с взрывателем УЗРГМ судебная коллегия изменила приговор, исключила осуждение Ж. по ч. 2 ст. 222 УК РФ за незаконные хранение и сбыт боеприпасов – 27 патронов 12 калибра; на основании примечания к ст. 222 УК РФ освободила Ж. от уголовной ответственности по ч. 2 ст. 222 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года № 162-ФЗ) за незаконное хранение боеприпасов - ручной гранаты РГ-42 с взрывателем УЗРГМ; переквалифицировала действия Ж. по факту незаконных хранения и сбыта оружия с ч. 2 ст. 222 УК РФ (в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года № 162-ФЗ) на ч. 1 ст. 222 УК РФ, по которой назначила Ж. наказание в виде десяти месяцев лишения свободы.

Окончательное наказание назначено Ж. на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 226 УК РФ, ч. 1 ст. 222 УК РФ, путём частичного сложения наказаний, - в виде трёх лет трёх месяцев лишения свободы.

Апелляционное определение № 22-250/15 от 24 февраля 2015 года

2.1.3 Уголовная ответственность по ст. 318 УК РФ за применение насилия в отношении представителя власти наступает лишь при условии, если такое насилие было применено в связи с исполнением представителем власти своих должностных обязанностей

Приговором Бурейского районного суда Амурской области от 31 октября 2014 года Щ. осуждён по ч. 1 ст. 318 УК РФ к двум годам лишения свободы. В соответствии с ч. 4 ст. 74, ст. 70 УК РФ к назначенному наказанию частично присоединено неотбытое наказание по приговору от 30 декабря 2013 года, окончательно Щ. назначено наказание в виде трёх лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Щ. признан виновным и осуждён за применение насилия, не опасного для здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением последним своих должностных обязанностей.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 14 апреля 2015 года приговор изменён в связи с неправильным применением судом уголовного закона при квалификации действий осуждённого.

Суд, установив, что Щ. умышленно нанёс потерпевшему М. не менее трёх ударов руками в грудь и не менее одного удара коленом правой ноги в левое бедро, причинив тем самым М. физическую боль, а также ушиб мягких тканей на внутренней поверхности нижней трети левого бедра, которые не повлекли за собой кратковременное расстройство здоровья, указал в приговоре, что данное насилие, не опасное для здоровья, было применено осуждённым в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Однако данные выводы не основаны на материалах уголовного дела, и приговор суда не содержит доказательств, которые свидетельствовали бы о том, что совершение осуждённым насильственных действий, причинивших физическую боль М. - главе «…» сельсовета «…» района Амурской области, как-то связано с исполнением последним своих должностных обязанностей.

То обстоятельство, что потерпевший является главой сельсовета, а также высказывание осуждённым во время совершения насильственных действий в отношении М. в числе прочего и недовольства деятельностью М. как главой сельсовета не может свидетельствовать о том, что побои осуждённый причинял потерпевшему в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Поскольку уголовная ответственность по ст. 318 УК РФ за применение насилия в отношении представителя власти наступает только в случае противодействия его (представителя власти) законной деятельности, либо в случае применения насилия в отношении представителя власти по мотивам мести за действия, связанные с исполнением им своих должностных обязанностей, а высказывания Щ. при применении насильственных действий в отношении потерпевшего М. о недовольстве его деятельностью не выходили за рамки сугубо неприязненных отношений, то квалификация судом действий Щ. по ч. 1 ст. 318 УК РФ является неверной.

Учитывая изложенное, наличие в материалах уголовного дела заявления потерпевшего М. о привлечении Щ. к уголовной ответственности за причинение ему телесных повреждений, а также то обстоятельство, что судом установлен факт совершения Щ. в отношении М. насильственных действий, причинивших последнему физическую боль, действия Щ. переквалифицированы судом апелляционной инстанции с ч. 1 ст. 318 УК РФ на ч. 1 ст. 116 УК РФ – совершение насильственных действий, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 УК РФ, по которой Щ. назначено наказание в виде в виде трёх месяцев исправительных работ с удержанием в доход государства 10 % из заработной платы осуждённого.

Учитывая обстоятельства совершённого Щ. преступления, судебная коллегия не усмотрела оснований для сохранения в отношении него условного осуждения по приговору Бурейского районного суда Амурской области от 30 декабря 2013 года, в связи с чем на основании ч. 4 ст. 74 УК РФ отменила условное осуждение Щ. и назначила ему окончательное наказание в соответствии со ст. 70, 71 УК РФ, путём частичного присоединения к наказанию, назначенному по настоящему делу, не отбытого наказания по приговору от 30 декабря 2013 года – в виде двух лет одного месяца лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Апелляционное постановление № 22-535/15 от 14 апреля 2015 года

Вопросы назначения наказания

2.1.4 Наказание в виде лишения свободы может быть назначено осуждённому, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63УК РФ, за исключением преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 228, ч. 1 ст. 231 и ст. 233 УК РФ, или если лишение свободы санкцией статьи предусмотрено как единственный вид наказания за данное преступление

Приговором Благовещенского городского суда Амурской области от 15 декабря 2014 года Т., ранее не судимый, осуждён по ч. 1 ст. 150 УК РФ, пп. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 150 УК РФ, пп. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 150 УК РФ, ч. 1 ст. 175 УК РФ, ч. 2 ст. 69 УК РФ, ст. 73 УК РФ к трём годам лишения свободы условно с испытательным сроком два года.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 12 марта 2015 года по апелляционному представлению государственного обвинителя приговор изменён ввиду неправильного применения судом уголовного закона при назначении Т. наказания.

Так, назначив Т. наказание по ч. 1 ст. 175 УК РФ в виде шести месяцев лишения свободы, суд не учёл, что в соответствии с ч. 1 ст. 56 УК РФ наказание в виде лишения свободы может быть назначено осуждённому, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, за исключением преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 228, ч. 1 ст. 231 и ст. 233 УК РФ, или если лишение свободы санкцией статьи предусмотрено как единственный вид наказания за данное преступление.

В силу ч. 2 ст. 15 УК РФ предусмотренное ч. 1 ст. 175 УК РФ преступление является преступлением небольшой тяжести, отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено, а санкция ч. 1 ст. 175 УК РФ кроме лишения свободы предусматривает возможность назначения иного, более мягкого наказания.

С учётом этого приговор изменён, за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 175 УК РФ, Т. назначено наказание в виде исправительных работ на срок восемь месяцев с удержанием 10 % из заработной платы осуждённого в доход государства.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 150 УК РФ, п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 150 УК РФ, п. «а», «б», «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ч. 1 ст. 150 УК РФ, ч. 1 ст. 175 УК РФ, путём частичного сложения наказаний Т. назначено наказание в виде двух лет одиннадцати месяцев лишения свободы.

В силу ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком два года.

Апелляционное постановление № 22-388/15 от 12 марта 2015 года

Приговором Райчихинского городского суда Амурской области от 23 декабря 2014 года Л., ранее не судимый, осуждён по ч. 4 ст. 111 УК РФ к девяти годам лишения свободы, по ч. 1 ст. 158 УК РФ к одному году лишения свободы. Окончательное наказание Л. назначено в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний, - в виде девяти лет шести месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Этим же приговором осуждён Б. по ч. 2 ст. 228 УК РФ, ч. 2 ст. 228 УК РФ, ч. 4 ст. 111 УК РФ, ч. 3 ст. 69 УК РФ, ст. 70 УК РФ к десяти годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 5 мая 2015 года приговор изменён ввиду неправильного применения судом уголовного закона при назначении Л. наказания.

Так, назначив Л. наказание по ч. 1 ст. 158 УК РФ в виде одного года лишения свободы, суд не учёл в качестве смягчающего наказание обстоятельства явку с повинной, а также то, что в соответствии с ч. 1 ст. 56 УК РФ наказание в виде лишения свободы может быть назначено осуждённому, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст. 63 УК РФ, за исключением преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 228, ч. 1 ст. 231 и ст. 233 УК РФ, или если лишение свободы санкцией статьи предусмотрено как единственный вид наказания за данное преступление.

В силу ч. 2 ст. 15 УК РФ предусмотренное ч. 1 ст. 158 УК РФ преступление является преступлением небольшой тяжести, данное преступление Л. совершил впервые, отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено, а санкцияч. 1 ст. 158 УК РФ кроме лишения свободы предусматривает возможность назначения иного, более мягкого наказания.

С учётом этого судебная коллегия приговор изменила, признала смягчающим наказание Л. обстоятельством по факту кражи явку с повинной, с учётом требований ч. 1 ст. 56 УК РФ назначила Л. наказание по ч. 1 ст. 158 УК РФ в виде исправительных работ на срок девять месяцев с удержанием 10 % из заработка осуждённого в доход государства.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 158 УК РФ и ч. 4 ст. 111 УК РФ, путём частичного сложения наказаний, окончательно Л. назначено наказание в виде девяти лет двух месяцев лишения свободы.

Апелляционное определение № 22-647/15 от 5 мая 2015 года

2.1.5 С учётом требований ч. 1 ст. 62 и ч. 2 ст. 66 УК РФ за приготовление к преступлению осуждённому не может быть назначено наказание, превышающее две трети от половины максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ

Приговором Благовещенского городского суда Амурской области от 17 ноября 2014 года О. осуждён по ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к 8 годам 4 месяцам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к 8 годам 3 месяцам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к 8 годам 3 месяцам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к 8 годам 4 месяцам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к 8 годам 3 месяцам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к 8 годам 3 месяцам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к 8 годам 3 месяцам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30 - п. «а, г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к 8 годам 6 месяцам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к 8 годам 3 месяцам лишения свободы по ч. 1 ст. 30 - пп. «а», «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к 8 годам 4 месяцам лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности указанных преступлений путём частичного сложения назначенных наказаний О. окончательно назначено наказание в виде девяти лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Проверив дело по апелляционным жалобам осуждённого и его защитника, судебная коллегия апелляционным определением от 19 февраля 2015 года изменила приговор ввиду неправильного применения судом закона при назначении осуждённому О. наказания.

Как следует из материалов уголовного дела, О. осуждён по ч. 1 ст. 30 - пп. «а», «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ (в ред. Федерального закона от 27 июля 2009 года № 215-ФЗ) за приготовление к незаконному сбыту наркотических средств в особо крупном размере организованной группой к 8 годам 4 месяцам лишения свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 66 УК РФ срок или размер наказания за приготовление к преступлению не может превышать половины максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьёй Особенной части Уголовного кодекса РФ за оконченное преступление.

Согласно ч. 1 ст. 62 УК РФ при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами «и» и (или) «к» части первой статьи 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьёй Особенной части Уголовного кодекса РФ.

Как следует из приговора, суд признал смягчающими наказание О. обстоятельствами по всем совершённым преступлениям явку с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, изобличение и уголовное преследование других соучастников преступлений, то есть обстоятельства, предусмотренные п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Часть 3 статьи 228.1 УК РФ (в ред. Федерального закона от 27 июля 2009 года № 215-ФЗ) предусматривала наказание за данное преступление в виде лишения свободы на срок от 8 до 20 лет.

Таким образом, наказание О. за приготовление к этому преступлению не могло превышать 6 лет 8 месяцев лишения свободы (двух третей от 10 лет лишения свободы – половины максимального наказания за оконченное преступление), однако суд назначил О. восемь лет четыре месяца лишения свободы.

Исходя из изложенного, судебная коллегия смягчила наказание, назначенное О. по ч. 1 ст. 30 - пп. «а», «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, до 6 лет лишения свободы.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 3 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 3 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 3 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 3 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 3 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 3 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 3 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30 - пп. «а», «г» ч. 3 ст. 228.1, ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 3 ст. 228.1, ч. 1 ст. 30 - пп. «а», «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, путём частичного сложения назначенных наказаний О. окончательно назначено наказание в виде восьми лет десяти месяцев лишения свободы.

Апелляционное определение № 22-198/15 от 19 февраля 2015 года

2.1.6 С учётом требований ч. 1 ст. 62 и ч. 3 ст. 66 УК РФ за покушение на преступление осуждённому не может быть назначено наказание, превышающее две трети от трёх четвертей максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК РФ

Приговором Белогорского городского суда Амурской области от 29 сентября 2014 года Ш. осуждён по ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 228.1 УК РФ к четырём годам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30 – п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к восьми годам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30 – п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к восьми годам лишения свободы, по ч. 1 ст. 228 УК РФ к одному году шести месяцам лишения свободы, по ч. 1 ст. 228.1 УК РФ к четырём годам шести месяцам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности указанных преступлений путём частичного сложения назначенных наказаний Ш. окончательно назначено наказание в виде десяти лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. В соответствии с ч. 5 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение Ш. по приговору Биробиджанского городского суда ЕАО от 20 апреля 2011 года. Окончательное наказание Ш. назначено в соответствии со ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров путём частичного присоединения к наказанию, назначенному по настоящему делу, неотбытого наказания по приговору Биробиджанского городского суда ЕАО от 20 апреля 201 года, - в виде лишения свободы на срок десять лет шесть месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Этим же приговором осуждён Н. по ч. 3 ст. 30 – п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к восьми годам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30 – п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ к восьми годам лишения свободы.

Окончательное наказание Н. назначено в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ, по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенных наказаний, - в виде лишения свободы на срок восемь лет шесть месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Проверив дело по апелляционной жалобе осужденного Ш., судебная коллегия апелляционным определением от 15 января 2015 года приговор изменила ввиду неправильного применения закона при назначении осуждённому наказания.

Как следует из материалов уголовного дела, при назначении Ш. и Н. наказания за преступления, предусмотренные ч. 3 ст. 30 – п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, суд не выполнил требования ч. 1 ст. 62, ч. 3 ст. 66 УК РФ.

В соответствии с ч. 3 ст. 66 УК РФ срок или размер наказания за покушение на преступление не может превышать трёх четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьёй Особенной части УК РФ за оконченное преступление.

Согласно ч. 1 ст. 62 УК РФ при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных пунктами «и» и (или) «к» части первой статьи 61 УК РФ, и отсутствии отягчающих обстоятельств срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьёй Особенной части Уголовного кодекса РФ.

Как следует из приговора, суд признал смягчающими наказание Ш. и Н. обстоятельствами в том числе и обстоятельства, предусмотренные п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, обстоятельств, отягчающих наказание осуждённых, судом установлено не было.

Санкция ч. 3 ст. 228.1 УК РФ предусматривает наказание за данное преступление в виде лишения свободы на срок от 8 до 15 лет.

Таким образом, с учётом положений ч. 1 ст. 62, ч. 3 ст. 66 УК РФ, максимально возможное наказание Ш. и Н. по ч. 3 ст. 30 – п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ не могло превышать семи лет шести месяцев лишения свободы, однако суд назначил осуждённым по восемь лет лишения свободы за каждое из указанных преступлений.

Исходя из изложенного, судебная коллегия смягчила Ш. и Н. назначенное наказание по каждому из фактов преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 – п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, до семи лет шести месяцев лишения свободы, а также назначила Ш. и Н. более мягкое окончательное наказание – Н. по совокупности преступлений, а Ш. по совокупности преступлений и совокупности приговоров.

Апелляционное определение № 22-33/15 от 15 января 2015 года

2.1.7 Если наряду с обстоятельствами, указанными в ч. 1 ст. 62 УК РФ, суд установит наличие других смягчающих обстоятельств, наказание в случае отсутствия отягчающих обстоятельств должно быть меньше верхнего предела, ограниченного положениями этой нормы (двух третьих от максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьёй Особенной части УК РФ)

Приговором Тындинского районного суда Амурской области от 17 ноября 2014 года О. осуждён по ч. 3 ст. 264 УК РФ к лишению свободы на срок три года четыре месяца с отбыванием наказания в колонии-поселении, с лишением права управления транспортным средством на два года.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 20 января 2015 года приговор изменён ввиду неправильного применения судом уголовного закона при назначении О. наказания.

Как следует из материалов уголовного дела, суд, учитывая требования ч. 1 ст. 62 УК РФ, назначил О. максимально возможное наказание за данное преступление – три года четыре месяца лишения свободы.

Вместе с тем, помимо смягчающих наказание обстоятельств, указанных в ч. 1 ст. 62 УК РФ (явки с повинной, активного способствования раскрытию и расследованию преступления, попытки возмещения вреда потерпевшим, оказания медицинской помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления) судом в качестве смягчающих признаны и иные обстоятельства: признание вины, раскаяние в содеянном, принесение извинений. Отягчающих обстоятельств не установлено.

При таких данных, назначив О. максимально возможное наказание, предусмотренное законом, суд фактически не учёл обстоятельства, указанные выше, признанные судом смягчающими наказание О. наряду со смягчающими наказание обстоятельствами, указанными в ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Исходя из изложенного, судебная коллегия смягчила назначенное О. по ч. 3 ст. 264 УК РФ наказание до трёх лет трёх месяцев лишения свободы.

Апелляционное постановление № 22-1974/14 от 20 января 2015 года

2.1.8 При повторном вынесении приговора виновному назначено более строгое наказание, нежели предыдущим приговором суда, без учёта того обстоятельства, что по мотивам чрезмерной мягкости назначенного наказания ранее приговор не отменялся

Приговором Октябрьского районного суда Амурской области от 23 октября 2014 года К. осуждён по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ с применением ч. 6.1 ст. 88 УК РФ к одному году лишения свободы, по п. «а» ч. 3 ст. 132 УК РФ с применением ч. 6.1 ст. 88 УК РФ к четырём годам лишения свободы.

Окончательное наказание К. назначено в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ - в виде четырёх лет шести месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Проверив дело по апелляционным жалобам осуждённого и его защитника, а также апелляционному представлению государственного обвинителя, судебная коллегия апелляционным определением от 13 января 2015 года изменила приговор ввиду неправильного применения судом уголовного закона при назначении осуждённому К. наказания.

Так, ранее постановленным приговором Амурского областного суда от 12 июля 2013 года К. был осуждён по настоящему делу за совершение преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, к штрафу в размере 5000 рублей. Апелляционным определением Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 30 октября 2013 года данный приговор был отменён в связи с допущенными судом процессуальными нарушениями, дело направлено на новое судебное рассмотрение.

При повторном рассмотрении этого же уголовного дела судом первой инстанции К. по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ назначено более строгое наказание - в виде одного года лишения свободы.

По смыслу уголовно-процессуального закона, при повторном вынесении приговора виновному лицу может быть назначено более строгое наказание лишь в случае отмены предыдущего приговора вследствие его чрезмерной мягкости, когда по этим основаниям имелось представление прокурора либо жалоба потерпевшего.

Таковые обстоятельства, которые давали бы основание для назначения К. более строгого наказания по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ при новом рассмотрении дела, в настоящем случае отсутствовали.

Учитывая изложенное, судебная коллегия изменила приговор, смягчила К. наказание по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ до штрафа в размере 5000 рублей; окончательное наказание К. назначила на основании ч. 3 ст. 69, ч. 2 ст. 71 УК РФ, по совокупности преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 132, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, - в виде четырёх лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 5000 рублей, который надлежит исполнять самостоятельно.

Апелляционное определение № 22-18/15 от 13 января 2015 года

2.1.9 Если все преступления, совершённые по совокупности, являются преступлениями небольшой или средней тяжести, либо приготовлением к тяжкому или особо тяжкому преступлению, либо покушением на тяжкое или особо тяжкое преступление, окончательное наказание назначается в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 69 УК РФ - путём поглощения менее строгого наказания более строгим либо путём частичного или полного сложения назначенных наказаний

Приговором Серышевского районного суда Амурской области от 20 января 2015 года К. осуждён по ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 228.1 УК РФ к четырём годам одному месяцу лишения свободы, по ч. 1 ст. 228 УК РФ к девяти месяцам лишения свободы.

На основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности указанных преступлений путём частичного сложения наказаний К. назначено наказание в виде четырёх лет двух месяцев лишения свободы.

В силу ч. 5 ст. 74 УК РФ отменено условное осуждение К. по приговору Серышевского районного суда Амурской области от 30 декабря 2010 года. Окончательное наказание К. назначено в соответствии со ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров путём частичного присоединения к наказанию, назначенному по настоящему делу, неотбытого наказания по приговору от 30 декабря 2010 года – в виде четырёх лет шести месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 14 апреля 2015 года приговор изменён ввиду неправильного применения судом уголовного закона при назначении К. наказания.

К. осуждён по ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 228.1 УК РФ - за покушение на тяжкое преступление и по ч. 1 ст. 228 УК РФ – за преступление небольшой тяжести.

Наказание по совокупности указанных преступлений назначено К. судом с применением положений ч. 3 ст. 69 УК РФ, тогда как в данном случае суду следовало руководствоваться требованиями ч. 2 ст. 69 УК РФ, в соответствии с которыми если все преступления, совершённые по совокупности, являются преступлениями небольшой или средней тяжести, либо приготовлением к тяжкому или особо тяжкому преступлению, либо покушением на тяжкое или особо тяжкое преступление, окончательное наказание назначается путём поглощения менее строгого наказания более строгим либо путём частичного или полного сложения назначенных наказаний.

С учётом характера и степени общественной опасности совершённых преступлений, личности осуждённого, совокупности смягчающих наказание обстоятельств и отсутствия отягчающих обстоятельств судебная коллегия сочла возможным в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ при назначении К. наказания по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 228.1 УК РФ и ч. 1 ст. 228 УК РФ, применить принцип поглощения менее строгого наказания более строгим (не предусмотренный ч. 3 ст. 69 УК РФ, которой руководствовался суд первой инстанции при постановлении приговора).

Таким образом, судебная коллегия изменила приговор, на основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 228.1 УК РФ, ч. 1 ст. 228 УК РФ, путём поглощения менее строгого наказания более строгим наказанием, назначила К. наказание в виде четырёх лет одного месяца лишения свободы; окончательное наказание К. назначила в соответствии со ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров, путём частичного присоединения к наказанию, назначенному по настоящему делу, неотбытого наказания по приговору от 30 декабря 2010 года – в виде четырёх лет пяти месяцев лишения свободы.

Апелляционное определение № 22-520/15 от 14 апреля 2015 года

2.1.10 Приговор изменён ввиду неправильного применения судом уголовного закона при назначении осуждённому окончательного наказания

Приговором Благовещенского городского суда от 20 ноября 2014 года Л., ранее судимый приговором мирового судьи Амурской области по Благовещенскому городскому судебному участку № 1 от 5 ноября 2014 года по ч. 1 ст. 115 УК РФ к 120 часам обязательных работ, осуждён по п. «а», «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к двум годам лишения свободы, по ч. 3 ст. 30 – п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ к одному году лишения свободы.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности указанных преступлений, путём поглощения менее строгого наказания более строгим, Л. назначено наказание в виде двух лет лишения свободы.

Окончательное наказание Л. назначено в соответствии с ч. 5 ст. 69, ст. 71 УК РФ, по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенного наказания и наказания, назначенного Л. приговором мирового судьи Амурской области по Благовещенскому городскому судебному участку № 1 от 5 ноября 2014 года, - в виде лишения свободы на срок два года пятнадцать дней.

В силу ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком два года.

Этим же приговором осуждён Г. по п. «в» ч. 2 ст. 161 УК РФ к двум годам трём месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 24 февраля 2015 года по апелляционному представлению государственного обвинителя приговор в отношении Л. изменён ввиду неправильного применения судом уголовного закона при назначении Л. окончательного наказания.

Обжалуемым приговором окончательное наказание Л. назначено с применением положений ч. 5 ст. 69, ст. 71 УК РФ, по совокупности преступлений путём сложения наказания по настоящему делу и наказания, назначенного Л. приговором мирового судьи Амурской области по Благовещенскому городскому судебному участку № 1 от 5 ноября 2014 года, которым Л. был осуждён по ч. 1 ст. 115 УК РФ к 120 часам обязательных работ. При этом окончательное наказание Л. в виде лишения свободы на срок два года пятнадцать дней со ссылкой на статью 73 УК РФ суд постановил считать условным с испытательным сроком два года.

Однако суд не учёл, что по приговору от 5 ноября 2014 года правила статьи 73 УК РФ мировым судьёй не применялись. Уголовный закон не предусматривает возможности сложить реальное наказание в виде обязательных работ с наказанием в виде лишения свободы, назначаемым условно.

Учитывая изложенное, судебная коллегия изменила приговор, исключила из приговора указание о назначении Л. окончательного наказания по правилам ч. 5 ст. 69, ст. 71 УК РФ и указала о самостоятельном исполнении приговора мирового судьи Амурской области по Благовещенскому городскому судебному участку № 1 от 5 ноября 2014 года.

Апелляционное определение № 22-243/15 от 24 февраля 2015 года

2.2 Вопросы уголовного процесса

2.2.1 Судья не вправе участвовать в рассмотрении дела по существу, если ранее он уже выразил свою позицию по обстоятельствам, подлежащим доказыванию по уголовному делу

Приговором Шимановского районного суда Амурской области от 30 марта 2015 года К.(В.) осуждена по ч. 3 ст. 162 УК РФ с применением ст. 64 УК РФ к пяти годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

К.(В.) признана виновной и осуждена за разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершённое с угрозой применения насилия, опасного для жизни потерпевшей С., с применением предмета, используемого в качестве оружия (ножа), с незаконным проникновением в жилище.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Амурской области от 26 мая 2015 года приговор в отношении К.(В.) отменён, уголовное дело передано на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда со стадии судебного разбирательства.

В обоснование принятого решения судебной коллегией указано следующее.

В соответствии с положениями ст. 7, 8 и 10 Всеобщей декларации прав человека и ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, являющихся в силу ч. 4 ст. 15 Конституции РФ составной частью правовой системы Российской Федерации, каждый имеет право на рассмотрение его дела справедливым и беспристрастным судом.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УПК РФ судья не может участвовать в производстве по делу в случаях, если имеются обстоятельства, дающие основания полагать, что он лично, прямо или косвенно, заинтересован в исходе рассмотрения дела.

По смыслу правовой позиции, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации, в целях обеспечения беспристрастности и независимости судей при рассмотрении ими уголовных дел (часть 1 статьи 120 Конституции Российской Федерации) недопустимо принятие как ими самими, так и вышестоящими судебными инстанциями решений, предопределяющих в той или иной мере выводы, которые должны быть сделаны судом по результатам рассмотрения находящегося в его производстве уголовного дела. Высказанная судьёй в процессуальном решении до завершения рассмотрения уголовного дела позиция относительно наличия или отсутствия события преступления, обоснованности вывода о виновности в его совершении обвиняемого, достаточности собранных доказательств определённым образом ограничивала бы его свободу и независимость при дальнейшем производстве по делу и постановлении приговора или иного итогового решения. Судья в таких случаях не должен участвовать в дальнейшем рассмотрении уголовного дела, с тем чтобы не ставить под сомнение законность и обоснованность решения, которое будет принято по этому делу в конечном счёте (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 1 ноября 2007 года № 799-О-О, от 22 апреля 2010 года № 500-О-О).

Как следует из материалов дела, приговор в отношении К.(В.) постановлен судьёй, ранее рассматривавшим вопросы об избрании обвиняемой меры пресечения в виде заключения под стражу и о продлении срока её действия.

При этом в постановлении об избрании меры пресечения от 26 декабря 2014 года судья указал, что учитывает поведение К.(В.) «в момент и после совершения преступления», а в постановлении о продлении срока обвиняемой под стражей от 24 февраля 2015 года - что К.(В). «данное преступление совершила через непродолжительный период времени после освобождения из мест лишения свободы».

Таким образом, судьёй в ходе досудебного производства высказано суждение о том, что преступление, по факту которого возбуждено уголовное дело, совершено именно К.(В.), что ставит под сомнение беспристрастность и объективность судьи при рассмотрении уголовного дела по существу и свидетельствует о наличии оснований для его отвода.

Рассмотрение уголовного дела незаконным составом суда относится к нарушению, неустранимому судом апелляционной инстанции.

На основании изложенного, приговор в соответствии с п. 2 ст. 389.15, п. 2 ч. 2 ст. 389.17, п. 4 ст. 389.20, ч. 1 ст. 389.22 УПК РФ отменён с передачей уголовного дела в тот же суд на новое судебное разбирательство иным составом суда.

Апелляционное определение № 22-814/15 от 26 мая 2015 года

Приговором Сковородинского районного суда от 18 декабря 2014 года К. осуждён по ч. 2 ст. 216 УК РФ, ст. 73 УК РФ к трём годам лишения свободы условно с испытательным сроком два года.

К. признан виновным и осуждён за нарушение правил безопасности при ведении строительных работ, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Амурской области от 19 мая 2015 года приговор в отношении К. отменён, уголовное дело передано на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда со стадии судебного разбирательства.

Основанием к отмене приговора послужили следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, судья И. ранее уже принимал участие в его рассмотрении.

Так, 23 мая 2012 года обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ (нарушение правил безопасности при ведении строительных работ, повлекшее по неосторожности смерть человека), было предъявлено С.

31 мая 2012 года данное уголовное дело с обвинительным заключением поступило в Сковородинский районный суд и было передано на рассмотрение судье И.

С 13 июля 2012 года по данному уголовному делу проводилось судебное следствие, по результатам которого 28 ноября 2012 года было вынесено постановление о возвращении дела прокурору.

При этом суд, войдя в обсуждение фактических обстоятельств дела (в частности, законности заключения договора субподряда и времени складирования блоков за территорией стройплощадки), пришёл к выводу, что обвинение С. не основано на материалах дела.

В последующем уголовное преследование С. было прекращено, и обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ, предъявлено К.

При новом поступлении дела в суд его рассмотрение вновь было поручено судье И.

Принимая во внимание ранее выраженные данным судьёй суждения по фактическим обстоятельствам дела, а также позицию К., указывавшего о невиновности в инкриминированном ему деянии и возможной причастности к преступлению иных лиц, в т.ч. прораба С., который, по его мнению, и должен был нести ответственность за безопасность строительных работ, судья И. в соответствии с ч. 1 ст. 62 УПК РФ обязан был устраниться от участия в производстве по данному делу, однако не сделал этого, в связи с чем основополагающий принцип уголовного судопроизводства – рассмотрение дела справедливым и беспристрастным судом был нарушен, и дело рассмотрено незаконным составом суда.

С учётом изложенного, постановленный в отношении К. приговор на основании п. 2 ст. 389.15, п. 2 ч. 2 ст. 389.17 УПК РФ отменён, а уголовное дело передано на новое рассмотрение в тот же суд иным составом суда.

Апелляционное постановление № 22-633/15 от 19 мая 2015 года

2.2.2 Рассмотрение судом уголовного дела с обвинительным заключением, не утверждённым прокурором, повлекло отмену приговора и возвращение уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом

Приговором Ивановского районного суда Амурской области от 6 мая 2015 года осуждены:

- Б. по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, ч. 2 ст. 228 УК РФ, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, с применением ч. 3 ст. 69 УК РФ и ст. 70 УК РФ трём годам шести месяцам шести дням лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

- П. по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, с применением ст. 70 УК РФ к двум годам шести месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Амурской области от 18 августа 2015 года приговор в отношении Б. и П. отменён по следующим основаниям.

В силу положений п. 5 ст. 389.15ч. 3 ст. 389.22 УПК РФ обвинительный приговор или иные решения суда первой инстанции подлежат отмене с возвращением уголовного дела прокурору, если при рассмотрении уголовного дела в апелляционном порядке будут выявлены обстоятельства, указанные в ч. 1 и п. 1 ч. 1, 2 ст. 237 УПК РФ.

В соответствии с требованиями ст. 221222 УПК РФ прокурор рассматривает поступившее от следователя уголовное дело с обвинительным заключением и в течение 10 суток принимает решение об утверждении обвинительного заключения и о направлении уголовного дела в суд.

Как видно из материалов уголовного дела, обвинительное заключение не утверждено прокурором – отсутствует его подпись, что исключало возможность постановления судом приговора на основе данного заключения.

Наличие же подписи прокурора на сопроводительном письме не может заменить отсутствие таковой в обвинительном заключении.

Вышеуказанное нарушение требований уголовно-процессуального законодательства судебная коллегия признала неустранимым в ходе судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции, в связи с чем отменила приговор и возвратила уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Апелляционное определение № 22-1230/15 от 18 августа 2015 года

2.2.3 Составление обвинительного заключения лицом, подлежащим отводу, повлекло отмену приговора и возвращение уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом

Приговором Свободненского городского суда Амурской области от 17 апреля 2015 года М. осуждён по ч. 3 ст. 30 - ч. 1 ст. 105 УК РФ, с применением ч. 5 ст. 74 УК РФ и ст. 70 УК РФ к семи годам лишения свободы с ограничением свободы на срок один год с отбыванием лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Амурской области от 18 июня 2015 года приговор в отношении М. отменён, уголовное дело возвращено прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В обоснование принятого решения судебной коллегией указано следующее.

В силу ст. 61 УПК РФ судья, прокурор, следователь, дознаватель не может участвовать в производстве по уголовному делу, если он является близким родственником или родственником любого из участников производства по данному уголовному делу.

В соответствии с п. 58 ст. 5 УПК РФ к участникам уголовного судопроизводства относятся лица, принимающие участие в уголовном процессе.

К близким родственникам, согласно п. 4 ст. 5 УПК РФ, относятся супруги.

В соответствии со ст. 62 УПК РФ при наличии оснований для отвода, установленных главой 9 УПК РФ, предусматривающей обстоятельства, исключающие участие в уголовном судопроизводстве, судья, прокурор, следователь, дознаватель, секретарь судебного заседания, переводчик, эксперт, специалист, защитник, а также представители потерпевшего, гражданского истца или гражданского ответчика обязаны устраниться от участия в производстве по уголовному делу.

Однако указанные требования закона по данному делу выполнены не были.

Из материалов дела следует, что постановлением и.о. прокурора Свободненского района Амурской области от 10 декабря 2014 года уголовное дело в отношении М. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 111 УК РФ, в порядке ст. 221 УПК РФ возвращено начальнику СО ГУ МО МВД РФ «Свободненский» для организации дополнительного следствия и устранения выявленных недостатков.

12 декабря 2014 года врио начальника СО ГУ МО МВД РФ «Свободненский» майором юстиции Г.К.В. установлен срок предварительного следствия по уголовному делу один месяц, т.е. до 12 января 2015 года.

12 декабря 2014 года врио начальника СО ГУ МО МВД РФ «Свободненский» майором юстиции Г.К.В. уголовное дело в отношении М. передано прокурору Свободненского района Амурской области для определения подследственности в связи с тем, что в действиях М. усматриваются признаки преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 - ч. 1 ст. 105 УК РФ.

12 декабря 2014 года заместителем прокурора Свободненского района Амурской области уголовное дело в отношении М. передано для организации предварительного расследования в СО по г. Свободному СУ СК РФ по Амурской области.

15 декабря 2015 года настоящее уголовное дело принято к производству старшим следователем следственного отдела по г. Свободному СУ СК РФ по Амурской области капитаном юстиции Г.М.Е., который в последующем выполнял по делу процессуальные действия, в том числе составил обвинительное заключение.

Согласно сообщению начальника отдела ЗАГС по городу Свободному и Свободненскому району Амурской области, старший следователь следственного отдела по г. Свободному СУ СК РФ по Амурской области капитан юстиции Г.М.Е. является супругом врио начальника СО ГУ МО МВД РФ «Свободненский» майора юстиции Г.К.В.

Между тем, участие Г.К.В. в досудебном производстве, которое, согласно п. 9 ст. 5 УПК РФ начинается с момента получения сообщения о преступлении и оканчивается направлением прокурором уголовного дела в суд для рассмотрения, являлось в силу требований закона препятствием для вовлечения в досудебное производство следователя Г.М.Е., который, как следует из представленных в суд апелляционной инстанции материалов, является её супругом.

По смыслу закона, в случае, если в родственных отношениях между собой оказываются участники процесса, отстранению от участия в деле подлежит тот из них, кто позже вступает в дело.

Суд первой инстанции данное обстоятельство оставил без внимания и постановил приговор на основе имеющего в деле обвинительного заключения, составленного лицом, подлежащим отводу.

Допущенные в досудебном производстве существенные нарушения закона, неустранимые в судебном заседании апелляционной инстанции, препятствующие рассмотрению уголовного дела судом первой инстанции, в силу п. 2 ч. 1 ст. 389.15, ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ явились основанием к отмене приговора в апелляционном порядке и направлению уголовного дела прокурору Свободненского района Амурской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Апелляционное определение № 22-940/15 от 18 июня 2015 года

2.2.4 Обвинительный приговор в особом порядке, установленном главой 40 УПК РФ, может быть постановлен, если подсудимый согласен с предъявленным ему обвинением

Приговором Благовещенского городского суда Амурской области от 28 июля 2015 года К. осуждён по п. «з» ч. 2 ст. 111 УК РФ к трём годам шести месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 15 сентября 2015 года приговор отменён ввиду допущенного судом нарушения требований уголовно-процессуального законодательства, уголовное дело направлено на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда со стадии подготовки к судебному заседанию.

Как видно из приговора, К. признан виновным и осуждён за умышленное причинение А. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершённое с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Дело рассмотрено в особом порядке принятия судебного решения, установленном главой 40 УПК РФ.

В соответствии с ч. 7 ст. 316 УПК РФ судья, рассматривая уголовное дело в особом порядке, постановляет обвинительный приговор в том случае, если придёт к выводу, что обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу.

По смыслу закона (п. 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 декабря 2006 года № 60 «О применении судами особого порядка судебного разбирательства уголовных дел»), в случае, когда по делу какие-либо условия, необходимые для постановления приговора без проведения судебного разбирательства в общем порядке, отсутствуют, суд в соответствии с ч. 3 ст. 314 и ч. 6 ст. 316 УПК РФ принимает решение о прекращении особого порядка судебного разбирательства и назначении рассмотрения уголовного дела в общем порядке.

Невыполнение этой обязанности судом является фундаментальным нарушением уголовно-процессуального закона, поскольку объективно сопряжено с лишением подсудимого его конституционного правомочия на справедливое судебное разбирательство, и тем самым предопределяет невозможность констатировать законность постановленного в отношении данного лица судебного решения.

Как следует из протокола судебного заседания, на стадии судебных прений защитником К. – адвокатом К.С.Р. было заявлено о том, что К. совершил инкриминируемое ему деяние с косвенным умыслом, поскольку намеревался лишь нанести порез по руке потерпевшего имеющемся у него кухонным ножом и не ожидал, что тот резко повернётся к нему спиной, в связи с чем ножевое ранение было нанесено не в руку, а в грудную клетку А.

Кроме того, адвокат в своем выступлении заявил о том, что действия К. были совершены в состоянии крайней необходимости, поскольку иным способом он не мог защитить свое конституционное право на неприкосновенность жилища. На эти же обстоятельства ссылался и К. в последнем слове.

Вместе с тем, из содержания описательно-мотивировочной части приговора, из описания установленных судом фактических обстоятельств дела следует, что преступление К. совершено с прямым умыслом на почве личных неприязненных отношений.

Указанные обстоятельства свидетельствовали о том, что К. оспаривал фактические обстоятельства совершения преступления, а также выражал несогласие с юридической оценкой его действий, то есть был не согласен с предъявленным ему обвинением.

Однако судом первой инстанции данным доводам, высказанным стороной защиты в стадии судебных прений и подсудимым К. в последнем слове, оценка не дана, вопрос о рассмотрении уголовного дела в общем порядке судом не разрешался и не рассматривался, несмотря на то, что в соответствии с ч. 3 ст. 314 УПК РФ суду надлежало прекратить рассмотрение дела в особом порядке и провести разбирательство в общем порядке.

При таких обстоятельствах у суда первой инстанции не имелось оснований для постановления приговора в отношении К. без проведения судебного разбирательства.

Допущенное судом нарушение уголовно-процессуального закона при рассмотрении уголовного дела в отношении К. судебная коллегия признала существенным, влекущим в силу ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ отмену приговора и направление уголовного дела на новое судебное рассмотрение.

Апелляционное определение № 22-1534/15 от 15 сентября 2015 года

2.2.5 Обвинительный приговор в особом порядке, установленном главой 40 УПК РФ, может быть постановлен лишь при условии, если обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно и подтверждается собранными по уголовному делу доказательствами

Приговором Благовещенского городского суда Амурской области от 27 мая 2015 года Б. осуждён по ч. 2 ст. 162 УК РФ к четырём годам четырём месяцам лишения свободы.

В соответствии ч. 5 ст. 79 УК РФ отменено условное осуждение Б. по приговору Благовещенского городского суда Амурской области от 23 декабря 2013 года, окончательное наказание Б. назначено в соответствии со ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров, путём частичного присоединения к наказанию, назначенному по настоящему делу, неотбытой части наказания по приговору Благовещенского городского суда Амурской области от 23 декабря 2013 года, - в виде пяти лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 23 июля 2015 года приговор отменён ввиду допущенного судом нарушения требований уголовно-процессуального законодательства, уголовное дело направлено на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда со стадии судебного разбирательства.

В обоснование принятого решения судебная коллегия указала следующее.

В соответствии с требованиями ч. 7 ст. 316 УПК РФ обвинительный приговор в особом порядке, установленном главой 40 УПК РФ, может быть постановлен лишь при условии, если обвинение, с которым согласился подсудимый, обоснованно и подтверждается собранными по уголовному делу доказательствами.

Данное положение закона в его взаимосвязи с положениями ч. 3 ст. 7, ст. 11 УПК РФ обязывает суд в рамках производства согласно главе 40 УПК РФ убедиться в обоснованности предъявляемого лицу обвинения, проверить его подтверждённость представленными в деле доказательствами, отвечающими требованиями ст. 74 УПК РФ и не содержащими процессуальных изъянов, перечисленных в ст. 75 УПК РФ.

При выявлении обстоятельств, вызывающих сомнение в обоснованности обвинения - полностью либо в его части – суд обязан решить вопрос о рассмотрении дела в общем порядке для устранения возникших сомнений независимо от того, что подсудимый с данным обвинением согласился (ч. 6 ст. 317 УПК РФ).

Приговором суда Б. признан виновным и осуждён по ч. 2 ст. 162 УК РФ – за разбой, то есть нападение в целях хищения чужого имущества, совершённое с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия.

Таким образом, суд пришёл к выводу о том, что обвинение по ч. 2 ст. 162 УК РФ, с которым согласился подсудимый, обоснованно, подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу.

Вместе с тем, как следует из предъявленного Б. обвинения и приведённых в обвинительном заключении доказательств, сделать однозначный вывод об обоснованности предъявленного Б. обвинения и его подтверждённости доказательствами нельзя.

Так, согласно приговору и предъявленному Б. обвинению, Б., находясь 14 февраля 2015 года около 11 часов 30 минут в помещении компьютерного клуба, расположенном по ул. «…» в г. Благовещенске Амурской области, следуя своему умыслу на нападение в целях хищения чужого имущества с применением предмета, используемого в качестве оружия, из корыстных побуждений подошёл к сидящей на стуле К. и с целью подавления воли к возможному сопротивлению направил на К. имеющийся у него при себе газовый пистолет и потребовал отдать ему деньги. К., понимая преступный характер действий Б., реально воспринимая угрозу применения Б. в качестве оружия газового пистолета, испугавшись того, что Б. может в неё выстрелить и причинить ей физический вред, достала из кармана одежды деньги в сумме 5000 рублей и передала их последнему.

По смыслу закона под предметами, используемыми в качестве оружия, следует понимать предметы, которыми потерпевшему могли быть причинены телесные повреждения, опасные для жизни или здоровья (перочинный или кухонный нож, бритва, ломик, дубинка, топор, ракетница и т.п.), а также предметы, предназначенные для временного поражения цели (например, механические распылители, аэрозольные и другие устройства, снаряженные слезоточивыми и раздражающими веществами). Если лицо лишь демонстрировало оружие или угрожало заведомо негодным или незаряженным оружием либо имитацией оружия, например макетом пистолета, игрушечным кинжалом и т.п., не намереваясь использовать эти предметы для причинения телесных повреждений, опасных для жизни или здоровья, его действия (при отсутствии других отягчающих обстоятельств) с учетом конкретных обстоятельств дела следует квалифицировать как разбой, ответственность за который предусмотрена частью первой статьи 162 УК РФ, либо как грабёж, если потерпевший понимал, что ему угрожают негодным или незаряженным оружием либо имитацией оружия.

Из приведённых в обвинительном заключении доказательств нельзя сделать вывод о том, был ли заряжен газовый пистолет и каким видом вещества, намеревался ли Б. использовать этот предмет для причинения телесных повреждений потерпевшей.

Без исследования данных обстоятельств обоснованность обвинения Б. по ч. 2 ст. 162 УК РФ по квалифицирующему признаку разбоя «с применением предметов, используемых в качестве оружия» вызывает сомнение, однако суд рассмотрел уголовное дело в особом порядке без исследования доказательств.

С учётом этого судебная коллегия пришла к выводу о нарушении судом первой инстанции уголовно-процессуального закона, выразившегося в рассмотрении уголовного дела в особом порядке без наличия необходимых для этого условий.

Апелляционное определение № 22-1163/15 от 23 июля 2015 года

2.2.6 Адвокат не вправе занимать по делу позицию вопреки воле доверителя и делать публичные заявления о доказанности вины своего подзащитного, если тот её отрицает

Приговором Шимановского районного суда Амурской области от 1 июня 2015 года Я. и Б. осуждены по ч. 4 ст. 111 УК РФ к восьми годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима каждый.

Я. и Б. признаны виновными и осуждены за умышленное причинение 23 мая 2014 года в г. Шимановске Амурской области тяжкого вреда здоровью З., опасного для его жизни, с применением предмета, используемого в качестве оружия, группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 20 августа 2015 года приговор отменён, уголовное дело направлено на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда со стадии судебного разбирательства.

Основанием для отмены приговора послужило нарушение права на защиту осуждённого Я.

Как следует из материалов дела, в суде первой инстанции защиту интересов Я. осуществлял адвокат М.

В судебном заседании Я. вину в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни З., повлекшего по неосторожности его смерть, фактически не признал и показал, что он с незначительной силой нанёс по лицу З. два удара, и смерть потерпевшего не могла наступить от его действий.

В соответствии с ч. 7 ст. 49 УПК РФ, пп. 3 и 6 ч. 4 ст. 6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», п. 2 ч. 1 ст. 9 и ч. 2 ст. 13 Кодекса профессиональной этики адвоката адвокат, принявший в порядке назначения или по соглашению поручение на защиту по уголовному делу, не вправе отказаться от принятой на себя защиты обвиняемого. При этом адвокат не вправе занимать по делу позицию и действовать вопреки воле доверителя (подзащитного).

Вместе с тем, согласно протоколу судебного заседания, адвокатМ, осуществляя защиту интересов Я., выступая в прениях сторон, занял позицию, противоположную позиции своего доверителя, и просил переквалифицировать действия Я. на ст. 109 УК РФ – причинение смерти по неосторожности, фактически указав, что смерть З. наступила в результате неосторожных действий Я., тогда как сам Я. отрицал возможность наступления смерти потерпевшего от его действий.

Таким образом, адвокат не выполнил свои обязанности по защите интересов Я., который в судебном заседании был лишён надлежащей защиты, гарантированной Конституцией РФ и уголовно-процессуальным законодательством, суд же на данное нарушение не отреагировал.

Выявленное нарушение уголовно-процессуального закона не может быть устранено в суде апелляционной инстанции, так как нарушены фундаментальные основы уголовного судопроизводства, последствием чего явилась процессуальная недействительность самого производства по делу, поскольку было нарушено конституционное право осуждённого, и правосудие нельзя признать состоявшимся, в связи с чем судебная коллегия пришла к выводу о необходимости отмены приговора с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство.

Апелляционное определение № 22-1375/15 от 20 августа 2015 года

2.2.7 Адвокат не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он оказывает или ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им подозреваемого, обвиняемого либо представляемого им потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика

Приговором Благовещенского городского суда Амурской области от 15 мая 2015 года С. осуждён по ч. 4 ст. 160 УК РФ к четырём годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 30 июля 2015 года приговор отменён в связи с нарушением права осуждённого С. на защиту.

Согласно п. 1 ч. 3 ст. 72 УПК РФ защитник не вправе участвовать в производстве по уголовному делу, если он оказывает или ранее оказывал юридическую помощь лицу, интересы которого противоречат интересам защищаемого им подозреваемого, обвиняемого либо представляемого им потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика.

Указанные требования уголовно-процессуального закона по настоящему уголовному делу судом первой инстанции нарушены.

Как усматривается из материалов уголовного дела, в ходе предварительного расследования адвокат Ш. оказывал юридическую помощь свидетелю Е.

В последующем адвокат Ш. осуществлял защиту подсудимого С. на стадии судебного разбирательства в Благовещенском городском суде Амурской области.

Поскольку адвокат Ш. ранее оказывал юридическую помощь на стадии предварительного расследования свидетелю, интересы которого противоречат интересам С., в полном объёме не признавшего свою вину в совершении инкриминируемого ему преступления, в то время как показания указанного свидетеля были положены судом в основу обвинительного приговора как доказательство вины С., то данный защитник не вправе был участвовать в производстве по уголовному делу в суде первой инстанции в качестве адвоката С.

Однако, данный защитник не был отведён от участия в судебном разбирательстве, в то время как указанный вопрос подлежал обсуждению и оценке.

Допущенное судом первой инстанции нарушение уголовно-процессуального закона является существенным, поскольку влечёт за собой процессуальную недействительность судебного разбирательства, проведённого судом первой инстанции.

Поскольку данное нарушение не может быть устранено в суде апелляционной инстанции, судебная коллегия приняла решение об отмене приговора с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство в суд первой инстанции. Подсудимый С. из-под стражи освобождён.

Апелляционное определение № 22-1202/15 от 30 июля 2015 года

2.2.8 Нарушение судом права подсудимого на защиту, выразившееся в непредоставлении ему возможности участвовать в судебных прениях, повлекло отмену приговора

Приговором Белогорского городского суда Амурской области от 26 января 2015 года С. осуждён по п. «б» ч. 2 ст. 132 УК РФ, ч. 1 ст. 162 УК РФ, ч. 3 ст. 69 УК РФ к шести годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Апелляционным определением от 21 мая 2015 года приговор отменён, уголовное дело направлено на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда со стадии судебного разбирательства.

В обоснование принятого решения судебная коллегия указала следующее.

Как следует из протокола судебного заседания, подсудимому С. председательствующим было разъяснено право участия в судебных прениях, предусмотренное ч. 2 ст. 292 УПК РФ, подсудимый С. выразил желание участвовать в прениях сторон. Однако после предоставления сторонам времени для подготовки к прениям и выступлений государственного обвинителя и защитника подсудимому С. возможность выступить в судебных прениях предоставлена не была.

На основании ч. 1 ст. 389.22 УПК РФ обвинительный приговор или иные решения суда первой инстанции подлежат отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство, если в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции были допущены нарушения уголовно-процессуального и (или) уголовного законов, неустранимые в суде апелляционной инстанции.

В силу п. 6 ч. 2 ст. 389.17 УПК РФ основанием отмены судебного решения в любом случае является непредоставление подсудимому права участия в прениях сторон.

Допущенное судом нарушение уголовно-процессуального законодательства признано судебной коллегией существенным и неустранимым в суде апелляционной инстанции, что повлекло отмену приговора с направлением уголовного дела на новое судебное рассмотрение.

Апелляционное определение № 22-774/15 от 21 мая 2015 года

2.2.9 Изменение судом обвинения в сторону ухудшения положения подсудимого повлекло отмену приговора

Приговором Благовещенского городского суда Амурской области от 20 апреля 2015 года О. осуждён по п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ, ч. 3 ст. 30 – пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, с применением ст. 64 УК РФ, ч. 3 ст. 69 УК РФ к трём годам шести месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Рассмотрев настоящее уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя, судебная коллегия апелляционным определением от 18 июня 2015 года отменила приговор, уголовное дело направила на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда со стадии судебного разбирательства, освободив О. из-под стражи.

Основанием для отмены приговора и направления дела на новое судебное рассмотрение послужило нарушение судом требований ст. 252 УПК РФ, в соответствии с которыми судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, а изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.

Как видно из материалов уголовного дела, О. обвинялся в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ – незаконный сбыт наркотических средств, совершённый группой лиц по предварительному сговору, и ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ – покушение на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, совершённый группой лиц по предварительному сговору.

Суд же, рассмотрев настоящее уголовное дело в порядке, установленном главой 40.1 УПК РФ, признал О. виновным в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ – незаконный сбыт наркотических средств, совершённый организованной группой, и ч. 3 ст. 30 – пп. «а», «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ – покушение на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, совершённый организованной группой.

Таким образом, суд, в нарушение закона, вышел за рамки предъявленного О. обвинения и квалифицировал его действия как более тяжкие преступления, обвинение по которым О. не предъявлялось.

Допущенное судом нарушение уголовно-процессуального законодательства признано судебной коллегией существенным и неустранимым в суде апелляционной инстанции, что повлекло отмену приговора с направлением уголовного дела на новое судебное рассмотрение.

Апелляционное определение № 22-905/15 от 18 июня 2015 года

2.3 Рассмотрение вопросов, связанных с исполнением приговора

2.3.1 Необоснованный отказ в удовлетворении ходатайства осуждённого об условно-досрочном освобождении повлёк отмену постановления суда

Постановлением Ивановского районного суда Амурской области от 27 мая 2015 года в удовлетворении ходатайства Д., осуждённого приговором Биробиджанского районного суда Еврейской автономной области, с учётом внесённых изменений, по ч. 4 ст. 111 УК РФ (в редакции Федерального закона от 7 марта 2011 года № 26-ФЗ) к 8 годам 11 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима (начало срока отбывания наказания 11 июля 2007 года, окончание срока 10 июня 2016 года) об условно-досрочном освобождении от дальнейшего отбывания наказания и об освобождении от дополнительного наказания отказано.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 18 августа 2015 года постановление отменено по следующим основаниям.

В силу ст. 79 УК РФ, лицо, отбывающее лишение свободы, подлежит условно-досрочному освобождению, если судом будет признано, что для своего исправления оно не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания, а также возместило вред (полностью или частично), причинённый преступлением, в размере, определённом решением суда.

По смыслу закона, суд должен мотивировать свои выводы и в судебном решении подробно указать, какие обстоятельства, данные о личности и поведении осуждённого препятствуют его условно-досрочному освобождению, почему осуждённый не может быть освобождён и нуждается в дальнейшем отбывании назначенного ему наказания.

Однако указанные требования закона по настоящему делу судом не выполнены.

Как следует из материалов дела, осужденный Д. отбыл две трети срока назначенного ему наказания, за весь период отбывания наказания характеризуется положительно, вину в совершённом преступлении признал полностью, в содеянном раскаялся, по прибытии в колонию не был трудоустроен в связи с отсутствием свободных рабочих мест, изъявлял желание трудоустроиться, принимал участие в работах по благоустройству отряда и спортивных мероприятиях, состоял в секции пожарной безопасности, имеет пять поощрений (27 марта и 30 декабря 2008 года, 7 и 22 февраля 2012 года, 14 ноября 2014 года), нарушений режима содержания не допускал, взысканий не имеет, на протяжении всего срока отбывания наказания стремится выполнять все требования правил внутреннего распорядка и действующего законодательства. По характеру Д. спокойный, с администрацией учреждения тактичен, вежлив, приветлив, зарегистрировал брак, имеет на иждивении двоих несовершеннолетних детей, которые проживают у его матери, родственные связи поддерживает путём длительных и краткосрочных свиданий, ведёт переписку, получает посылки и передачи, является участником боевых действий, имел ряд исков, часть из которых погасил, для уплаты остальных обращался с заявлением об удержании суммы, но по сделанным запросам отсутствуют реквизиты получателя, в ходе индивидуально-воспитательной работы высказывает благоприятные планы на жизнь, после освобождения намерен вернуться в семью, трудоустроиться.

Суд исследовал данные о поведении осуждённого за весь период отбывания наказания, однако указал, что с учётом мнения потерпевшей С., возражавшей против удовлетворения ходатайства, и исходя из социальной справедливости условно-досрочное освобождение Д. нецелесообразно и в удовлетворении его ходатайства следует отказать.

При этом суд не указал конкретные причины, по которым принятие решения об условно-досрочном освобождении Д. не может быть признано соответствующим социальной справедливости.

Кроме того, судом не учтено, что часть 2.1 статьи 399 УПК РФ не содержит каких-либо положений, наделяющих потерпевших правом определять пределы возлагаемых на виновного уголовной ответственности и наказания, такое право в силу публичного характера уголовно-правовых отношений принадлежит только государству в лице его законодательных и правоприменительных органов (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 25 сентября 2014 года № 2030-О).

Таким образом, суд при решении вопроса об условно-досрочном освобождении не связан мнениями участников судопроизводства по обоснованию своих позиций по делу, и одно лишь мнение потерпевшего не может являться основанием к отказу в удовлетворении ходатайства.

При таких обстоятельствах судебная коллегия признала, что обжалуемое постановление не может быть признано законным и обоснованным и подлежит отмене.

Учитывая, что допущенное судом нарушение может быть устранено судом апелляционной инстанции, судебная коллегия вынесла по делу новое решение.

Судебная коллегия приняла во внимание данные о поведении осуждённого за весь период отбывания им наказания, согласно которым, Д. характеризуется положительно, добросовестно относится к труду, участвует в общественной жизни отряда, имеет поощрения и не имеет взысканий, такое поведение осуждённого является стабильным в течение всего срока отбывания наказания; помимо изложенного, из психологической характеристики осуждённого Д. от 2 июня 2015 года следует, что для осуждённого характерна нормальная устойчивость эмоционального состояния, осуждённый стремится поддерживать общепринятые нормы поведения; варианты девиантного поведения и факторы риска, которые могут способствовать противоправным действиям, не выявлены; согласно сообщению врио начальника ФКУ ИК-3 УФСИН РФ по Амурской области от 4 августа 2015 года, ранее выданная справка о поощрениях и взысканиях осужденного Д. является достоверной, по настоящее время к осуждённому какие-либо меры взыскания не применялись.

Судебной коллегией также принято во внимание мнение потерпевшей С., возражавшей против удовлетворения ходатайства об условно-досрочном освобождении Д., однако, несмотря на её позицию по данному вопросу, судебная коллегия пришла к выводу о том, что поведение Д. за весь отбытый им срок наказания (на день рассмотрения дела судом апелляционной инстанции осуждённый отбыл 8 лет 1 месяц 8 дней лишения свободы из назначенных ему 8 лет 11 месяцев), наряду с иными сведениями о личности осуждённого, принесением им извинений потерпевшей С., на что указано, в частности, в апелляционной жалобе, свидетельствует о том, что Д. для своего исправления не нуждается в дальнейшем отбывании назначенного ему наказания.

При этом судебная коллегия признала, что выплата в полном объёме денежных сумм, взысканных с осуждённого, не осуществляется по независящим от него обстоятельствам – в связи с отсутствием реквизитов получателей.

С учетом изложенного, судебной коллегией принято решение об условно-досрочном освобождении Д. с возложением на него в соответствии с ч. 2 ст. 79 УК РФ обязанностей, предусмотренных ч. 5 ст. 73 УК РФ, которые должны им исполняться в течение оставшейся неотбытой части наказания.

Апелляционное постановление № 22к-1367/15 от 18 августа 2015 года

2.3.2 Нарушение права осуждённого на защиту при рассмотрении его ходатайства о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания повлекло отмену постановления суда

Отказывая в удовлетворении ходатайства осуждённого о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания, суд необоснованно исходил из того, что оставшаяся не отбытой часть наказания, превышающая два года лишения свободы, исключает возможность её замены более мягким видом наказания в порядке, установленном ст. 80 УК РФ

Постановлением Белогорского городского суда Амурской области от 24 июля 2015 года в удовлетворении ходатайства Ч.Г., осуждённого приговором Амурского областного суда от 28 июля 1999 года, о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания отказано.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 1 октября 2015 года постановление отменено по следующим основаниям.

В соответствии с конституционным принципом, изложенным в ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации, а также согласно ч. 1 ст. 15 УПК РФ уголовное судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон, которые имеют равные права в процессе судопроизводства.

Согласно правовым позициям Конституционного Суда РФ, выраженным в Постановлении от 26 декабря 2003 года № 20-П и Определении от 8 февраля 2007 года № 254-О-П, право на получение квалифицированной юридической помощи, то есть право на помощь адвоката, должно обеспечиваться на всех стадиях уголовного процесса, в том числе при исполнении приговора; оно не ограничивается отдельными стадиями уголовного судопроизводства и не может быть поставлено в зависимость от усмотрения должностного лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, не основанного на перечисленных в уголовно-процессуальном законе обстоятельствах, при которых участие в уголовном судопроизводстве защитника, в том числе по назначению, обязательно.

Согласно ч. 1 ст. 16 УПК РФ подозреваемому и обвиняемому обеспечивается право на защиту, которое они могут осуществлять лично либо с помощью защитника.

В силу ч. 1, 2 ст. 50 УПК РФ указанные лица вправе пригласить защитника, либо по их просьбе участие защитника обеспечивается судом, следователем, дознавателем. При этом п. 1 ч. 1 ст. 51 УПК РФ предусматривает, что участие защитника в уголовном судопроизводстве является обязательным, если подозреваемый, обвиняемый не отказался от защитника в порядке, установленным ст. 52 УПК РФ.

В соответствии с ч. 2 ст. 47 УПК РФ данные положения закона распространяются и на осуждённого.

Статья 52 УПК РФ предусматривает, что отказ от защитника должен быть заявлен в письменном виде.

По смыслу закона, при разрешении такого заявления суду надлежит иметь в виду, что нежелание обвиняемого пользоваться помощью защитника должно быть выражено явно и недвусмысленно. В суде первой инстанции отказ от защитника может быть принят при условии, если участие защитника в судебном заседании фактически обеспечено судом. В случае, если суд принял отказ обвиняемого от защитника, решение об этом должно быть мотивированным (п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 июня 2015 года № 29).

Однако указанные требования закона судом не соблюдены.

Как следует из представленных материалов, 16 июня 2015 года осуждённому Ч.Г. по месту отбывания им наказания направлено извещение о рассмотрении его ходатайства о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания 24 июля 2015 года.

Вместе с тем, данных о том, что осуждённому было разъяснено право пригласить для защиты своих интересов в судебном заседании адвоката, либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, в представленных материалах не содержится.

Согласно протоколу судебного заседания, в подготовительной части судебного заседания при выяснении судом у осуждённого Ч.Г. вопроса, нуждается ли он в услугах защитника, осуждённый заявил отказ от адвоката, участие которого в процессе судом фактически обеспечено не было.

Каких-либо данных, указывающих на то, что Ч.Г. в судебном заседании в письменном виде отказался от услуг защитника, как того требует ст. 52 УПК РФ, в материале не имеется.

Решение о принятии отказа осуждённого от защитника судом не принималось.

Таким образом, при рассмотрении ходатайства судом было нарушено право осуждённого Ч.Г. на защиту, и он был лишён возможности осуществлять свои права в судебном разбирательстве с помощью защитника.

Кроме этого, суд не вправе отказать в условно-досрочном освобождении от отбывания наказания или замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания по основаниям, не указанным в законе (п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 апреля 2009 года № 8).

Принимая решение об отказе в удовлетворении ходатайства осуждённого Ч.Г. о замене неотбытой части наказания в виде лишения свободы, назначенного приговором Амурского областного суда от 28 июля 1999 года (с учётом изменений, внесённых постановлениями Белогорского районного суда Амурской области от 3 марта 2004 года и Ивановского районного суда Амурской области от 23 января 2013 года), более мягким видом наказания, суд в постановлении сослался на то, что неотбытая часть наказания на момент обращения осуждённого с ходатайством, как и на момент рассмотрения ходатайства, составляет более двух лет, которые суд не вправе сокращать.

Вместе с тем, данный вывод суда не основан на законе.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в Определении от 17 января 2013 года № 2-О, лицу, отбывающему лишение свободы, суд может заменить оставшуюся не отбытой часть наказания более мягким видом наказания с учётом его поведения в период отбывания наказания и при фактическом отбытии им указанной в законе части наказания (части первая и вторая). Такое правовое регулирование, обеспечивая реализацию закреплённого в ч. 3 ст. 50 Конституции Российской Федерации права каждого осуждённого за преступление просить о смягчении назначенного ему наказания, в то же время служит вытекающему из конституционных начал гуманизма и справедливости принципу экономии уголовной репрессии, предполагающему применение лишь необходимых и достаточных для достижения её целей принудительных мер уголовно-правового реагирования. Освобождение положительно характеризуемого осуждённого от дальнейшего отбывания наказания путём замены его оставшейся части более мягким видом наказания аннулирует неотбытую часть прежнего наказания.

По смыслу статьи 80 УК РФ, а также с учётом разъяснений, содержащихся в пунктах 4-6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2009 года № 8 «О судебной практике условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания», основанием, предопределяющим возможность замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания, является поведение осуждённого в период отбывания наказания, подлежащее всесторонней судебной оценке в совокупности с другими характеризующими его данными (включая отношение к труду, совершённому деянию и т.п.).

Таким образом, при разрешении соответствующего вопроса судом оцениваются позитивные изменения в поведении осуждённого, свидетельствующие о возможности смягчения уголовной репрессии до необходимого и достаточного минимума принудительных мер, обеспечивающих достижение целей наказания.

В нарушение указанных требований закона, суд при рассмотрении ходатайства осуждённого Ч.Г. не дал никакой оценки данным о его личности и поведении за весь период отбывания наказания и не указал, какие фактические обстоятельства препятствуют замене неотбытой им части наказания в виде лишения свободы более мягким видом наказания.

Допущенные судом нарушения требований уголовно-процессуального законодательства повлекли отмену постановления с направлением материала на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда.

Апелляционное постановление № 22-1638/15 от 1 октября 2015 года

2.4 Иные вопросы

Рассмотрение вопросов о мере пресечения

2.4.1 Неэффективная организация предварительного расследования явилась причиной отмены постановления суда о продлении срока содержания обвиняемого под стражей

Постановлением Благовещенского городского суда Амурской области от 25 ноября 2015 года в отношении Б., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 3 ст. 30 – п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, продлён срок содержания под стражей на 1 месяц, а всего до 8 месяцев, то есть до 29 декабря 2015 года.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 10 декабря 2015 года принято решение об отмене вышеуказанного постановления, в обоснование принятого решения указано следующее.

Согласно правовой позиции, выраженной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 22 марта 2005 года № 4-П, при решении вопросов, связанных с содержанием под стражей в качестве меры пресечения, предполагается исследование судом фактических и правовых оснований для избрания данной меры пресечения; суд принимает соответствующее решение, исходя из анализа всего комплекса обстоятельств, предусмотренных законом.

По смыслу закона при продлении срока содержания под стражей на любой стадии производства по уголовному делу судам необходимо проверять наличие на момент рассмотрения данного вопроса предусмотренных статьей 97 УПК РФ оснований, которые должны быть реальными, обоснованными, то есть подтверждаться достоверными сведениями и доказательствами. Кроме того, суду надлежит учитывать обстоятельства, указанные в статье 99 УПК РФ, и другие обстоятельства, обосновывающие продление срока применения меры пресечения в виде заключения под стражу.

По результатам рассмотрения ходатайства следователя суд выносит постановление, которое в соответствии со ст. 7 УПК РФ должно быть законным, обоснованным и мотивированным.

Указанные требования закона судом выполнены ненадлежащим образом.

Так, из содержания постановления видно, что в качестве основания для продления срока содержания Б. под стражей суд указал, что объём следственных действий, которые необходимо выполнить органу предварительного следствия, обоснован и требует значительных временных затрат, что обуславливает необходимость продления обвиняемому срока содержания под стражей.

Однако суд не дал оценки тому обстоятельству, что согласно представленным материалам срок содержания Б. под стражей неоднократно продлевался, в том числе с 27 июля 2015 года для выполнения требований ст. 217 УПК РФ, составления обвинительного заключения, при этом в представленных в обоснование заявленного ходатайства документах отсутствует указание на причины невозможности своевременного выполнения следственных и иных процессуальных действий, направленных на окончание предварительного расследования, что свидетельствует о неэффективной организации расследования.

Кроме того, в ходатайстве следователя указано, что Б. обвиняется, в том числе в совершении преступлений, относящихся к категории средней тяжести, однако данных о том, что Б. привлечён в качестве обвиняемого по указанным преступлениям, представленные материалы не содержат. Этому обстоятельству суд также никакой оценки не дал.

Принимая решение о продлении срока содержания обвиняемого под стражей, суд в постановлении указал, что Б. обвиняется в совершении особо тяжких преступлений, не трудоустроен, постоянного источника дохода не имеет, характеризуется отрицательно, в связи с чем имеются основания полагать, что, оставаясь на свободе, он может продолжить заниматься преступной деятельностью.

Вместе с тем, иных доказательств, свидетельствующих о том, что обвиняемый может продолжить заниматься преступной деятельностью, притом, что он ранее не судим, в представленных материалах не содержится и в постановлении не приведено.

Принимая решение о продлении Б. наиболее строгой из предусмотренных уголовно-процессуальным законом мер пресечения, суд не учёл, что одна лишь тяжесть инкриминируемых ему деяний не может быть признана обстоятельством, однозначно и безусловно свидетельствующим о необходимости продления обвиняемому меры пресечения.

Вопреки требованиям уголовно-процессуального закона, суд, не дав надлежащей оценки личности обвиняемого, его семейному положению и наличию прочных социальных связей, пришёл к необоснованному выводу о том, что данные обстоятельства недостаточны для отказа в удовлетворении ходатайства следователя.

Допущенные судом нарушения уголовно-процессуального законодательства, указанные выше, явились основанием для отмены постановления суда о продлении срока содержания обвиняемого Б. под стражей.

С учётом характера и степени общественной опасности преступлений, в совершении которых обвиняется Б., конкретных обстоятельств дела, данных о личности обвиняемого, имеющего постоянное место жительства в п. Углегорске, где проводится предварительное расследование, а также того, что предварительное следствие находится в завершающей стадии, суд апелляционной инстанции счёл необходимым избрать в отношении Б. меру пресечения в виде домашнего ареста на срок 1 месяц, то есть до 29 декабря 2015 года, с возложением на него определённых ограничений и запретов.

Апелляционное постановление № 22к-2122/15 от 10 декабря 2015 года

Постановлением Свободненского городского суда Амурской области от 27 ноября 2015 года в отношении И., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 228 УК РФ, продлён срок содержания под стражей на срок один месяц, а всего до семи месяцев, то есть до 30 декабря 2015 года.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 15 декабря 2015 года постановление отменено по следующим основаниям.

Удовлетворяя ходатайство следователя о продлении срока содержания обвиняемого И. под стражей на срок до семи месяцев, суд в своём постановлении сослался на ч. 2 ст. 109 УПК РФ, согласно которой продление срока содержания под стражей свыше шести месяцев может быть осуществлено в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только в случае особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения судьёй.

При этом без внимания суда осталось то обстоятельство, что ходатайство о продлении срока содержания И. под стражей возбуждается перед судом неоднократно; следователь в своих ходатайствах ссылается на необходимость выполнения тех следственных действий, которые были указаны и в его предыдущих ходатайствах. Причины, по которым данные следственные действия не были произведены, судом не выяснены.

В постановлении о возбуждении перед судом ходатайства о продлении срока содержания И. под стражей свыше шести месяцев следователем не указано, представляет ли расследуемое уголовное дело особую сложность и, если представляет, то в чём она заключается.

Изучив материалы в отношении И., суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о том, что расследование по данному уголовному делу, с учётом его объёма особой сложности не представляет. Обвиняемым по делу проходит одно лицо, которое обвиняется в совершении только одного преступления. Необходимость в проведении дополнительных следственных и процессуальных действий, указанных в постановлении, по мнению суда апелляционной инстанции, не связана с особой сложностью данного уголовного дела.

В суды первой и апелляционной инстанции следователем не представлены доказательства невозможности своевременного производства тех следственных действий, на необходимость выполнения которых следователь неоднократно ссылалась в ранее поданных в суд ходатайствах о продлении срока содержания И. под стражей.

По смыслу закона, сама по себе необходимость дальнейшего производства следственных действий не может выступать в качестве единственного и достаточного основания для продления срока содержания обвиняемого под стражей.

Проверив материал в отношении обвиняемого И., суд апелляционной инстанции признал, что причинами несвоевременного окончания расследования по делу в отношении И. и, как следствие, необоснованное возбуждение ходатайства о продлении срока его содержания под стражей свыше шести месяцев, являются неэффективность организации расследования и отсутствие надлежащего контроля со стороны руководства следственного органа. Указанные причины несвоевременного окончания расследования по делу не могут оправдывать столь длительное нахождение обвиняемого И. в условиях изоляции от общества.

С учётом приведённых обстоятельств, суд апелляционной инстанции отменил постановление суда первой инстанции и принял по делу новое решение – об отказе в удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока содержания обвиняемого И. под стражей. И. из-под стражи освобождён.

Апелляционное постановление № 22к-2151/15 от 15 декабря 2015 года

2.4.2 Рассмотрение судом ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей свыше 6 месяцев, внесённого без согласия руководителя соответствующего следственного органа по субъекту Российской Федерации, повлекло отмену постановления суда

Постановлением Свободненского городского суда Амурской области от 1 июля 2015 года срок содержания под стражей Б., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, продлён на 24 суток, а всего до6 месяцев 24 суток, то есть до 29 июля 2015 года.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 16 июля 2015 года постановление отменено по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 2 ст. 109 УПК РФ срок содержания под стражей свыше 6 месяцев может быть продлён судьёй районного суда в порядке, установленном ч. 3 ст. 108 УПК РФ, в отношении лиц, обвиняемых в совершении тяжких и особо тяжких преступлений, только в случаях особой сложности уголовного дела и при наличии оснований для избрания этой меры пресечения по ходатайству следователя, внесённому с согласия руководителя соответствующего следственного органа по субъекту Российской Федерации, иного приравненного к нему руководителя следственного органа либо по ходатайству дознавателя в случаях, предусмотренных ч. 5 ст. 223 УПК РФ, с согласия прокурора субъекта Российской Федерации или приравненного к нему военного прокурора, до 12 месяцев.

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации № 248 от 1 марта 2011 года территориальными органами Министерства внутренних дел Российской Федерации являются: на региональном уровне - министерства внутренних дел по республикам, главные управления, управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по иным субъектам Российской Федерации; на районном уровне - управления, отделы, отделения Министерства внутренних дел Российской Федерации по районам, городам и иным муниципальным образованиям.

Как следует из постановления следователя СО МО МВД России «Свободненский» Амурской области от 30 июня 2015 года о возбуждении перед судом ходатайства о продлении срока содержания под стражей обвиняемого Б., оно согласовано с начальником СО МО МВД России «Свободненский» Амурской области.

Таким образом, следует признать, что начальник следственного отдела МО МВД России «Свободненский» не относится к лицам, с согласия которых в силу ч. 2 ст. 109 УПК РФ может вноситься в соответствующий суд ходатайство следователя о продлении срока содержания обвиняемых под стражей свыше 6 месяцев.

В силу закона, судья вправе рассматривать только такие ходатайства о продлении срока содержания обвиняемого под стражей, которые возбуждены, внесены с согласия должностных лиц, указанных в частях 2, 3 и 7 статьи 109 УПК РФ. Если согласие на заявление ходатайства дано иным лицом, судья возвращает ходатайство без рассмотрения, о чём выносит постановление.

Однако суд первой инстанции данные обстоятельства, свидетельствующие о нарушении следователем требований ч. 2 ст. 109 УПК РФ при внесении ходатайства в суд без получения согласия уполномоченного руководителя соответствующего следственного органа и препятствующие рассмотрению ходатайства следователя, не учёл при принятии к рассмотрению ходатайства и вынес по нему решение, которое не может быть признано законным.

На основании изложенного, в соответствии с п. 2 ст. 389.15, ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ апелляционной инстанцией постановление суда о продлении срока содержания под стражей обвиняемого Б. отменено, принято новое решение – о прекращении производства по ходатайству старшего следователя СО МО МВД России «Свободненский» Амурской области от30 июня 2015 года о продлении срока содержания под стражей обвиняемого Б. В связи с истечением срока содержания обвиняемого Б. под стражей, установленного предыдущим судебным решением от 3 июня 2015 года, Б. из-под стражи освобождён.

Апелляционное постановление № 22к-1262/15 от 16 июля 2015 года

2.4.3 Рассмотрение судом ходатайства следователя о продлении срока содержания под стражей свыше 12 месяцев, внесённого без согласия в соответствии с подследственностью Председателя Следственного комитета Российской Федерации либо руководителя следственного органа соответствующего федерального органа исполнительной власти (при соответствующем федеральном органе исполнительной власти), повлекло отмену постановления суда

Постановлением Амурского областного суда от 14 августа 2015 года срок содержания под стражей в отношении Р., обвиняемой в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, ч. 3 ст. 30 - п. «а» ч. 3 ст.228.1 УК РФ (2 факта), ч. 1 ст. 30 - пп. «а», «г» ч. 3 ст. 228.1 УК РФ, продлён на 1 месяц, а всего до 13 месяцев 14 суток, то есть до 17 сентября 2015 года.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 29 сентября 2015 года постановление отменено по следующим основаниям.

На основании ч. 3 ст. 109 УПК срок содержания под стражей свыше 12 месяцев может быть продлён лишь в исключительных случаях в отношении лиц, обвиняемых в совершении особо тяжких преступлений, судьёй суда, указанного в части третьей статьи 31 настоящего Кодекса, или военного суда соответствующего уровня по ходатайству следователя, внесённому с согласия в соответствии с подследственностью Председателя Следственного комитета Российской Федерации либо руководителя следственного органа соответствующего федерального органа исполнительной власти (при соответствующем федеральном органе исполнительной власти), до 18 месяцев.

При принятии решения о продлении Р. срока содержания под стражей указанные требования закона судом в полной мере не выполнены.

В соответствии с Указом Президента Российской Федерации № 314 от 9 марта 2004 года в систему федеральных органов исполнительной власти входят федеральные министерства, федеральные службы и федеральные агентства.

Согласно п. 1 Положения, утверждённого Указом Президента Российской Федерации от 28 июля 2004 года № 976, Федеральная служба Российской Федерации по контролю за оборотом наркотиков (ФСКН России) является федеральным органом исполнительной власти. Согласно п. 5 указанного положения региональные управления ФСКН России, управления (отделы) ФСКН России по субъектам Российской Федерации являются территориальными органами ФСКН.

Из материалов дела видно, что ходатайство следователя о продлении Р. срока содержания под стражей согласовано с заместителем начальника следственной службы Управления ФСКН России по Амурской области, который не относится к лицам, с согласия которых в силу ч. 3 ст. 109 УК РФ может вноситься в суд ходатайство о продлении срока содержания под стражей свыше 12 месяцев.

Вместе с тем, суд, удовлетворяя ходатайство следователя и продлевая срок содержания обвиняемой Р. свыше 12 месяцев, данные обстоятельства, свидетельствующие о нарушении следователем требований ч. 3 ст. 109 УПК РФ при внесении в суд ходатайства не учёл, в связи с чем принятое судом решение нельзя признать законным.

Учитывая изложенное, судебная коллегия на основании п. 2 ч. 1 ст. 389.15, ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ постановление отменила, вынесла новое решение об отказе в удовлетворении ходатайства следователя о продлении срока содержания обвиняемой Р. под стражей.

Апелляционное определение № 22к-1738/15 от 29 сентября 2015 года

2.4.4 Мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до трёх лет, может быть избрана лишь исключительных случаях - при наличии одного из обстоятельств, указанных в ч. 1 ст. 108 УПК РФ

Постановлением Свободненского городского суда Амурской области от 8 октября 2015 года в отношении С., подозреваемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 119 УК РФ, ч. 1 ст. 117 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на два месяца, то есть до 6 декабря 2015 года.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 27 октября 2015 года постановление отменено в связи с неправильным применением судом уголовно-процессуального законодательства, по делу принято новое решение – об отказе в удовлетворении ходатайства следователя об избрании в отношении подозреваемого С. меры пресечения в виде заключения под стражу. С. из-под стражи освобождён.

Как видно из представленных материалов, органом предварительного следствия С. подозревается в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 119 УК РФ, ч. 1 ст. 117 УК РФ, относящихся в соответствии с ч. 2 ст. 15 УК РФ к категории преступлений небольшой тяжести.

В соответствии с ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным закономпредусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трёх лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

В исключительных случаях эта мера пресечения может быть избрана в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до трёх лет, при наличии одного из следующих обстоятельств: 1) подозреваемый или обвиняемый не имеет постоянного места жительства на территории Российской Федерации; 2) его личность не установлена; 3) им нарушена ранее избранная мера пресечения; 4) он скрылся от органов предварительного расследования или от суда.

Однако, как следует из представленных материалов, по настоящему делу такие обстоятельства отсутствуют. Личность подозреваемого С. установлена, ранее избранной меры пресечения он не нарушал, от органов следствия и суда не скрывался, имеет место жительства и регистрации на территории Российской Федерации (в г. Свободный Амурской области).

Основания, приведённые судом в обоснование принятого решения об избрании в отношении подозреваемого С. меры пресечения в виде заключения под стражу, в силу ч. 1 ст. 108 УПК РФ не являются исключительными.

С учётом изложенного, судебная коллегия пришла к выводу о том, что достаточных оснований для удовлетворения ходатайства следователя об избрании в отношении подозреваемого С. меры пресечения в виде заключения под стражу у суда не имелось.

Апелляционное постановление № 22к-1891/15 от 27 октября 2015 года

2.4.5 В силу ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения не может быть применено в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных статьями 159, 160, 165 УК РФ, если эти преступления совершены в сфере предпринимательской деятельности, а также статьями 171-174, 174.1, 176-178, 180-183, 185-185.4, 190-199.2 УК РФ, при отсутствии обстоятельств, указанных в пунктах 1-4 части 1 статьи 108 УПК РФ

Постановлением Благовещенского городского суда Амурской области от 23 октября 2015 года в отношении С., обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 159, ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст. 159 УК РФ, продлён срок содержания под стражей на 1 месяц, а всего до 3 месяцев 3 суток, то есть до 30 ноября 2015 года.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 3 ноября 2015 года постановление отменено в связи с неправильным применением судом уголовно-процессуального законодательства, по делу принято новое решение – об отказе в удовлетворении ходатайства следователя о продлении в отношении обвиняемого С. меры пресечения в виде заключения под стражу и об избрании в отношении С. меры пресечения в виде домашнего ареста сроком на 1 месяц, а всего (с учётом времени содержания под стражей) до 3 месяцев 2 суток, то есть до 30 ноября 2015 года.

Как видно из представленных материалов, С. органами предварительного следствия обвиняется в совершении: четырёх фактов мошенничества, то есть хищений чужого имущества путём обмана, лицом с использованием своего служебного положения, в особо крупном размере; двух фактов мошенничества, то есть хищений чужого имущества путём обмана, лицом с использованием своего служебного положения, в крупном размере.

Согласно ч. 2 ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев, и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения, этот срок может быть продлён судьей районного суда на срок до 6 месяцев.

При этом в силу ч. 1.1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения не может быть применено в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных статьями 159, 160, 165 УК РФ, если эти преступления совершены в сфере предпринимательской деятельности, а также статьями 171-174, 174.1, 176-178, 180-183, 185-185.4, 190-199.2 УК РФ, при отсутствии обстоятельств, указанных в пунктах 1-4 части 1 статьи 108 УПК РФ.

Однако указанные требования уголовно-процессуального закона, регламентирующие условия и порядок применения меры пресечения в виде заключения под стражу, судом не выполнены.

По смыслу закона преступления, предусмотренные статьями 159-159.6, 160 и 165 УК РФ, следует считать совершёнными в сфере предпринимательской деятельности, если они совершены лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность самостоятельно или участвующим в предпринимательской деятельности, осуществляемой юридическим лицом, и эти преступления непосредственно связаны с указанной деятельностью. К таким лицам относятся индивидуальные предприниматели в случае совершения преступления в связи с осуществлением ими предпринимательской деятельности и (или) управлением принадлежащим им имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, а также члены органов управления коммерческой организации в связи с осуществлением ими полномочий по управлению организацией либо при осуществлении коммерческой организацией предпринимательской деятельности.

Согласно предъявленному С. обвинению, на момент совершения инкриминируемых ему деяний он являлся единственным учредителем и руководителем юридического лица - ООО «…», зарегистрированного в установленном законом порядке.

По настоящему делу С. предъявлено обвинение в том, что он, являясь генеральным директором ООО «…», то есть, действуя от имени юридического лица, путём обмана совершил хищения принадлежащих ООО «1», ООО «2», ИП М., ИП П., ИП Ю., ИП Б. денежных средств на общую сумму более 10 000 000 рублей.

При таких обстоятельствах, с учётом характера предъявленного С. обвинения, суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о том, что действия С., в совершении которых его обвиняют (с учётом материалов, представленных на данном этапе производства по делу), непосредственно связаны с предпринимательской деятельностью, осуществляемой юридическим лицом - ООО «…», единственным учредителем и руководителем которого С. являлся.

Таким образом, из предъявленного С. обвинения в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159, ч. 3 ст.159, ч. 4 ст.159, ч. 4 ст.159, ч. 3 ст. 159 УК РФ, с очевидностью следует, что он обвиняется в совершении преступлений в сфере предпринимательской деятельности и на него распространяется действие части 1.1 статьи 108 УПК РФ.

Учитывая изложенное, судебная коллегия пришла к выводу о необходимости отмены постановления суда о продлении срока содержания С. под стражей и избрания в отношении обвиняемого С. меры пресечения в виде домашнего ареста.

Апелляционное постановление № 22к-1931/15 от 3 ноября 2015 года

2.4.6 Принимая решение о продлении обвиняемой срока домашнего ареста судом не в полной мере учтены данные о личности обвиняемой и условиях жизни проживающих совместно с ней членов её семьи

Постановлением Благовещенского городского суда Амурской области от 28 августа 2015 года в отношении П., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 160 УК РФ, продлён срок содержания под домашним арестом на 1 месяц 00 суток, а всего до 3 месяцев 00 суток, то есть до 30 сентября 2015 года.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 8 сентября 2015 года постановление отменено по следующим основаниям.

Согласно ст. 107 УПК РФ домашний арест в качестве меры пресечения избирается по судебному решению в отношении обвиняемого при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения и заключается в нахождении обвиняемого в полной либо частичной изоляции от общества в жилом помещении, в котором он проживает в качестве собственника, нанимателя либо на иных законных основаниях, с возложением ограничений и (или) запретов и осуществлением за ним контроля.

Домашний арест избирается на срок до двух месяцев. В случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до двух месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения этот срок может быть продлён по решению суда в порядке, установленном статьёй 109 УПК РФ.

Удовлетворяя ходатайство следователя о продлении в отношении П. меры пресечения в виде домашнего ареста, суд указал, что обстоятельства, послужившие основанием для её избрания, в настоящее время не изменились и не отпали, так как П. обвиняется в совершении тяжкого преступления, а следствием не установлены все подлежащие доказыванию по делу обстоятельства, в связи с чем, находясь на свободе, в целях избежания уголовной ответственности, П. может скрыться от органов предварительного следствия, а также совершить действия, направленные на уничтожение, сокрытие, искажение документов и предметов, не изъятых по делу, чем воспрепятствует производству по нему.

Вместе с тем, неустановление следствием всех подлежащих доказыванию по делу обстоятельств в соответствии с положениями ст. 97, 99 УПК РФ не может обусловливать применение к лицу той или иной меры пресечения.

Как следует из представленных материалов, П. к уголовной ответственности привлекается впервые, возложенные на неё судом при избрании меры пресечения в виде домашнего ареста запреты и ограничения не нарушала, участковым уполномоченным полиции, а также администрацией «…» сельсовета характеризуется положительно, имеет двоих детей, воспитанием которых занимается одна, дети посещают образовательные учреждения (школу и детсад) в городе Благовещенске, т.е. за пределами муниципального образования, в котором обвиняемая находится под домашним арестом.

На момент рассмотрения апелляционной жалобы срок предварительного расследования превысил 4 месяца, в связи с чем суд апелляционной инстанции пришёл к выводу о том, что у следователя было достаточно времени для изъятия предметов и документов, имеющих значение для дела.

Принимая во внимание изложенное, суд апелляционной инстанции на основании п. 1 ст. 389.15, ст. 389.16, ст. 389.23 УПК РФ пришёл к выводу о необходимости отмены постановления суда о продлении срока содержания П. под домашним арестом и о вынесении нового судебного решения об отказе в удовлетворении ходатайства следователя.

Апелляционное постановление № 22к-1616/15 от 8 сентября 2015 года

Наложение ареста на имущества

2.4.7 В соответствии с ч. 4 ст. 115 УПК РФ арест не может быть наложен на имущество, на которое в соответствии с Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации не может быть обращено взыскание

Постановлением Благовещенского городского суда Амурской области от 14 мая 2015 года на квартиру, расположенную по адресу: «…», общей площадью «…» кв.м., с кадастровым номером «…», принадлежащую на праве собственности обвиняемому Л., наложен арест в виде запрета распоряжаться указанным имуществом.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 30 июля 2015 года постановление отменено, по делу вынесено новое судебное решение – об отказе в удовлетворении ходатайства следователя СЧ СУ УМВД России по Амурской области о наложении ареста на указанную выше квартиру.

В обоснование принятого решения указано следующее.

В силу ст. 115 УПК РФ, для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска и других имущественных взысканий следователь с согласия руководителя следственного органа, а также дознаватель с согласия прокурора возбуждают перед судом ходатайство о наложении ареста на имущество подозреваемого, обвиняемого или лиц, несущих по закону материальную ответственность за их действия. Суд рассматривает ходатайство в порядке, установленном ст. 165 УПК РФ.

В соответствии с ч. 4 ст. 115 УПК РФ арест не может быть наложен на имущество, на которое в соответствии с Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации не может быть обращено взыскание.

В соответствии с ч. 1 ст. 446 ГПК РФ взыскание по исполнительным документам не может быть обращено на принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением имущества, которое является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

Суд, удовлетворяя ходатайство следователя о наложении ареста на имущество Л., указал, что квартира, о наложении ареста на которую ходатайствует следователь, не является единственным пригодным местом проживания обвиняемого.

Вместе с тем, указанный вывод не соответствует фактическим обстоятельствам дела.

Так, согласно выписке из единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним о правах отдельного лица на имеющиеся у него объекты недвижимого имущества от 17 июля 2015 года № «…», представленной в суд апелляционной инстанции Управлением Федеральной службы государственной регистрации кадастра и картографии по Амурской области, Л. на праве собственности принадлежит единственная квартира, расположенная по адресу: «…», кадастровый номер «…».

Согласно указанному документу, какое либо другое жилое помещение (или его часть) Л. на праве собственности не принадлежит.

Оснований не доверять указанной выписке, составленной должностным лицом в рамках его полномочий, у судебной коллегии не имеется.

Таким образом, в суде апелляционной инстанции установлено, что для Л. квартира, расположенная по адресу: «…», является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, в связи с чем у суда первой инстанции отсутствовали основания для наложения ареста на указанную квартиру.

Апелляционное постановление № 22к-1203/15 от 30 июля 2015 года

2.4.8 Стоимость имущества, на которое может быть наложен арест для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска или других имущественных взысканий, должна быть соразмерной требованиям по гражданскому иску или предполагаемым имущественным взысканиям

Постановлением Шимановского районного суда Амурской области от 5 июня 2015 года наложен арест на имущество и денежные вклады Н.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 21 июля 2015 года постановление отменено, материалы дела направлены на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда по следующим основаниям.

Судом удовлетворено ходатайство следователя по особо важным делам следственного отдела по Шимановскому району следственного управления Следственного комитета РФ по Амурской области о наложении ареста на имущество подозреваемого по уголовному делу Н., включая денежные средства, находящиеся на счетах и во вкладах или на хранении в банках, наложен арест на следующее имущество и денежные средства:

- автомобиль марки «Toyota Harrier», государственный регистрационный номер «…», зарегистрированный в РЭО ОГИБДД МО МВД РФ «Шимановский», находящийся по адресу «…»;

- земельный участок площадью «…», кадастровый номер объекта «…», зарегистрированный в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Амурской области и расположенный по адресу «…»;

- гараж, кадастровый номер объекта «…», зарегистрированный в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Амурской области и расположенный но адресу «…»;

- денежные средства, находящиеся и поступающие на следующие банковские счета, открытые на Н., находящиеся на счетах и во вкладах в Дальневосточном банке ОАО «Сбербанк России»:

- универсальный на 5 лет № «…», Отделение 8636, Филиал 167, дата открытия «…», сумма на 10 апреля 2015 года - 66,06 рубля;

- универсальный на 5 лет № «…», Отделение 8636, Филиал 168, дата открытия «…», сумма на 10 апреля 2015 года – 116338,21 рубля;

- Visa Electron «…», Отделение 8636, Филиал 167, дата открытия «…», сумма на 10 апреля 2015 года - 10 097‚22 рубля.

Как следует из представленных материалов, потерпевшим Р. заявлен гражданский иск о возмещении морального вреда в размере 700 000 рублей и имущественного вреда в размере 633879 рублей 80 копеек.

В соответствии с ч. 1 ст. 115 УПК РФ наложение ареста на имущество - это мера процессуального принуждения, содержание которой состоит в ограничениях права собственности для предупреждения её сокрытия или отчуждения с целью обеспечить исполнение приговора в части имущественных взысканий.

По смыслу закона, стоимость имущества, на которое может быть наложен арест для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска или других имущественных взысканий, должна быть соразмерной требованиям по гражданскому иску или предполагаемым имущественным взысканиям. При этом стоимость имущества, подлежащего аресту, определяется исходя из средних рыночных цен в данном регионе.

Суд первой инстанции, накладывая арест на имущество обвиняемого (подозреваемого), должен исходить из соразмерности стоимости имущества, подлежащего аресту, с размером возможных имущественных взысканий.

Судом первой инстанции указанные значимые обстоятельства установлены не были, поскольку стоимость имущества Н., подлежащего аресту, не установлена и какими-либо объективными данными не подтверждена.

Допущенное судом нарушение уголовно-процессуального закона судебная коллегия признала неустранимым в судебном заседании суда апелляционной инстанции, влекущим на основании ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ отмену судебного решения и направление материалов дела на новое судебное рассмотрение.

Апелляционное постановление № 22к-1151/15 от 21 июля 2015 года

Применение акта об амнистии

2.4.9 Акт об амнистии не подлежит применению в отношении лица, обвиняемого в совершении совокупности преступлений, если хотя бы на одно из преступлений, входящих в совокупность, распространяются ограничения на применение амнистии

Х., 6 февраля 1997 года рождения, органом предварительного расследования обвинялся в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по факту хищения имущества К.Г.А.), а также в совершении двух преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по фактам хищения имущества К.Т.Б. и К.Е.М.).

Следствием установлено, что хищение имущества К.Г.А. и К.Т.Б. совершено 4 февраля 2015 года, то есть до достижения Х. восемнадцатилетнего возраста, хищение имущества К.Е.М. – 14 февраля 2015 года, то есть после достижения Х. совершеннолетия.

Постановлением Благовещенского городского суда Амурской области от 21 мая 2015 года уголовное дело в части уголовного преследования Х. по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по факту хищения имущества К.Т.Б.) прекращено на основании подпункта 1 пункта 6 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 года № 6576-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов».

Приговором Благовещенского городского суда Амурской области от 21 мая 2015 года Х. осуждён по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ (по факту хищения имущества К.Е.М.), п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ (по факту хищения имущества К.Г.А.), ч. 3 ст. 69 УК РФ, ст. 73 УК РФ к трём годам лишения свободы условно с испытательным сроком три года.

Рассмотрев настоящее дело по апелляционному представлению государственного обвинителя – помощника прокурора г. Благовещенска, судебная коллегия отменила постановление Благовещенского городского суда Амурской области от 21 мая 2015 года по следующим основаниям.

Прекращая уголовное преследование в отношении Х. по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, суд исходил из того, что Х. обвиняется в совершении этого преступления до достижения 18 лет, не судим, данное преступление относится к категории преступлений средней тяжести.

Вместе с тем, в соответствии с п. 13 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 года № 6576-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов» (далее – Постановление об амнистии) действие постановления не распространяется на осуждённых, совершивших преступления, предусмотренные частью 3 статьи 158 УК РФ.

При этом согласно п. 10 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 года № 6578-6 ГД, устанавливающего порядок применения Постановления об амнистии (далее - Постановление о порядке применения амнистии), акт об амнистии не применяется в отношении лиц, осуждённых по совокупности преступлений, если одно из них предусмотрено пунктом 13 Постановления об амнистии.

Применяя к Х. акт об амнистии, суд исходил из того, что Х. осуждённым не является.

Вместе с тем, судом не учтено, что в соответствии с п. 15 Постановления о порядке применения амнистии ограничения, установленные для осуждённых пунктом 13 Постановления об амнистии, распространяются также на подозреваемых и обвиняемых, дела и материалы в отношении которых находятся в производстве органов дознания, органов предварительного следствия и судов.

В связи с тем, что порядок применения пункта 13 Постановления об амнистии установлен как пунктом 10, так и пунктом 15 Постановления о порядке применения амнистии, акт об амнистии не подлежит применению в отношении не только осуждённых, но и обвиняемых в совершении совокупности преступлений, одно из которых предусмотрено п. 13 Постановления об амнистии.

Поскольку Х. обвинялся в совершении трёх преступлений, одно из которых предусмотрено п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, основания для применения к нему Постановления об амнистии отсутствовали.

Учитывая изложенное, судебная коллегия отменила постановление Благовещенского городского суда Амурской области от 21 мая 2015 года о прекращении уголовного дела в отношении Х. в части его уголовного преследования по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, уголовное дело в указанной части направила на новое судебное рассмотрение в тот же суд иным составом суда со стадии судебного разбирательства.

Апелляционное постановление № 22-1070/15 от 16 июля 2015 года

2.4.10 В соответствии с подпунктом 5 пункта 19 Постановления о порядке применения амнистии осуждённые, совершившие умышленные преступления в течение установленного судом испытательного срока, в период отсрочки отбывания наказания либо в течение оставшейся неотбытой части наказания после применения к ним условно-досрочного освобождения или замены неотбытой части наказания более мягким видом наказания, считаются злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, и согласно подпункту 6 пункта 13 Постановления об амнистии на таких лиц акт об амнистии не распространяется

Постановлением Свободненского городского суда Амурской области от 1 июня 2015 года представление начальника филиала по г. Свободному и Свободненскому району ФКУ УИИ УФСИН России по Амурской области о применении акта об амнистии в отношении Ф., осуждённого приговором Свободненского городского суда Амурской области от 21 августа 2014 года по ч. 1 ст. 166 УК РФ, ст. 73 УК РФ к двум годам лишения свободы условно с испытательным сроком один год шесть месяцев, удовлетворено, на основании пункта 4 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 года № 6576-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной Войне 1941-1945 годов» Ф. от наказания по приговору Свободненского городского суда Амурской области от 21 августа 2014 года освобождён, и с него снята судимость.

Рассмотрев настоящее дело по апелляционному представлению помощника прокурора г. Свободного, судебная коллегия апелляционным постановлением от 14 июля 2015 года вышеназванное постановление отменила, указав в обоснование принятого решения следующее.

В соответствии с ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановление судьи должно быть законным, обоснованным и мотивированным. Судебное решение признаётся таковым в случае, если оно постановлено в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального

кодекса РФ, основано на правильном применении закона и содержит убедительные мотивы выводов суда.

Постановление Свободненского городского суда Амурской области от 1 июня 2015 года в полной мере указанным требованиям закона не отвечает.

Согласно подпункту 6 пункта 13 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 года № 6576-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной Войне 1941-1945 годов» (далее – Постановление об амнистии) действие настоящего Постановления не распространяется на осуждённых, являющихся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания.

В соответствии с подпунктом 5 пункта 19 Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 года № 6578-6 ГД «О порядке применения Постановления Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 года № 6576-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной Войне 1941-1945 годов» (далее - Постановление о порядке применения амнистии), злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания при применении акта об амнистии считаются осуждённые, совершившие умышленные преступления в течение установленного судом испытательного срока.

Как следует из приговора Свободненского городского суда Амурской области от 21 августа 2014 года, Ф. совершил умышленное преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 166 УК РФ, 14 июня 2014 года - в течение испытательного срока, установленного приговором Свободненского городского суда Амурской области от 20 мая 2014 года.

Таким образом, в соответствии с подпунктом 5 пункта 19 Постановления о порядке применения амнистии, осуждённый Ф. является злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания.

Поскольку Постановление об амнистии не распространяется на осуждённых, являющихся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, решение суда об удовлетворении представления начальника филиала по г. Свободному и Свободненскому району ФКУ УИИ УФСИН России по Амурской области об освобождении Ф. от наказания по приговору Свободненского городского суда Амурской области от 21 августа 2014 года и снятии с него данной судимости не может быть признано законным и обоснованным.

Учитывая изложенное, судебная коллегия постановление Свободненского городского суда Амурской области от 1 июня 2015 года в отношении Ф. отменила и приняла по делу новое решение – об отказе в удовлетворении представления начальника филиала по г. Свободному и Свободненскому району ФКУ УИИ УФСИН России по Амурской области об освобождении Ф. от наказания по приговору Свободненского городского суда Амурской области от 21 августа 2014 года в соответствии актом об амнистии и снятии с него судимости.

Апелляционное постановление № 22-1108/15 от 14 июля 2015 года

2.4.11 Необоснованный отказ в принятии ходатайства осуждённого о применении акта об амнистии повлёк отмену постановления суда

Осуждённый Г., освобождённый условно-досрочно на основании постановления Сковородинского районного суда Амурской области от 9 июля 2015 года от отбывания наказания, назначенного ему приговором Благовещенского городского суда Амурской области от 21 ноября 2014 года, обратился в Благовещенский городской суд Амурской области с ходатайством о применении к нему акта об амнистии.

Постановлением судьи Благовещенского городского суда Амурской области от 9 октября 2015 года отказано в принятии к рассмотрению поданного осуждённым Г. ходатайства.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 10 декабря 2015 года постановление отменено, материалы дела направлены на новое судебное рассмотрение в тот же суд по следующим основаниям.

Судья, отказывая в принятии к рассмотрению ходатайства осуждённого, мотивировал своё решение тем, что поскольку Г. освобождён от наказания условно-досрочно, то у суда отсутствуют основания для принятия и рассмотрения по существу поступившего ходатайства о применении к Г. амнистии.

Вместе с тем, по смыслу закона, лицо, условно-досрочно освобождённое от отбывания наказания, не утрачивает права на обращение в суд с ходатайством о применении к нему акта об амнистии. Применение акта об амнистии возлагается на суд по месту осуществления контроля за поведением условно-досрочно освобождённого лица (Ответы на вопросы, поступившие из судов, по применению постановлений Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 24 апреля 2015 года № 6576-6 ГД и от 24 апреля 2015 года № 6578-6 ГД).

При таких обстоятельствах, поскольку предусмотренных законом оснований для отказа в принятии ходатайства осуждённого Г. о применении к нему акта об амнистии не имелось, судебная коллегия отменила постановление суда и направила материалы дела в тот же суд для рассмотрения ходатайства осуждённого по существу.

Апелляционное постановление № 22-2024/15 от 10 декабря 2015 года

Рассмотрение жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ

2.4.12 Рассмотрение в порядке, установленном ст. 125 УПК РФ, жалобы, в которой фактически оспаривается законность постановленного по уголовному делу приговора, законом не предусмотрено

Постановлением Свободненского городского суда Амурской области от 23 октября 2015 года отказано в удовлетворении жалобы М. о признании незаконным бездействия и.о. начальника СО МО МВД по ЗАТО Углегорск, выразившегося в невручении ему обвинительного заключения по окончании предварительного следствия.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Амурской области от 17 декабря 2015 года постановление отменено, вынесено новое решение – о прекращении производства по жалобе М. о признании незаконным бездействия и.о. начальника СО МО МВД по ЗАТО Углегорск, выразившегося в невручении М. обвинительного заключения по окончании предварительного следствия.

В обоснование принятого решения судебная коллегия указала следующее.

Жалоба М. о признании незаконным бездействия по невручению ему обвинительного заключения по окончании предварительного следствия рассмотрена судом по существу в порядке, установленном ст. 125 УПК РФ.

Однако, по смыслу закона, осуществляя судебный контроль за действиями органов предварительного расследования, суд рассматривает жалобы участников уголовного судопроизводства, конституционные права которых нарушены и требуют немедленного восстановления.

По поступившей жалобе на действия (бездействие) и решения должностных лиц на досудебных стадиях судопроизводства судьям следует выяснять, не завершено ли предварительное расследование по уголовному делу.

Если будет установлено, что по уголовному делу, по которому поступила жалоба, постановлен приговор и он вступил в законную силу, суд принимает к производству и рассматривает лишь жалобы на решения и действия (бездействие) должностных лиц, затрагивающие права и законные интересы заявителей, не являющихся участниками судебного разбирательства по данному уголовному делу.

В остальных случаях судья, в зависимости от того, на какой стадии находится производство по жалобе, выносит постановление об отказе в принятии жалобы к рассмотрению или о прекращении производства по жалобе (п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 февраля 2009 года № 1).

Как видно из представленных материалов, приговором Свободненского городского суда Амурской области от 14 августа 2015 года М. осуждён по настоящему делу по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде двух лет трёх месяцев лишения свободы.

Апелляционным постановлением судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда от 24 сентября 2015 года приговор оставлен без изменения.

14 октября 2015 года – после вступления приговора в законную силу М. обратился в суд с жалобой в порядке ст. 125 УПК РФ, в которой указывал о невручении ему обвинительного заключения по данному уголовному делу – то есть, по существу, приводил доводы о допущенных при рассмотрении уголовного дела нарушениях уголовно-процессуального законодательства и, как следствие, о незаконности постановленного приговора.

Учитывая изложенное, у суда не имелось законных оснований для рассмотрения жалобы М. в порядке, предусмотренном ст. 125 УПК РФ.

Апелляционное постановление № 22к-2058/15 от 17 декабря 2015 года

Анализ судебной практики свидетельствует о том, что необходимость пересмотра уголовных дел в апелляционном порядке чаще всего возникает в связи с невыполнением требований уголовного и уголовно-процессуального законов, позиций Конституционного Суда РФ, разъяснений Верховного Суда РФ, изложенных в Постановлениях Пленума Верховного Суда РФ от 29 июня 1996 года №1 «О судебном приговоре», от 11 января 2007 года № 2 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания», от 29 октября 2009 года №20 «О некоторых вопросах судебной практики назначения и исполнения уголовного наказания».

Встречающиеся типичные судебные ошибки свидетельствуют о недостаточном внимании районных (городских) судов к изучению судебной практики, публикуемой в периодических обзорах Верховного Суда РФ и Амурского областного суда. Председателям районных (городских) судов необходимо принять дополнительные меры к надлежащей организации работы по повышению профессионального уровня судей.

Судебная коллегия по уголовным делам

Амурского областного суда

опубликовано 17.03.2016 09:38 (МСК)