Arms
 
развернуть
 
675000, г. Благовещенск, ул. Шевченко, д. 6
Тел.: (4162) 51-34-27
oblsud.amr@sudrf.ru
схема проезда
675000, г. Благовещенск, ул. Шевченко, д. 6Тел.: (4162) 51-34-27oblsud.amr@sudrf.ru
ДОКУМЕНТЫ СУДА
Обобщение судебной практики рассмотрения судами Амурской области в первом полугодии 2012 года ходатайств об избрании в отношении подозреваемых (обвиняемых) меры пресечения в виде заключения под стражу и её продлении

В соответствии с планом работы судебной коллегии по уголовным делам Амурского областного суда проведено обобщение судебной практики рассмотрения судами области ходатайств об избрании в отношении подозреваемых (обвиняемых) меры пресечения в виде заключения под стражу и её продлении в первом полугодии 2012 года.

Согласно статистическим данным, в первом полугодии 2012 года судами Амурской области рассмотрены 631 ходатайство об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, что на 6,7 % больше, чем за аналогичный период 2011 года (589), из них удовлетворены – 595 (94,3%), что на 1,3 % больше, чем в 2011 году (93%).

Кроме того, за указанный период рассмотрены 984 ходатайства о продлении срока содержания под стражей, то есть на 33,4 % больше, чем в первом полугодии 2011 года (655), из них удовлетворены – 975 (99,1%), в первом полугодии 2011 года указанный показатель составлял 99,4 %.

В первом полугодии 2012 года судами Амурской области рассмотрены 16 ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении лиц, подозреваемых (обвиняемых) в совершении преступлений небольшой тяжести, из них удовлетворены 15, а также 31 ходатайство о продлении срока содержания под стражей лиц этой же категории, из них удовлетворены 30.

В кассационном порядке в первом полугодии 2012 года обжалованы:

- 86 постановлений об удовлетворении ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, из них отменены- 3, изменены - 3;

- 118 постановлений об удовлетворении ходатайств о продлении срока содержания под стражей, при этом указанные постановления не отменялись;

- 8 постановлений об отказе в удовлетворении ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, из них отменены - 3;

- 2 постановления об отказе в удовлетворении ходатайства о продлении срока содержания под стражей, из которых 1 отменено.

Анализ имеющихся данных свидетельствует, что требования закона о порядке избрания в отношении подозреваемых (обвиняемых) меры пресечения в виде заключения под стражу и её продления, регламентируемые ст.ст.108, 109 и 255 УПК РФ, разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации №22 от 29 октября 2009 года «О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста», а также рекомендации Амурского областного суда по указанным вопросам выполняются судами не во всех случаях.

Отдельными судами не учитывались требования ч.1 ст.108 УПК РФ, согласно которым в исключительных случаях мера пресечения – заключение под стражу может быть избрана в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок до двух лет при наличии одного из следующих обстоятельств: подозреваемый или обвиняемый не имеет постоянного места жительства на территории Российской Федерации; его личность не установлена; им нарушена ранее избранная мера пресечения; он скрылся от органов предварительного расследования или от суда.

Так, Благовещенский городской суд, избирая меру пресечения в виде заключения под стражу в отношении Б., подозреваемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.158 УК РФ, в постановлении от 10 апреля 2012 года в качестве оснований избрания меры пресечения указал, что он подозревается в совершении умышленного преступления против собственности, ранее судим, не имеет постоянного места работы и жительства на территории Амурской области, по месту регистрации не проживает, в связи с чем имеются основания считать, что он может продолжить заниматься преступной деятельностью, в целях избежания уголовной ответственности скрыться от органов дознания или иным способом воспрепятствовать производству по делу, при этом не привёл в своём решении ни одного из оснований, предусмотренных ч.1 ст.108 УПК РФ.

Аналогичная ошибка была допущена этим же судом при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении Г., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 УК РФ.

По-прежнему, в некоторых случаях суды не учитывали требования ст.99 УПК РФ о том, что одна лишь тяжесть совершенного преступления сама по себе не может служить достаточным основанием для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, и позицию Европейского Суда по правам человека о недопустимости обоснования необходимости избрания меры пресечения в виде заключения под стражу и её продлении предположением, что лицо может скрыться, только на основании строгости возможного наказания и тяжести предъявленного, но еще не доказанного обвинения, без исследования конкретных обстоятельств и персональных данных подозреваемых и обвиняемых.

Так, кассационным определением судебной коллегии от 12 января 2012 года изменено постановление Райчихинского городского суда от 21 декабря 2011 года, которым Е., подозреваемому в совершении преступления, предусмотренного п.«в» ч.2 ст.166 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок два месяца, то есть до 18 февраля 2012 года.

В качестве оснований избрания в отношении Е. меры пресечения в виде заключения под стражу суд в постановлении указал, что он подозревается в совершении тяжкого преступления против собственности, по месту жительства участковым уполномоченным характеризуется отрицательно, поэтому имеются основания полагать, что, находясь на свободе, Е. может оказать давление на потерпевшего, и тем самым воспрепятствовать производству по делу. В обоснование принятого решения суд сослался в постановлении на показания потерпевшего В. о том, что он опасается Е., поскольку тот высказывал в его адрес угрозы.

Изменяя указанное постановление, судебная коллегия в кассационном определении указала, что, избирая в отношении подозреваемого меру пресечения в виде заключения под стражу, суд фактически принял во внимание одну лишь тяжесть инкриминируемого Е., преступления, поскольку из показаний потерпевшего В. не следует, что подозреваемый Е. угрожал ему, иных данных, дающих основания полагать, что подозреваемый может угрожать потерпевшему и свидетельствующих о невозможности избрания в отношении Е. более мягкой меры пресечения, суд в постановлении не привёл.

Принимая во внимание данные, характеризующие личность подозреваемого Е. – его семейное положение, наличие на его иждивении детей, постоянного места жительства и работы, положительных характеристик, отсутствие судимостей, судебная коллегия пришла к выводу, что в отношении Е. может быть избрана более мягкая мера пресечения – домашний арест.

По смыслу ст.100, 108 УПК РФ, заключение под стражу в качестве меры пресечения может применяться в отношении подозреваемого (обвиняемого) лишь в исключительных случаях, когда обстоятельства дела и данные о его личности свидетельствуют о невозможности обеспечить надлежащее производство по делу в разумные сроки, защиту прав и законных интересов других участников процесса, путём применения к нему иной, более мягкой, меры пресечения.

Согласно ст.97, 99 УПК РФ мера пресечения может быть избрана в отношении подозреваемого, если имеются основания полагать, что подозреваемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, воспрепятствовать производству по уголовному делу, а также для обеспечения исполнения приговора. При решении вопроса о мере пресечения должны учитываться тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 года «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», к обстоятельствам, которые могли бы оправдать изоляцию лица от общества, в частности, может относиться возможность того, что подозреваемый может продолжить преступную деятельность либо скрыться от предварительного следствия или суда, либо сфальсифицировать доказательства по уголовному делу, вступить в сговор со свидетелями, при этом указанные обстоятельства должны быть реальными, обоснованными, то есть подтверждаться достоверными сведениями.

Вместе с тем, проведённое обобщение показало, что отдельные суды принимали решения об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и при отсутствии в материалах, предоставленных в обоснование заявленного ходатайства, достаточных данных, свидетельствующих о невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения.

Так постановлением Райчихинского городского суда Амурской области от 16 марта 2012 года в отношении В., подозреваемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «б», «в» ч.2 ст.158, п. «в» ч.3 ст.158 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на два месяца, то есть до 14 мая 2012 года.

В качестве оснований избрания в отношении подозреваемого В. данной меры пресечения суд указал, что он подозревается в совершении преступлений средней тяжести и тяжком, не имеет устойчивых социальных связей, проживает без регистрации, по месту жительства характеризуется отрицательно, склонен к совершению административных правонарушений, знаком со свидетелем Е., что дает достаточные основания полагать, что, находясь на свободе, он может скрыться от органов следствия, продолжить заниматься преступной деятельностью, а также оказать давление на потерпевших и свидетелей.

Вместе с тем, выводы суда о том, что В. характеризует отрицательно, не имеет устойчивых социальных связей не основаны на материалах, представленных следователем в обоснование заявленного ходатайства, поскольку из них следует, что В. проживает в г. Райчихинске Амурской области совместно со своими родителями, по месту жительства характеризуется посредственно, работает у индивидуального предпринимателя, которым характеризуется положительно.

Каких-либо данных, подтверждающих выводы суда о том, что В. может оказать давление на потерпевших и свидетелей в представленных материалах также не содержится.

Принимая во внимание, что В. имеет постоянное место жительства и работы, по месту жительства характеризуется посредственно, по месту работы положительно, ранее судим не был, учитывая, что он состоит на диспансерном учёте у врача эндокринолога с диагнозом сахарный диабет 1 типа средней степени тяжести, нуждается в приёме инсулина и постоянном контроле сахара крови, судебная коллегия пришла к выводу, что его надлежащее процессуальное поведение может быть обеспечено применением более мягкой меры пресечения - домашнего ареста.

Постановлением Благовещенского городского суда от 23 декабря 2011 года в отношении У., подозреваемой в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.159, ч.3 ст.159 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок два месяца, то есть до 22 февраля 2012 года.

В качестве оснований избрания в отношении подозреваемой указанной меры пресечения суд указал, что У. подозревается в совершении умышленных тяжких преступлений корыстной направленности, что даёт достаточные основания полагать, что, находясь на свободе, во избежание ответственности, она может скрыться от органов следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, а также оказать давление на свидетелей, потерпевших и иных участников судопроизводства, поскольку знакома с некоторыми из них, уничтожить доказательства и иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Изменяя указанное постановление, судебная коллегия в кассационном определении от 17 января 2012 года указала, что конкретных данных, подтверждающих наличие оснований для избрания в отношении подозреваемой меры пресечения в виде заключения под стражу, суд в постановлении не привёл.

Принимая во внимание, что У. состоит в браке, имеет постоянное место жительства и работы, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, ранее не судима, судебная коллегия пришла к выводу о том, что надлежащее поведение подозреваемой У. может быть обеспечено избранием более мягкой меры пресечения – домашний арест.

Кассационным определением от 19 января 2012 года отменено постановление Благовещенского городского суда Амурской области от 29 декабря 2011 года, которым в отношении К., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.2 ст.159 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

В обоснование избрания указанной меры пресечения суд в постановлении сослался на то, что К., зная о том, что в отношении него возбуждено уголовное дело и ему избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, скрылся от органов предварительного следствия, в связи с чем был объявлен его розыск.

Отменяя постановление, судебная коллегия указала, что из материалов, представленных следователем в обоснование заявленного ходатайства, следует, что преступление, предусмотренное ч.3 ст.30, ч. 2 ст. 159 УК РФ, в совершении которого обвиняется К., совершено 13 апреля 2007 года, уголовное дело по данному факту возбуждено в отношении К. 14 сентября 2007 года.

20 июня 2008 года постановлением следователем СЧ СУ при УВД по Амурской области уголовное преследование в отношении К. по факту совершения преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.2 ст.159 УК РФ было прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ за отсутствием в деянии состава преступления.

Постановлением заместителя начальника СУ при УВД по Амурской области от 27 августа 2008 года постановление о прекращении уголовного преследования в отношении К. отменено, производство по уголовному делу продолжено.

17 сентября 2008 года в отношении К. заочно вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.2 ст.159 УК РФ.

17 сентября 2008 года из уголовного дела № 721671 выделено уголовное дело № 899152 в отношении К., в этот же день в отношении него заочно избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

27 сентября 2008 года К. объявлен в розыск, предварительное следствие по уголовному делу приостановлено на основании п. 2 ч. 1 ст. 208 УПК РФ.

Каких-либо данных о том, что К. было известно о том, что в отношении него возбуждено уголовное дело, постановление о прекращении уголовного дела отменено, ему избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, в представленных суду материалах не содержится.

Кроме того, в судебном заседании защитником обвиняемогоК. адвокатом Т. заявлялось ходатайство об избрании обвиняемому меры пресечения в виде залога, однако суд в удовлетворении данного ходатайства отказал, мотивировав тем, что судом рассматривается вопрос об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу. Вместе с тем, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 октября 2003 года «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации», при рассмотрении ходатайств о применении в качестве меры пресечения заключения под стражу или о продлении срока её действия суду по собственной инициативе или по ходатайству участников судебного разбирательства в каждом случае надлежит обсуждать вопрос о возможности применения к подозреваемому (обвиняемому) иной меры пресечения, не связанной с заключением под стражу.

Не все суды при рассмотрении ходатайств органов предварительного расследования о продлении сроков содержания обвиняемых под стражей учитывали, что установленные ст. 109 и 162 УПК РФ сроки предварительного следствия и содержания обвиняемого под стражей, направлены на обеспечение соблюдения разумных сроков разбирательства дела, предполагающих, по смыслу статей 5 и 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, проведение как судебного разбирательства, так и предварительного расследования без неоправданных задержек, а также учитывали правовую позицию Европейского Суда по правам человека по данному вопросу.

Согласно правовой позиции Европейского Суда по правам человека, изначально содержание лица под стражей может быть вызвано обоснованными подозрениями его участия в уголовном правонарушении, но с течением времени эти основания становятся все менее и менее значимыми, и дальнейшее содержание лица под стражей может быть оправдано лишь весомыми причинами, свидетельствующими о наличии конкретных признаков реальных требований общества, которые, несмотря на презумпцию невиновности, перевешивают правила уважения личной свободы, содержание подозреваемого, обвиняемого под стражей длительное время должно быть разумным и оправданным.

На необходимость истолкования и применения норм уголовно-процессуального закона, регламентирующих сроки предварительного следствия и содержания обвиняемого под стражей, в единстве с предписаниями статей 22 и 46 Конституции Российской Федерации, статей 5 и 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьи 9 Международного пакта о гражданских и политических правах, как не допускающих произвольного и неограниченного по времени продления этих сроков, неоднократно указывал и Конституционный Суд Российской Федерации.

Проведённое обобщение показало, что некоторые суды принимали решения о продлении срока содержания под стражей обвиняемых, несмотря на то, что длительное содержание обвиняемых под стражей не было вызвано необходимостью и не представлялось разумным.

Так, 29 мая 2012 года судебной коллегией было изменено постановление Благовещенского городского суда от 16 мая 2012 года, которым срок содержания под стражей М., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.318 УК РФ, продлён на 2 месяца, а всего до 5 месяцев, то есть до 19 июля 2012 года.

В обоснование принятого решения суд сослался в постановлении на необходимость соблюдения сроков, установленных ст.221 и ст. 227 УПК РФ.

Изменяя постановление, судебная коллегия указала, что согласно ч.1 ст.221 УПК РФ, прокурор рассматривает поступившее от следователя дело с обвинительным заключением в течение 10 суток. В соответствии с ч.3 ст. 227 УПК РФ, в случае, если в суд поступает уголовное дело в отношении обвиняемого, содержащегося под стражей, судья принимает решения, перечисленные в ч.1 ст. 227 УПК РФ, в течение 14 суток со дня поступления уголовного дела.

Принимая во внимание обстоятельства, которые были приведены судом в обоснование продления избранной в отношении обвиняемого меры пресечения, судебная коллегия пришла к выводу, что столь длительное содержание обвиняемого М. под стражей не вызывается необходимостью, в связи с чем изменила постановление суда, указав о продлении срока содержания под стражей обвиняемого М. на 1 месяц, а всего до 4 месяцев, то есть до 19 июня 2012 года.

Не все суды уяснили указание, содержащееся в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 29 октября 2009 года «О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста» о том, что с целью исключения неопределённости при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подозреваемого или обвиняемого, в резолютивной части судебного решения о применении меры пресечения должно быть указано до какой даты и на какой срок принято соответствующее решение (п.21 постановления).

По указанным основаниям в кассационном порядке были изменены постановления об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и её продлении: Свободненского городского суда Амурской области от 27 января 2012 года в отношении Ф., Тындинского районного суда Амурской области от 22 марта 2012 года в отношении К. и 10 апреля 2012 года в отношении П..

Не учитывалось указанное требование закона судами и при сохранении меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении подсудимого при назначении судебного заседания по поступившему в суд уголовному делу.

Так, назначая судебное заседание по делу в отношении А., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 - ч.4 ст.159 УК РФ, и, оставляя избранную в отношении обвиняемого меру пресечения в виде заключения под стражу без изменения, Свободненский городской суд в постановлении от 5 апреля 2012 года не указал на какой срок он продлил избранную в отношении обвиняемого меру пресечения.

В соответствии с требованиями п.1 ч.10 ст.109 УПК РФ в срок содержания под стражей засчитывается время, на которое лицо было задержано в качестве подозреваемого.

Согласно ч.2, 3 ст.128 УПК РФ, срок, исчисляемый сутками, истекает в 24 часа последних суток. При задержании срок исчисляется с момента фактического задержания.

Однако не все суды правильно исчисляют сроки избрания и продления меры пресечения в виде заключения под стражу.

Так, определением судебной коллегии от 19 апреля 2012 года изменено постановление Благовещенского городского суда от 5 апреля 2012 года, которым Ж., обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.«б» ч.2 ст.158 УК РФ, продлён срок содержания под стражей на 1 месяц, а всего до 3 месяцев, то есть до 13 мая 2012 года.

Изменяя указанное постановление, судебная коллегия в кассационном определении указала, что из материалов, представленных следователем в обоснование заявленного ходатайства, следует, что по подозрению в совершении преступления Ж. был задержан 7 февраля 2012 года. Таким образом, трёхмесячный срок, на который Ж. был продлён срок содержания под стражей, истекает 7 мая 2012 года, а не 13 мая 2012 года, как указал суд в постановлении.

Свободненский городской суд постановлениемот 17 февраля 2012 года избрал в отношении С. меру пресечения в виде заключения под стражу на срок один месяц, то есть до 21 часа 55 минут 15 марта 2012 года.

Изменяя указанное постановление, судебная коллегия в кассационном определении от 6 марта 2012 года указала, что из материалов, представленных в обоснование заявленного ходатайства, следует, что по подозрению в совершении преступления в порядке ст. 91 УПК РФ С. был задержан 15 февраля 2012 года в 21 час 55 минут. Таким образом, установленный судом срок применения в отношении С. меры пресечения в виде заключения под стражу - один месяц истекает в 00.00 часов 15 марта 2012 года, в связи с чем судебная коллегия заменила указание суда об избрании в отношении С. меры пресечения в виде заключения под стражу на срок до 21 часа 55 минут 15 марта 2012 года указанием об избрании в отношении С. меры пресечения в виде заключения под стражу на срок до 15 марта 2012 года.

По аналогичным основаниям были изменены постановления об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу: Свободненского городского суда от 27 марта 2012 года в отношении Н., Бурейского районного суда от 10 февраля 2012 года в отношении О., Благовещенского городского суда от 8 февраля 2012 года в отношении М.; постановления о продлении срока содержания под стражей обвиняемых: Мазановского районного суда от 20 января 2012 года в отношении Х., Шимановского районного суда от 27 января и 3 февраля 2012 года в отношении С., Тамбовского районного суда от 18 апреля 2012 года в отношении К., Скородинского районного суда от 23 декабря 2011 года в отношении Б., Свободненского районного суда от 15 декабря 2011 года в отношении М..

Согласно ч.12 ст.109 УПК РФ в случае повторного заключения под стражу подозреваемого или обвиняемого по тому же уголовному делу, а также по соединённому с ним или выделенному из него уголовному делу срок содержания под стражей исчисляется с учётом времени, проведённого подозреваемым, обвиняемым под стражей ранее.

Вместе с тем, отдельные суды принимали решения без учёта указанных требований закона.

Так, постановлением Благовещенского районного суда от 28 мая 2012 года Н., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.159 УК РФ, продлён срок содержания под стражей на срок равный 24 суткам, а всего до двух месяцев двадцати четырёх суток, то есть до 21 июня 2012 года.

Принимая решение о продлении срока содержания под стражей Н. и определяя дату окончания действия данной меры пресечения 21 июня 2012 года, суд исходил из того, что в порядке ст. 91 УПК РФ по уголовному делу № 256078 Н. была задержана 29 марта 2012 года.

Вместе с тем, из материалов, представленных следователем в обоснование заявленного ходатайства, следует, что Н. была задержана 24 марта 2012 года по уголовному делу № 279114 по подозрению в совершении ряда преступлений на территории Тамбовского района, ей предъявлено обвинение по пяти фактам преступлений и по указанному уголовному делу срок её задержания был продлён до 1 апреля 2012 года.

Постановлением начальника СО МОМВД России «Благовещенский» Амурской области от 15 мая 2012 года уголовное дело № 256078 соединено в одно производство с уголовным делом № 279114, соединённому уголовному делу присвоен № 279114.

Однако указанное обстоятельство было оставлено судом без внимания, в связи с чем, кассационным определением от 7 июня 2012 года резолютивная часть постановления была изменена, указано о продлении срока содержания под стражей Н. на срок, равный 24 суткам, а всего до 2 месяцев 24 суток, то есть по 16 июня 2012 года включительно.

Согласно ст.110 УПК РФ, мера пресечения отменяется, когда в ней отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда изменяются основания для избрания меры пресечения, предусмотренные ст.97 и 99 УПК РФ.

Однако данное требование закона учитывалось не всеми судами.

Так, постановлением Белогорского городского суда от 3 апреля 2012 года П., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении изменена на заключение под стражу.

В обоснование принятого решения суд в постановлении указал, что поведение П., которая, будучи вызванной следователем для проведения следственных действий по уголовному делу, употребила спиртные напитки и совершила два административных правонарушения, предусмотренных ст.20.21 КоАП РФ, за которые была подвергнута административным наказаниям в виде штрафов, свидетельствует об умышленном затягивании ею предварительного следствия и создаёт препятствия производству по делу, а также установлению истины.

Судебная коллегия, отменяя указанное постановление, в кассационном определении от 26 апреля 2012 года указала, что при решении вопроса о применении в качестве меры пресечения заключения под стражу необходимо учитывать основания, указанные в ст.97 УПК РФ, а именно: данные о том, что подозреваемый, обвиняемый может скрыться от органов дознания, предварительного следствия или суда, продолжать заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путём воспрепятствовать производству по уголовному делу, при этом указанные обстоятельства должны быть реальными, обоснованными, то есть подтверждаться достоверными сведениями.

Вместе с тем доказательств, подтверждающих, что 30 марта 2012 года следователем планировались проведение каких-либо следственных действий с участием обвиняемой П., и что она была надлежащим образом о них извещена, но намерено уклонилась от участия в них, органами следствия представлено не было.

Согласно ст.255 УПК РФ, срок содержания подсудимого под стражей исчисляется со дня поступления дела в суд и до вынесения приговора, и не может превышать шести месяцев. Если этот срок истёк в отношении подсудимого, который обвиняется в совершении преступления небольшой или средней тяжести, то он подлежит освобождению из-под стражи. Суд, в производстве которого находится уголовное дело, по истечении 6 месяцев со дня поступления уголовного дела в суд вправе продлить срок содержания подсудимого под стражей. При этом продление срока содержания под стражей допускается только по уголовным делам о тяжких и особо тяжких преступлениях и каждый раз не более чем на 3 месяца.

Вместе с тем, не всегда суды правильно исчисляют сроки продления содержания под стражей подсудимых.

Так, кассационным определением судебной коллегии от 17 июля 2012 года изменено постановление Свободненского районного суда от 28 июня 2012 года, которым подсудимому В., обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч.2 ст.131, п. «а» ч.2 ст. 132, ч.1 ст.119 УК РФ, продлён срок содержания под стражей до 8 месяцев, то есть до 13 августа 2012 года.

Изменяя указанное постановление, судебная коллегия указала, что из представленных материалов следует, что уголовное дело по обвинению В. и иных лиц поступило в Свободненский районный суд Амурской области 27 апреля 2012 года.

Постановлением Свободненского районного суда Амурской области от 11 мая 2012 года по делу назначено судебное заседание, избранная в отношении В. мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения, срок содержания под стражей подсудимого В. продлён на 2 месяца.

Постановлением Свободненского районного суда Амурской области от 28 июня 2012 года подсудимому В. продлён срок содержания под стражей на 1 месяц.

Приняв обоснованное решение о продлении срока содержания В. под стражей, суд в постановлении ошибочно указал о продлении срока содержания В. под стражей до 8 месяцев, то есть до 13 августа 2012 года, поскольку из представленных материалов следует, что общий срок, на который суд продлил срок содержания подсудимого под стражей, составляет 3 месяца.

Кроме того, в постановлении суд неверно указал дату, до которой продлил срок содержания под стражей подсудимого В..

Поскольку уголовное дело в отношении В. поступило в суд 27 апреля 2012 года, в соответствии с требованиями ст.255 УПК РФ, трёхмесячный срок содержания подсудимого под стражей истекает 27 июля 2012 года.

С учётом изложенного, судебная коллегия изменила постановление суда, указав о продлении срока содержания В. под стражей на 1 месяц, а всего до 3 месяцев, то есть до 27 июля 2012 года.

По аналогичным снованиям кассационным определением от 26 июня 2012 года изменено постановление Магдагачинского районного суда Амурской области от 6 июня 2012 года о продлении срока содержания под стражей подсудимых П.И., П.Н. и П.Е..

Как показало проведенное обобщение, в некоторых случаях суды, отказывая в удовлетворении ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, не учитывали ряд обстоятельств, которые могли существенно повлиять на их выводы, что являлось основанием для отмены принятых решений.

Так, Белогорский районный суд, отказывая в удовлетворении ходатайства об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении О., подозреваемого в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30, п.«б» ч.2 ст.228.1, ч.2 ст.228 УК РФ, в постановлении от 12 апреля 2012 года указал, что в представленных материалах отсутствуют доказательства, подтверждающие, что, находясь на свободе, О. может скрыться от следствия и суда, воспрепятствовать производству по уголовному делу путём оказания давления на свидетелей либо вступления с ними в сговор с целью изменения ими показаний в свою пользу, что свидетели по делу находятся в служебной или иной зависимости от О. и что он совершал аналогичные преступления на территории ФКУ ИК-2; то обстоятельство, что О. занимает должность оперуполномоченного ФКУ ИК-2, само по себе не может служить основанием для избрания в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу. О. имеет семью, малолетнего ребенка, постоянное место жительства, где характеризуется положительно, а по месту службы - удовлетворительно, даёт показания по выдвинутому в отношении него подозрению.

Отменяя указанное постановление, судебная коллегия в кассационном определении от 24 апреля 2012 года указала, что, отказывая следователю в удовлетворении заявленного им ходатайства, суд оставил без внимания, что из обстоятельств деяний, в совершении которых подозревается О., следует, что им было сбыто наркотическое средство - гашиш в количестве 15,5 грамма; кроме того, в его гараже обнаружено и изъято такое же наркотическое средство в количестве 110,7 грамма; из материалов, представленных следователем в обоснование заявленного им ходатайства, следует, что О. подозревается в том, что незаконно сбыл К., действовавшему в рамках проведения оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка», наркотическое средство в особо крупном размере, в ходе допроса в качестве подозреваемого О. указывал на отсутствие умысла на совершение преступлений, дача им показаний сама по себе не исключает возможность избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, в судебном заседании следователь М., обратившийся в суд с ходатайством об избрании в отношении О. меры пресечения в виде заключения под стражу, пояснил, что в ходе обыска в служебном кабинете О. на территории ФКУ ИК-2 были обнаружены предметы со следами наркотического средства.

Постановлением Зейского районного суда от 4 мая 2012 года отказано в удовлетворении ходатайства следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении В., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ.

В обоснование принятого решения суд указал, что следователем не представлены материалы, подтверждающие возможность недобросовестного процессуального поведения В., в то время как от правоохранительных органов он не скрывался, состоит в «гражданском браке», характеризуется удовлетворительно.

Отменяя указанное постановление, судебная коллегия в кассационном определении от 24 мая 2012 года указала, что выводы суда не основаны на материалах, представленных следователем в обоснование заявленного им ходатайства. Из имеющейся в материалах дела характеристики следует, что В. злоупотребляет спиртными напитками, имеет непогашенные судимости за совершение тяжкого и особо тяжкого преступлений – разбоя с применением предметов, используемых в качестве оружия, и умышленного причинения тяжкого вреда здоровью двум лицам, сожительница В. - Ч. неоднократно обращалась в ГУ МО МВД России «Зейский» с заявлениями о причинении ей В. телесных повреждений, по данному делу В. обвиняется в причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, в период условно-досрочного освобождения от отбывания наказания по предыдущему приговору; согласно справке о результатах проверки В. по картотеке ОВД, В., находясь на подписке о невыезде и надлежащем поведении, скрылся от органов следствия и в течение пяти месяцев находился в федеральном розыске.

Имеют место случаи необоснованных отказов в удовлетворении ходатайств о продлении срока содержания обвиняемого под стражей.

Так постановлением Белогорского городского суда от 4 июня 2012 года, отказано в удовлетворении ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей Х., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, по тем основаниям, что следователь не представил достоверных сведений о том, что обвиняемый Х. может скрыться от органов предварительного следствия, оказать давление на потерпевших, свидетелей и иных участников уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путём воспрепятствовать производству по уголовному делу, все следственные действия по делу выполнены, уголовное дело находится на стадии окончания предварительного расследования, Х. имеет на иждивении двоих малолетних детей, постоянные места жительства и работы, по месту жительства характеризуется удовлетворительно.

Отменяя указанное постановление, судебная коллегия в кассационном определении от 19 июня 2012 года указала, что суд оставил без внимания данные о личности Х., то обстоятельство, что он знаком со свидетелями по уголовному делу, характеризуется ими отрицательно, склонен к агрессии и причинению телесных повреждений, ранее привлекался к уголовной ответственности.

Как следует из представленных материалов, избирая в отношении Х. меру пресечения в виде заключения под стражу, суд, учитывая, что он обвинялся в совершении особо тяжкого преступления, ранее судим, пришёл к выводу о том, что оставаясь на свободе, Х. может продолжить заниматься преступной деятельностью, скрыться от органов следствия, в связи с чем избрание в отношении него иной, более мягкой меры пресечения невозможно, однако указанным обстоятельствам суд в постановлении оценки не дал.

В ходе обобщения было установлено, что Тындинским и Зейским районными судами при вынесении постановлений о продлении срока содержания лица под стражей допускалась небрежность, неверно указывались квалификация инкриминируемого обвиняемому преступления, дата, до которой был продлён срок содержания обвиняемого под стражей, что явилось основаниями для изменения указанных постановлений.

Проведённый анализ судебной практики рассмотрения ходатайств об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу и её продлении свидетельствует о том, что суды при рассмотрении таких ходатайств в целом соблюдают требования закона, исследуют данные о личности подозреваемых (обвиняемых), возможность применения в отношении них альтернативных мер пресечения с отражением результатов этого рассмотрения в судебном постановлении, аргументируют свои решения.

Вместе с тем допускаемые судами ошибки, повлекшие отмену и изменение судебных решений, свидетельствуют о том, что не все судьи знают и правильно применяют закон, разъяснения Пленумов Верховного Суда Российской Федерации, а в некоторых случаях игнорируют требования закона. В целях устранения допущенных ошибок и обеспечения правильного применения уголовно-процессуального законодательства при рассмотрении ходатайств об избрании в отношении подозреваемых (обвиняемых) меры пресечения в виде заключения под стражу и её продлении судьям следует изучить и использовать в работе рекомендации, содержащиеся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации №22 от 29 октября 2009 года «О практике применения судами мер пресечения в виде заключения под стражу, залога и домашнего ареста», не допускать формального подхода к разрешению соответствующих ходатайств, при рассмотрении ходатайств о применении в качестве меры пресечения заключения под стражу или о продлении срока её действия в каждом конкретном случае обсуждать вопрос о возможности применения в отношении подозреваемого (обвиняемого) иной меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, особое внимание обратить на необходимость указания в судебных решениях об избрании и продлении меры пресечения в виде заключения под стражу до какой даты и на какой срок принято соответствующее решение.

Судебная коллегия по уголовным делам

Амурского областного суда.

опубликовано 16.10.2012 08:36 (МСК)